В мае 2014 г. в стране был объявлен курс на импортозамещение, что вызвало среди участников ИТ-рынка неоднозначную реакцию. За год дискуссия вокруг этой темы разворачивалась всё шире, градус эмоциональных высказываний повышался. Несмотря на то что импортозамещение сегодня является, пожалуй, самой популярной темой, четкого понимания того, что это такое, до сих пор нет. Зачастую создается впечатление, что «импортозамещение» стало своеобразной мантрой, повторяя которую компании, аналитики и эксперты демонстрируют рынку, что они «в теме». И попутно пытаются решить вопросы, связанные с развитием бизнеса и выходом из кризиса.

Одни полагают, что импортозамещение — пустой звук, концепция была неудачной, реальная политика, направленная на развитие этого направления, не реализуется и в дальнейшем проводиться не будет. Другие, напротив, уверяют, что «лиха беда начало» — российские продукты вполне могут заместить импортные, но на это нужно время. Третьи считают, что импортозамещение возможно только в определенных нишах.

В конце сентября в рамках VIII международной конференции Business Information Security Summit’2015 прошел «круглый стол», посвященный реализации политики импортозамещения по итогам прошедшего года. В дискуссии принимали участие представители отрасли (генеральный директор InfoWatch Наталия Касперская и председатель Совета директоров ГК «АйТи» Тагир Яппаров), заказчика (старший вице-президент, руководитель департамента информационных технологий ВТБ Дмитрий Назипов) и института развития (генеральный директор технопарка «Сколково» Ренат Батыров).

Показательно, что участники «круглого стола» оказались выразителями трех основных взглядов на импортозамещение. Так, представитель «Сколково» полагает, что российские разработки вполне конкурентоспособны и способны заместить даже СУБД Oracle. Руководитель департамента информационных технологий ВТБ отметил, что находящиеся под санкциями банки приступили к осуществлению программы импортозамещения. Однако при этом отдают себе отчет — «заместить» российскими продуктами можно далеко не все. А это означает, что велика вероятность того, что на смену «западным» продуктам придут «восточные». Председатель Совета директоров ГК «АйТи» уверен: российские компание сегодня должны создавать продукты, не просто способные «заместить» иностранные аналоги, но и востребованные на рынке глобальном. Тем более что российские разработки в некоторых областях уже вполне успешно конкурируют с зарубежными на мировых рынках.

Так, согласно данным «РУССОФТ», экспорт российского ПО и услуг по его разработке в 2014 г. вырос на 11% и достиг 6 млрд. долл. Хотя это чуть меньше прогноза, данного год назад (рост 15% и объем продаж 6,3 млрд. долл. соответственно), тенденция выглядит обнадеживающей. Уже сейчас экспорт ПО, согласно исследованиям РУССОФТ, дает российским компаниям примерно такой же доход, как и продажи на внутреннем рынке, — 6 млрд. долл. При этом доля экспорта российского ПО и услуг по его разработке в общих экспортных поступлениях российских предприятий и организаций продолжает увеличиваться. По итогам 2014 г. этот показатель составил 1,2% (в 2013 г. — 1%, в 2012 г. — 0,88%, а в 2011 г. — 0,8%). По доле в российском экспорте софтверная отрасль уже сейчас достаточно значима для российской экономики. Для сравнения: продовольственные товары занимают 3,8% в экспорте (включая злаки — 1,4%), химическая промышленность — 5,9%, машины и оборудование — 5,3%, цветные металлы и изделия из них — 3,2%, вооружение — 3,1%, древесина и целлюлозно-бумажные изделия — 2,3 %. Если ориентироваться на ожидания компаний, опрошенных в ходе исследования, то рост экспорта ПО по итогам 2015 г. должен составить 16%, а оборот увеличиться на 10%. По словам Тагира Яппарова, через несколько лет экспорт ПО может обогнать поставки за рубеж российского вооружения.

Прежде всего речь идет о развитии новых ниш и направлений в ИТ, поскольку в этих сферах российские разработчики оказываются в равном положении с разработчиками из других стран, им не надо «догонять» лидеров индустрии. Именно в эти области, по словам Тагира Яппарова, необходимо вкладывать средства российским компаниям. Инвестиции в новые перспективные технологии и фокус на собственные разработки — это именно то, что Россия не сделала двадцать лет назад, предпочтя более легкий (как тогда казалось) путь. Сегодня благодаря политике импортозамещения есть возможность это исправить.

Второй вероятный сценарий развития и реализации программы импортозамещения связан с созданием технологий и разработок «на открытом коде».

И наконец, третье перспективное направление — трансфер технологий. Примечательно, что все эти направления уже давно широко используются в других странах, в частности в Китае.

Вопрос о том, станет ли реализация этих задач программой импортозамещения, остается открытым. Однако эксперты надеются, что эти шаги помогут российской ИТ-отрасли выйти на новый уровень и укрепиться не только на нашем, но и на мировом рынке. Тем более что до последнего времени все разговоры о необходимости политики протекционизма в отношении российских продуктов и технологий так и оставались на уровне разговоров.

Что показал год прошедший

Показательно, что, оценивая реальные сдвиги, произошедшие за последний год в области импортозамещения, участники рынка прежде всего говорят об изменении в законодательстве и шагах государства, направленных на стимулирование развития российских ИТ.

«Во-первых, принят закон, который утверждает критерии отечественного ПО, а также наделяет Правительство РФ полномочиями ведения реестра отечественного ПО и реализации преференций при госзакупках. И уже можно констатировать, что государственные и муниципальные заказчики стали не на словах, а на деле отдавать предпочтение ПО, созданному в стране, конечно, в тех сегментах, где представлены российские аналоги, — подчеркивает управляющий директор „Лаборатории Касперского“ в России, странах Закавказья и Средней Азии Сергей Земков. — Во-вторых, лично мы видим огромный интерес партнеров (прежде всего производителей разнообразного „железа“) к новым разработкам нашей компании, в том числе и к нашей операционной системе. Создать полностью отечественный аппаратно-программный комплекс, да еще и с высоким уровнем информационной безопасности, стало возможно в том числе и благодаря поддержке российских компаний через профильные ведомства (Минпромторг, Минкомсвязь и другие). Конечно, пока рано говорить о существенных достижениях в этом вопросе, но реальные сдвиги, безусловно, есть».

По словам директора по маркетингу ГК «АйТи» Дмитрия Ведева, главный «сдвиг» состоит в постепенном переходе от декларативного импортозамещения (постоянных разговоров о том, как это важно) к подготовке всех необходимых условий для реального импортозамещения в ИТ.

«Что я имею в виду? Прежде всего — законодательное закрепление понятия „ИТ-продукция российского происхождения“ и приоритета отечественного софта при госзакупках. Так, в июле 2015 г. Президентом РФ был подписан Федеральный закон „О внесении изменений в Федеральный закон „Об информации, информационных технологиях и о защите информации““ и статью 14 Федерального закона „О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд“. Данный закон вступает в силу с 1 января 2016 г. и предусматривает создание реестра российского ПО, а также определяет приоритет закупок этого ПО для государственных нужд, — рассказывает Ведев. — Далее следует отметить, что почти у всех крупных заказчиков (прежде всего речь идет о госкорпорациях) созданы специальные группы или подразделения, которые в течение всего 2015 г. разрабатывали планы импортозамещения. И это не просто „бумаги в стол“! Крупный бизнес в 2014–2015 гг. уже столкнулся со многими ограничениями при поставке новых и сопровождении ранее купленных западных систем. Причем многие из этих систем критически важны для бизнеса. Очевидно, что такие риски нельзя не учитывать, поэтому и появляются подобные планы конкретных действий по импортозамещению. Более того, представители крупного бизнеса совместно с ведущими российскими разработчиками уже ведут переговоры о кооперации с целью создания импортозамещающих решений в ключевых областях».

Директор по продажам компании Axoft Вячеслав Бархатов полагает, что тенденция импортозамещения усиливается. «В этом году был принят проект поправок в законодательство, который регулирует использование ПО в госсекторе. Это значит, что уже в начале 2016 г. российские производители получат особые преференции в госзакупках. Госструктуры и госкомпании всерьез присматриваются к этой тенденции и при наличии российского аналога действительно перестают брать западный, — констатирует Бархатов. — Предпочтения потребителей отражаются и на нашей структуре продаж. В Axoft именно российские производители показали хороший прирост в 2014 финансовом году, особенно направление информационной безопасности — „Код Безопасности“, Acronis, „Аладдин Р.Д.“, Positive Technologies. В Axoft оборот „Кода Безопасности“ вырос в два раза, „Аладдина Р.Д.“ — в пять раз».

«Правительство намерено начать импортозамещение в области ИТ с программного обеспечения, о чем свидетельствует апрельское постановление Минкомсвязи, и этот переход будет мягким: вместо запрета произойдет мягкое сегментарное замещение — в основном разработками на основе свободного ПО, и то в госсекторе, — считает президент Группы Optima Валерий Шандалов. — Но здесь необходимо быть крайне осторожным, у разработок на основе свободного ПО множество недостатков, некоторые из них в определенных условиях могут стать критическими — например, непонятно, к кому обращаться в случае выхода системы из строя, — к разработчику, интегратору или техническому персоналу, потому что все это разные бизнес-единицы, никак между собой не связанные. Также вырастет и рынок информационной безопасности, потому что госсектор надо будет дополнительно защищать от атак хакеров, перед которыми разработки на основе СПО более уязвимы».

«С начала года ряд зарубежных компаний и ИТ-производителей прекратили продажи и поддержку своих решений на территории РФ, — напоминает директор по маркетингу корпорации ЭЛАР Артем Вартанян. — Вполне естественным в кризисное время становится сокращение бюджетов и краткосрочное планирование. В свою очередь, российские разработчики стремительно наращивают собственные разработки, углубляют экспертизу, дорабатывают решения с СПО. Многие производители начинают понимать, что в некритичных областях, пока у заказчика есть выбор между российскими и западными решениями, соревнование выигрывает лучший продукт. Поэтому наши разработчики все больше внимания уделяют качеству своих решений и аспектам позиционирования, предлагая заказчикам не „золотые горы“, а решение конкретных функциональных задач. Приоритетными, в случае когда существует доступность бюджета, становятся проекты „быстрого старта“ и скорой окупаемости. Не следует забывать о том, что в связи с сокращением бюджетов на развитие ИТ-инфраструктуры наиболее востребованными услугами остаются сервисное обслуживание и техническая поддержка, а главной проблемой в связи с санкциями в ряде случаев становится недоступность лицензий. Можно и нужно говорить о российской альтернативе западным ИТ-решениям и системам, а также возможностях технической поддержки собственных разработок и уже функционирующих систем. Для оптимизации сервисных расходов сегодня как никогда востребован аутсорсинг».

Эксперт «Дизайн Центр КМ211» (компания работает на рынке микроэлектроники, а не ПО) Дмитрий Бычков отмечает, что за прошедший год было положено начало реализации программы импортозамещения. «Правительство определилось с понятиями „Интегральная схема российского производства первого/второго уровня“, — рассказывает Дмитрий Бычков, — несмотря на кажущуюся „неважность“ (копий было сломано много), это определение явно скажется на госпрограммах. Принято принципиальное решение об отказе от взаимодействия и разрыве существующих технологических связей с Украиной. Это не наше решение, но Россия не может себе позволить не реагировать на сложившееся положение. Также проводятся НИР по определению необходимых шагов, направленных на обеспечение технологической безопасности в области микроэлектроники, оцениваются возможность осуществления, сроки, затраты. Результаты НИР учитываются при формировании госзаказа будущих периодов. Наконец, активно внедряется НСПК (национальная система платежных карт), и компания „Микрон“ (ведущий российский разработчик, производитель интегральных схем) уже реализует проект „российская банковская карта“. Кроме того, „Микрон“ с проектом внедрения техпроцесса 65GP нм стал резидентом ОЭЗ (особая экономическая зона), что дает компании льготы по ввозу технологического оборудования. А это немаловажно». Необходимо отметить, что на прошедшем в конце сентября 2015 г. совещании по развитию микроэлектроники под председательством Президента РФ было принято решение, что к 2022 г. российские предприятия этого профиля должны получать госзаказ на 105 млрд. руб. в год.

Дмитрий Бычков отмечает, что произошли изменения и в предпочтениях заказчиков. «Если раньше они хотели получать полную копию иностранной микросхемы ABC по рыночной цене да еще желательно „вчера“, то сейчас произошло отрезвление. Ставятся реальные цели и сжатые сроки, заказчики готовы проводить цикл испытаний и переписывать ПО под перспективные российские микросхемы. Учитываются ими и технологические возможности нашей промышленности».

При этом многие эксперты указывают на сложности реализации программы импортозамещения, которые невозможно преодолеть только с помощью принятия законов и распоряжений. По мнению начальника отдела по работе с партнерами компании «Доктор Веб» Николая Степанова, появления документов, подтверждающих необходимость импортозамещения и создания реестра отечественного ПО, недостаточно — практическая реализация этих благих намерений начнется только в перспективе.

«Уже было выдвинуто достаточно много инициатив, состоялось много обсуждений, но реального импортозамещения пока не произошло. Да и в общем-то не могло произойти, поскольку, за исключением нескольких сегментов рынка (в частности, антивирусного), для разработки продуктов уровня зарубежных конкурентов нужно на несколько порядков нарастить численность фирм-разработчиков, соответственно иметь адекватное финансирование — и, естественно, что за год-два приблизиться к мировым лидерам не получится. Что опять же приводит к необходимости создания инфраструктуры управления проектами на уровне государства», — отмечает Степанов.

Вице-президент по маркетингу MAYKOR Ирина Семенова отмечает: единственный на сегодня сдвиг — изменения в законах «Об информации, информационных технологиях и защите информации» и «О контрактной системе в сфере закупок...», которые вступят в силу с нового года. Это действительно сильный стимул для ИТ-отрасли, которая больше года вела разговоры об импортозамещении без какого-либо заданного вектора.

«Эти изменения направлены на то, чтобы сформировать рынок потребления российских ИТ-продуктов. Но даже при законодательном оформлении импортозамещение — это дело не одного и даже не двух лет, чтобы поднять отрасль, требуется гораздо больше времени, — напоминает Семенова. — Пока же главная заслуга политики импортозамещения вкупе с кризисом заключается в том, что ИТ-компании, даже те, которые ранее специализировались только на услугах, начали задумываться о выпуске собственных продуктов. К примеру, наша дочерняя компания MAYKOR-GMCS еще в прошлом году зарегистрировала в Роспатенте собственную разработку — модульную платформу „ВерЭкс“. Компания предлагает целый ряд разноплановых решений для автоматизации управления предприятием по ключевым областям, включая узкоспециализированные отраслевые решения, а также мобильные приложения, и уже реализует пилотные проекты для нескольких компаний».

Директор по маркетингу АСКОН Дмитрий Оснач1 считает, что «этот год ушел только на осознание ситуации — через сомнения, отторжение и ее последующее принятие». Заказчики должны были убедиться, что бизнес-среда изменилась и что это надолго. «До сих пор многие рассматривают ситуацию как временную, надеясь „пересидеть“ ее, — рассказывает Оснач. — Поэтому реальных сдвигов в виде массового отказа от использования зарубежных ИТ-систем, крупных контрактов с российскими разработчиками и интеграторами в той сфере, где работает АСКОН, — в промышленности, не произошло. Разработка новых ИТ-стратегий, поиск новых партнеров и поставщиков начнется тогда, когда заказчики окончательно поймут, что пора строить импортонезависимую экономику в части критических для страны технологий. Первые полноценные результаты можно будет почувствовать примерно через два-три года после реального старта процесса. Пока мы находимся в предстартовой зоне».

Ситуация осложняется еще и тем, что долгое время некоторые российские компании сами не стремились разрабатывать что-то свое, это казалось малоперспективным и затратным. Научный руководитель ОАО «КБПМ», заведующий кафедрой «Защита информации» МФТИ Валерий Конявский полагает, что «практика создания крупномасштабных информационных систем в последние годы была довольно странной».

«Заказчики стремились как можно быстрее создавать системы, и их можно понять, — рассказывает Конявский. — Но при этом высокая скорость достигалась зачастую за счет исключения этапа проектирования. Быстрее, быстрее — купили технику, поставили, отрапортовали, а зачем? Что делать с системой, которая не работает? Не приходит же в голову делать самолет без чертежей? А вот практика создания ЦОДов без проекта ИС — на каждом углу! В результате „системные интеграторы“ в значительной мере перестали заниматься разработкой систем, а занялись бизнесом — купить дешевле, продать дороже. В итоге системная интеграция дисквалифицирована. Примеров успешных информационных систем — единицы, неуспешных — на порядки больше. Так что положительных сдвигов я пока не вижу».

Руководитель отдела продаж сall-центров Infinity компании «ИнтелТелеком» Денис Золотов отмечает, что в его компании глобальных изменений, связанных с реализацией политики импортозамещения, не заметили.

«Мы не можем сказать, что спрос на российские телекоммуникационные решения со стороны государственных компаний заметно вырос, — рассказывает Золотов. — Вариантов, почему это происходит, по моему мнению, три. Расставлю их по мере снижения вероятности. Во-первых, сильно урезаны бюджеты, денег на развитие просто физически нет. Во-вторых, госкомпании нашли пути, как обойти запреты и строгие рекомендации, и продолжают закупать западное оборудование и ПО. И наконец, спрос на телеком с их стороны удовлетворен (что, конечно, маловероятно)».

В сухом остатке

В сентябре 2015 г. прошла информация о том, что Lenovo ведет переговоры с российской компанией «Т-платформы» о возможном использовании в своих продуктах процессоров, выпущенных ее дочерней «Байкал электроникс». Правда, пока ни детали, ни сроки, ни размер возможных поставок, ни место производства неизвестны. Не исключено также, что появятся смартфоны Samsung на базе операционной системы Tizen, для которых офисный софт предоставит российская компания «Новые облачные технологии». Существует еще несколько проектов совместных разработок лидеров ИТ-индустрии с российскими компаниями. Однако это пока лишь планы. При этом на нашем рынке уже существуют успешные внедрения российских продуктов, «потеснивших» иностранные.

«Российских разработок, отодвинувших иностранный софт не только в России, но и успешно продаваемых на мировом рынке, много, — рассказывает заместитель генерального директора Postgres Professional Иван Панченко. — Лучший веб-сервер nginx, потеснивший Apache и Microsoft IIS, разработан в России программистом Игорем Сысоевым. Продукция „Лаборатории Касперского“, Parallels, ABBYY хорошо известна в мире. Mail.ru развивает международный сервис my.com; ее игры известны на европейском рынке. „1С:Предприятие“ побеждает SAP и MS в конкурентной борьбе на российском рынке. Кроме США и Китая, ни одна страна не имеет такого мощного национального поисковика и многофункционального портала, как „Яндекс“. Причем в России конкуренция „Яндекса“ с „Гуглом“ была чисто экономической. Отечественные компании активно привлекаются заказчиками США и Европы для разработки программного обеспечения и обслуживания ИТ-систем. Во многие проекты с открытым исходным кодом (СПО) российские разработчики вносят значительный вклад».

По словам Сергея Земкова, наших успешных конкурентоспособных разработок достаточно много, но все-таки пока это отдельные сегменты, в которых традиционно присутствуют российские вендоры: информационная безопасность, бухгалтерские и учетные системы, САПРовские решения и ряд других.

«Что касается роста долей рынка российских производителей, думаю, пока рано говорить о каких-то конкретных цифрах. Скорее всего, мы сможем увидеть реальные сдвиги в 2016 г., когда заработает в том числе реестр отечественного ПО, который сейчас создается в Минкомсвязи России», — уточняет Земков.

Валерий Шандалов отмечает, что в России задолго до официального курса на импортозамещение создавались и выводились на рынок продукты, ориентированные на решение нишевых задач.

«В основном это системы бизнес-аналитики типа „1С“ и системы электронного документооборота типа OPTIMA-WorkFlow. Они появились потому, что аналогичные западные продукты не годились из-за особенностей российского законодательства. Хорошо себя чувствуют на рынке и некоторые наши инженерные системы — например, автоматического пожаротушения. Рынок и дальше будет развиваться в этой логике: российский продукт появится там, где не может появиться никакой другой. Чтобы качественно переломить ситуацию, нужны принципиально иные условия работы ИТ-компаний — от налогообложения до государственно-частного партнерства», — уверен Валерий Шандалов.

Николай Степанов напоминает, что задолго до появления нового курса иностранные продукты вытеснялись не за счет государственных мер по импортозамещению, а за счет преимуществ российских.

«Сказанное в полной мере можно отнести и к антивирусным продуктам Dr.Web. Кстати, процесс вытеснения зарубежных решений в этом секторе идет уже давно», — говорит Степанов.

Согласен с коллегами и Вячеслав Бархатов. «В обороте Axoft по итогам 2014 финансового года хороший прирост показали решения по информационной безопасности: „Код Безопасности“, Acronis, „Аладдин Р.Д.“, Positive Technologies. Если говорить в целом, то в выигрыше оказались производители, которые показывали хорошие результаты продаж и до импортозамещения и могли более-менее на равных конкурировать с зарубежными аналогами».

«Конечно, таких примеров много, особенно в коммерческом секторе, где люди умеют считать деньги и эффективно их вкладывать, — отмечает Денис Золотов. — Не раз мы теснили в проектах именитых Avaya, Cisco, Genesis (могу по пальцам пересчитать случаи, когда сталкивались с ними и выбор падал на них). Основная причина — крайне высокая цена приобретения и сопровождения при аналогичных (а иногда и меньших) функциональных возможностях. Наши продукты заказчики предпочитают как в случае первичного выбора того или иного решения, так и тогда, когда требуется расширить существующую телефонию (речь идет как об увеличении количества абонентов, так и о новом функционале), функционирующую на западном решении. Часто простое расширение стоит дороже полного перехода на российское решение. Я думаю, в этом году доля рынка выросла у многих российских компаний. Например, мы, несмотря на кризисный год, заметно увеличили продажи как по числу проектов, так и общему объему денег».

Стали появляться истории успеха российских разработок, непосредственно связанные с импортозамещением. Ирина Семенова приводит пример из практики MAYKOR — в начале года Федеральная таможенная служба перешла на отечественную систему учета, управления и аудита средств аутентификации и хранения ключевой информации — Avanpost PKI.

«Однако мы не ожидаем здесь бума, к вопросу импортозамещения предприятия всех форм собственности подходят взвешенно, тщательно анализируя свои потребности и возможности, что само по себе правильно. Во-первых, внедрение любых решений — это капитальные затраты, которые требуют жесткого обоснования, особенно в кризис. Во-вторых, конкурентные предложения наших разработчиков пока немногочисленны. Что касается сервиса, то в рамках наших контрактов мы наблюдаем активный переход заказчиков на российские аналоги расходных материалов, чему способствует не столько политика импортозамещения, сколько удорожание импорта», — уточняет Семенова.

Дмитрий Ведев рассказывает о проекте, в котором «АйТи» не просто конкурировала с иностранным софтом и выиграла (таких примеров много), а произошел переход с уже использовавшейся западной системы на российскую. Компания «Логика бизнеса», входящая в ГК «АйТи», в первом полугодии реализовала проект для центрального аппарата Федеральной миграционной службы РФ. В результате платформа системы электронного документооборота на базе Documеntum была заменена собственным решением «Логика СЭД» на базе СПО Alfresco и PostgreSQL

«Думаю, у многих российских разработчиков найдутся подобные истории успеха, — подчеркивает Ведев. — Так что процесс действительно идет, в первую очередь в органах госуправления и в отраслях, наиболее уязвимых под воздействием санкций. При этом следует учитывать еще один важный аспект импортозамещения — сокращение раздутых бюджетов на поддержку западных систем. К нам уже обращались заказчики, для которых стоимость западного ПО стала настолько высока, что они рассматривают вариант покупки и внедрения российского аналога по цене годовой технической поддержки зарубежной системы».

По мнению Дмитрия Ведева, практически все российские производители в той или иной степени почувствовали рост интереса к своей продукции — по крайней мере, для группы «АйТи», которая является разработчиком десятков собственных продуктов, это заметно. «Просто у кого-то этот интерес уже конвертировался в дополнительный доход и увеличение доли рынка, у кого-то пока нет. Мы делаем стратегическую ставку на развитие собственных продуктовых линеек и еще в 2014 г. смогли компенсировать сокращение объема поставок западных решений за счет весьма заметного роста бизнеса по своим разработкам», — говорит директор по маркетингу ГК «АйТи».

Приводит пример из собственной практики и Дмитрий Оснач. «С 2009 г. АСКОН предлагает свои программные продукты (системы проектирования семейства КОМПАС) по программе „Трейд-ин“. Заказчик дает официальный письменный отказ от использования зарубежных систем проектирования и покупает продукты АСКОН со скидкой 60%. В 2013 г., до начала кампании импортозамещения, на условиях „Трейд-ин“ наше программное обеспечение купили 11 предприятий. Надо сказать, что переход на другой инженерный софт — процесс сложный. Нужно обеспечить наследование данных (трехмерных моделей, чертежей, спецификаций), обучить сотрудников, преодолеть сложившиеся привычки. Поэтому „Трейд-ин“ у нас никогда не был массовой акцией. Но в 2014 г. таких предприятий было уже 17, и столько же — за неполные девять месяцев текущего года. В основном это средний производственный бизнес и проектно-строительные организации. На их решение о переходе на российский инженерный софт повлияла как экономика — обновление и поддержка зарубежного ПО стали слишком затратными, так и санкции США в отношении ряда российских промышленных компаний», — рассказывает Дмитрий Оснач.

По словам Дмитрия Бычкова, первые партии отечественных SIM с отечественной же встроенной ОС уже ушли операторам «Большой тройки». До этого российская встраиваемая OС использовалась в SIM на иностранных чипах (STM). Кроме того, пользуются спросом наши RFID-продукты (скажем, карточки для проезда в общественном транспорте).

«Все биопаспорта были бы полностью оснащены российскими чипами, если бы не ведомственные войны, — рассказывает Бычков. — В качестве успешных примеров можно назвать глюкометры и тест-полоски компании ЭЛТА. А также промышленные контроллеры фирм ТЕКОН, ОВЕН, МЗТА, которые уверенно теснят продукцию Siemens».

Валерий Конявский полагает, что интерес представляют не отдельные, пусть самые крупные, информационные системы, а платформенные решения, которые смогут на равных конкурировать на мировом рынке.

«Одно из них — решение орловской компании НТЦ „Навигатор“ для сферы car sharing. Оно уже внедряется. Конечно, трудно, с проблемами, но комплексность решения дает основания полагать, что в скором времени оно станет тиражируемым и востребованным, — говорит Конявский. — Стоит понимать, что любая, даже самая „крутая“ разработка останется локальной, если она не будет востребована в мире. Ни информационных, ни вычислительных платформ мирового уровня пока создать не удалось. Правда, есть интересные ростки нового. В этом году создано публичное акционерное общество „Трастед Клауд Компьютер — Миллионер“. Общество приступило к выпуску защищенных облачных микрокомпьютеров, ранее разработанных на основе отечественной „новой гарвардской“ архитектуры ООО TrustedCloudComputers. Наверное, это самая многообещающая зона рынка, которая может оказать огромное влияние на мировую компьютерную индустрию».

По словам Артема Вартаняна, говорить о глобальном российском замещении зарубежных решений пока не приходится, если не рассматривать оборонную промышленность, где «всегда был приоритет отечественной составляющей».

«Что касается ИТ-рынка в целом, то очень сложно оценить масштаб вытеснения одного продукта другим. Непонятно, что считать „полной победой“ — замещение в рамках отрасли, организации или подразделения, — размышляет Артем Вартанян. — Сегодня существует большой дисбаланс по сегментам рынка. Есть, скажем, софтверная часть — всевозможные информационные системы и программное обеспечение, аппаратная часть — серверное и инфраструктурное оборудование, а также программно-аппаратные комплексы, содержащие и первую, и вторую части. Причем разработка собственного ПО и поставка его в комплекте с аппаратными средствами становится все более актуальной и позволяет снизить стоимость программно-аппаратного комплекса за счет исключения стоимости в валюте лицензий на ПО. Если, например, в ECM/СЭД-контуре идет жесткая конкуренция западных и отечественных продуктов — SAP и „1С“, FileNet и „Саперион“, то отраслевые учетные системы и монозадачные программные средства успешно функционируют на российской базе. Например, музейные и библиотечные учетные системы, архивные, системы для распознавания текста, программы для индексирования и потокового сканирования. В частности, продукты ABBYY давно не только являются лидерами российского рынка, но и популярны за рубежом. Разработки корпорации ЭЛАР занимают большую долю рынка и востребованы российскими заказчиками. Но вопрос остается открытым, насколько успешно смогут конкурировать российские аналоги с повсеместно применяющимися зарубежными продуктами, как глобально замещать Microsoft Office или продукты Autodesk, пока непонятно».

По словам Артема Вартаняна, следует иметь в виду и еще один немаловажный аспект. Программно-аппаратные комплексы по-разному позиционируются производителями. В них может быть часть наших и часть зарубежных компонентов, однако налаженное у нас производство позволяет считать такие продукты российскими.

«На мой взгляд, все зависит от степени локализации и доли западных комплектующих. Объективно, есть компоненты, которые не скоро удастся заменить отечественными аналогами: компьютерные комплектующие, оптика и т. п., — подчеркивает Вартанян. — Так, в линейке сканирующего оборудования ЭЛАР есть как локализованные продукты — с долей российских комплектующих около 80%, так и собственные разработки с полностью российской программной и аппаратной частью, за исключением некоторых компонентов. В итоге мы сделали продукт, популярный не только в России, но и вызвавший широкий интерес западных партнеров, — мы начали экспорт данной линейки сканеров на рынки Европы и США».

При этом Артем Вартанян подчеркивает: «Российские продукты как внедрялись ранее, так и внедряются сейчас, с той лишь разницей, что теперь уделяется повышенное внимание их происхождению. Но самое главное — это понимание, о каких продуктах идет речь и российские ли они? К примеру, раньше никто не задумывался о смене офисных программ, почтового клиента, теперь появились компании, активно продвигающие свои офисные решения».

Quo vadis?

Как уже не раз говорилось, существуют ниши, в которых российские продукты давно чувствуют себя вполне уверенно. Причем не только на нашем рынке. Прежде всего речь идет о разработке специализированного прикладного программного обеспечения.

По словам Сергея Земкова, именно в области специализированных бухгалтерских, учетных и отчетных систем, систем проектирования и геолокации, а также решений по информационной безопасности и телекоммуникационных систем у наших компаний уже довольно сильные позиции.

«У нас есть и собственные операционные системы на базе свободного (открытого) ПО, офисные пакеты, прикладное и деловое ПО, системы управления предприятием, ПО в области информационной безопасности и так далее. И многие из них не только могут, но и уже конкурируют с западными компаниями, — рассказывает Земков. — В частности, несколько лет назад ряд ведущих отечественных разработчиков объединились в отраслевую ассоциацию (АРПП „Отечественный софт“), и на сегодняшний день в ней состоят более 80 компаний, разрабатывающих ПО для самых разных отраслей экономики и бизнеса. В области информационной безопасности много российских компаний-разработчиков, давно и успешно конкурирующих с иностранным ПО не только на родном рынке, но и далеко за его пределами. В частности, у „Лаборатории Касперского“ очень сильны позиции в области Endpoint Security (защита конечных устройств от интернет-угроз) в большинстве стран Европы (на рынках Германии, Франции, Италии и ряда других европейских стран мы имеем очень высокие позиции), а в странах Северной и Южной Америки входим в тройку лидеров рынка, так же как и в странах Азиатско-Тихоокеанского региона. При этом дома мы давно и уверенно держим первое место, кстати, так же, как и на Ближнем Востоке и в ряде африканских стран. То есть у нас серьезные амбиции и реальные возможности в ближайшее время потеснить глобальных лидеров на мировом рынке безопасности Endpoint Security».

Николай Степанов подчеркивает, что сегодня из всех российских продуктов наиболее соответствуют требованиям мирового рынка антивирусы — их применяют на всех континентах. «Если посмотреть на географию применения лечащей утилиты Dr.Web CureIt!, то там не будет, наверное, только Антарктиды. Также очень показательно, что наш продукт Dr.Web для Android только с Google Play был скачан около 100 млн. раз пользователями по всему миру. Качество российских антивирусов, как и школа отечественного программирования, всемирно признаны», — напоминает Степанов.

Денис Золотов считает, что наиболее конкурентоспособным сегодня является российское ПО, «поскольку его написание не требует таких значительных вложений, как разработка и производство „железных“ решений (речь не идет о банальной сборке из китайских комплектующих). Соответственно программные решения, реализованные благодаря высокому интеллектуальному уровню отечественных специалистов и меньшей стоимости, конкурентоспособны и интересны рынку».

Ирина Семенова уверена: сегодня российские ERP-системы успешно конкурируют с иностранными.

По оценкам Валерия Шандалова, наиболее конкурентоспособны направления бизнес-аналитики, систем бухгалтерского учета, систем электронного документооборота, а также ряда инженерных систем по управлению технологическими процессами.

«Скажем, мы в Группе Optima разработали и успешно вывели на рынок несколько таких систем, предназначенных для автоматизации транспорта энергоресурсов, и кроме как в России, такие системы нигде не могли появиться и по большому счету они больше нигде и не нужны: только у нас при таких расстояниях и в различных климатических зонах требуется автоматизация этих процессов в таких объемах», — рассказывает Валерий Шандалов.

«В разных отраслях ситуация разная, — говорит Дмитрий Ведев. — Наибольший интерес заказчиков и, следовательно, наиболее „быстрый“ спрос приходится на критически важные для бизнеса системы. Для производственных компаний — это CAD/CAM, PLM-системы, решения АСУТП и пр. В то же время в том, что касается полностью конкурентоспособных российских аналогов, здесь достаточно много проблем. А, например, в области банковских систем рынок практически полностью за российскими производителями. Хороший уровень конкурентоспособности традиционно там, где высока национальная специфика, — учетные системы, электронный документооборот, кадровое администрирование, системы информационной безопасности и пр. Здесь наши российские продукты вполне способны уже сегодня замещать западные».

По мнению Валерия Конявского, наиболее конкурентоспособным можно считать направление защищенных облачных клиентских компьютеров серии «МКТ», разработанных в России и обладающих «мощным вирусным иммунитетом», обеспеченным архитектурными решениями. «Решения запатентованы, компьютеры выпускаются уже в нескольких странах, и это дает основания для надежды», — уверяет Конявский.

Дмитрий Бычков считает, что сегодня выигрывают все разработки, учитывающие национальную специфику, такие как SIM/Bank смарт-карты, чипы, биопаспорта. «Причем у этих продуктов хорошие перспективы выхода на рынки стран Таможенного союза, Евразийского экономического пространства и далее. Конкурентоспособными можно считать и массовые RFID-продукты, в том числе за счет таможенной защиты. Сегодня правительство РФ стало относиться к информационной безопасности и защите персональных данных более щепетильно, и при дальнейшем ужесточении требований к аппаратной составляющей рынок наших процессоров для производства компьютерных терминалов, тонких клиентов и даже серверов будет только расти», — полагает Бычков.

По мнению Вячеслава Бархатова, в краткосрочной перспективе конкурентоспособными станут те решения, которые и до импортозамещения показывали хорошие результаты, — решения с хорошей технологической базой. «Особенно сильны в этом плане позиции у производителей направления информационной безопасности. Относительно высокий спрос ожидается и в сфере ИТ-аутсорсинга. Будут и дальше развиваться индивидуальные разработки для госзаказчиков. Стоит отметить, что отечественные вендоры, получившие подарок в виде вынужденного спроса, оперативно адаптируют свои наработки для крупного заказчика да в целом не успокаиваются — развивают свои решения, активно вкладываясь в R&D, — подчеркивает Бархатов. — О среднесрочной перспективе говорить пока рано, все будет зависеть от действий регуляторов и экономической обстановки».

По мнению ряда экспертов, сильные позиции в определенных областях не должны стать для российских компаний ограничением — необходимо выходить за привычные рамки. Обсуждая перспективы российских компаний и возможные новые сферы приложения усилий разработчиков, Дмитрий Ведев отмечает: важно выделить отдельно нишу, связанную с созданием приложений на новых технологических рынках.

«Понятно, что очень трудно создать с нуля рыночный конкурентоспособный продукт в сегментах, в которых десятилетиями успешно работают международные компании. А вот в новых нишах такая возможность есть — ведь и мы, и западные производители стартуем практически с одинаковых позиций. Например, рынок корпоративной мобильности стартовал 4–5 лет назад и здесь есть поле для глобальной конкуренции. Мы с нашим продуктом — мобильным корпоративным рабочим местом WorksPad — конкурируем с западными производителями не только в России, но и на зарубежных рынках. Примеры успешных разработок на таких новых рынках есть — это касается и систем виртуализации, и облачного резервного копирования, и систем интеллектуального поиска и пр., — полагает директор по маркетингу ГК „АйТи“. — Что касается базовых технологий (операционные системы, СУБД, офисные приложения), то здесь не имеет смысла создавать всё с нуля. Российская ИТ-индустрия идет по пути формирования оригинальных решений на основе открытых международных разработок: различных версий Linux, PostgreSQL, облачных и локальных офисных решений — сегодня таких публичных проектов много. Очевидно, что активно развивается и путь комбинирования технологий — создание полностью российского бизнес-функционала на ИТ-платформах международных вендоров. Здесь, пожалуй, можно провести аналогию с локализацией сборки автомобилей. Да, изначально компоненты в основном западные, однако с каждым годом все больший и больший процент деталей производится в России. Одновременно происходит и трансферт передовых технологий в области проектирования, производства, организации труда и пр.».

Николай Степанов уверен: в тех областях, где российские разработки пока недостаточно сильны, например в большинстве комплексных аппаратных решений, нужно что-то делать, чтобы постепенно сокращать дистанцию до западных аналогов. «В этом процессе можно использовать опыт и наработки тех российских производителей, которые уже имеют опыт проектирования и создания собственных конкурентоспособных решений, — считает Степанов. — При этом разработка решений в области ИТ, как программных, так и аппаратных, занимает довольно длительное время, поэтому курс на импортозамещение сможет привести к росту отечественной ИТ-индустрии, но в более отдаленной перспективе».

Варианты решения сакраментального российского вопроса

Как бы эксперты ни относились к теме импортозамещения, практически все солидарны в одном — настоящий успех возможен только при создании и реализации последовательной политики протекционизма со стороны государства в отношении российских компаний. Что же сегодня реально делается для стимулирования производств и производителей и что, по мнению участников рынка, должно делаться?

«Я уже говорил про формирование нормативной базы поддержки импортозамещения. Много сделано и для стимулирования спроса на отечественные разработки (по крайней мере, при госзакупках). Очевидно, что сегодня главный инструмент поддержки и развития спроса — формирование госзаказа на российские разработки, — полагает Дмитрий Ведев. — Важно отметить, что настоящая конкурентоспособность разработок определяется не только их позициями на защищенных рынках, но и на глобальных. Поэтому составной частью поддержки отечественных разработок становится и поддержка экспорта ИТ-продукции. Мы сегодня активно сотрудничаем с институтами развития (РВК, „Сколково“, Фонд Бортника) и отмечаем, что поддержка российских компаний на внешних рынках стала существенно более осмысленной и активной. Сегодня и институтами развития, и Минэкономразвития РФ осуществляется целый комплекс мероприятий: поддержка участия в зарубежных выставках, специализированные миссии в разных странах, помощь в оценке условий ведения бизнеса и поиск потенциальных партнеров за рубежом».

По мнению Сергея Земкова, российские власти выбрали наиболее правильный вариант поддержки, а именно: никто не планирует запрещать иностранное ПО или «железо», если какому-то государственному учреждению необходим именно иностранный продукт, он просто должен обосновать свой выбор. «Таким образом, российские компании получают доступ к заказчику, но при этом должны иметь как минимум схожий по функционалу и качеству продукт, что, на мой взгляд, неизбежно приведет к здоровой конкуренции и повышению качества продуктов. Это дает возможность заказчику ориентироваться в решениях, представленных российскими компаниями, а также разработчикам идти в те сегменты, которые пока представлены исключительно иностранными производителями, и в случае наличия функциональных и качественных продуктов получать госзаказы», — рассказывает Земков.

По словам Вячеслава Бархатова, в области программного обеспечения стимулирование происходит в основном через законодательную инициативу, которая ограничивает выбор ПО в госзакупках. «О комплексной программе господдержки говорить пока не приходится. Да, есть намерения долгосрочного финансирования грантами из антикризисного фонда через специально созданные НКО, но реальных шагов в этом направлении пока не сделано», — считает Бархатов. По мнению директора по продажам Axoft, законом об импортозамещении можно регулировать только госзакупки. «Частные предприятия по-прежнему будут покупать то, что отвечает их требованиям: надежность, качество, цена. Поэтому для развития отрасли важно не столько ограничивать, сколько давать возможность компаниям развиваться за счет налоговых послаблений, помогать в привлечении инвестиций. Будущее отрасли ПО будет зависеть от вложений в собственную научную базу и подготовку технических кадров, которые смогут создавать новые технологии. Все это потребует времени».

Коммерческий директор Postgres Professional Андрей Флейта не исключает, что осуществляемые сегодня законодательные преференции для отечественного программного обеспечения, налоговые льготы для ИТ-компаний могут дать положительные результаты. «Однако кроме этого необходимо стимулировать спрос на программное обеспечение отечественного производства, изменить программы ИТ-образования, ориентируясь на российские и свободно-распространяемые продукты, развивать математическое образования на всех уровнях, поддерживать научные исследования в области прикладной и фундаментальной математики. А также создать выгодные условия для привлечения разработчиков из других стран, упростить учет и регулирование компаний, ориентированных на работу с иностранными заказчиками. И выборочно поддерживать грантами или государственными контрактами разработчиков критически важных для государства систем», — говорит Андрей Флейта.

По мнению Ирины Семеновой, принятые поправки к законам «Об информации...» и «О контрактной системе в сфере закупок...» призваны стимулировать спрос на отечественные ИТ-разработки со стороны госзаказчиков. «Это, безусловно, воодушевляет разработчиков и, будем надеяться, воодушевит и частных инвесторов вкладывать средства в эту индустрию, — считает Семенова. — На наш взгляд, главное, что сейчас нужно для создания конкурентоспособной ИТ-отрасли, — это решение кадрового вопроса. В стране острая нехватка ИТ-специалистов и еще большая нехватка тех, кто может создавать конкурентоспособные продукты. Причем это забота не только государства. ИТ-компании также должны включиться в процесс привлечения и обучения ИТ-специалистов. Решение проблемы нехватки ИТ- и технических кадров — один из главных приоритетов в социальной политике MAYKOR: мы предоставляем возможность пройти практику для студентов технических колледжей и вузов по всей стране, организуем лекции и целые курсы, которые ведет топ-менеджмент компании, способствуем трудоустройству выпускников».

Дмитрий Бычков также полагает, что кадровое обеспечение отечественной микроэлектроники недостаточно. При этом, по словам Дмитрия Бычкова, существующие таможенные льготы на поставку технологического оборудования «действительны не для всех и не при всяких обстоятельствах». "Среднему предприятию кредиты практически недоступны. А вот льготное налогообложение посредством реализации ОЭЗ, территорий опережающего развития — реально работающий и помогающий механизм, — рассказывает Бычков. — Программы развития центров коллективного пользования2 только начинают развиваться. Думаю, что лет через пять их влияние на рынок будет весомо. Зато ни одна из известных мне компаний не имеет опыта успешного взаимодействия с Роснано/"Сколково". Может, надо в консерватории что-то подправить? Для стимулирования российских производств можно и нужно принимать меры таможенного и технического регулирования. Особо хочу упомянуть, что, по крайней мере для госсектора, должна быть прописана целесообразность преимущественного использования российской продукции против западной, даже при некотором ухудшении непринципиальных характеристик. Примерно то же самое касается проведения госзакупок по НИОКР. Порочная практика вложения денег в иностранную интеллектуальную собственность при наличии российских аналогов идет во вред российской отрасли в целом«.

Николай Степанов полагает, что пока практически ничего не делается. «Для начала нужно создать систему выработки требований к продуктам. Без этого будут продолжаться попытки выдать „свежеразработанные“ программы за продукты мирового уровня, — уверяет Степанов. — Также хочется надеяться, что государство наконец-то обяжет бюджетные организации, существующие на деньги российских налогоплательщиков, закупать отечественное ПО при наличии конкурентоспособных продуктов. Многие госорганы закупают ПО стран, наложивших на нас санкции, тем самым стимулируя экономику США и Западной Европы. Показательный пример: ФГБУ Поликлиника № 3 Управления делами Президента Российской Федерации закупает американский антивирус. И это далеко не единственный случай. При необходимости мы готовы подготовить список госорганизаций, закупающих зарубежные антивирусы при наличии отечественных».

Согласен с коллегой и Денис Золотов: «Мы не видим каких-то реальных действий, направленных на поддержку наших вендоров ПО. Необходимы следующие меры: полный запрет на приобретение решений, у которых есть нормальные российские аналоги (с жестким контролем, чтобы не применялись хитрости вроде вписывания в ТЗ никому не нужных „уникальных“ функций и протоколов зарубежного ПО и „железа“), льготное налогообложение, различные выставки, семинары и мероприятия, организованные государством, где отечественные решения будут представлены высоким госзаказчикам».

«Нескоординированные и противоречивые действия Минпромторга и Минкомсвязи ничуть не помогают развитию отрасли, — сетует Валерий Конявский. — Создание же искусственных сверхмонополистов ни к чему, кроме стагнации, и не может привести. Для ответа на вопрос: „А что же должно делаться?“ — нужно вспомнить, как же мы дошли до жизни такой. Первая волна деградации отрасли с условным наименованием „вычислительная техника и информатизация“ началась с решения о копировании западной вычислительной техники, в соответствии с которым ИНЭУМ начал воспроизводить линейку PDP, а НИИЦЭВТ — линейку IBM. Советская вычислительная наука с этого момента была практически остановлена, и разработками компьютеров занимались только энтузиасты. Примерно в 1986 г. этот путь был осознан как тупиковый и для преодоления отставания создали ГКВТИ СССР — государственный комитет по вычислительной технике и информатизации. Вторая волна деградации началась с 1991 г., когда ГКВТИ был упразднен, а его функции частично были переданы в Минсвязи, а частично — в другие отрасли. Это положение сохраняется и поныне — Минпромторг отвечает за технику, а Минкомсвязи — за информационные системы. Плюс к этому три регулятора в области защиты информации, плюс Минобрнауки (спасибо огромное за поддержку исследований), плюс Академия Наук — и результат предсказуемый: у семи нянек дитя без глаза. Противоречия вместо координации — и вот результат: ни там, ни там нет сколько-нибудь значимых результатов. Конечно, усилия бизнеса полезны, но при отсутствии господдержки (еще хуже — при несистемной поддержке) результатов и не может быть. Я вижу только один выход — создание нового регулятора, отвечающего за всю тематику целиком. А дальше — выбор и поддержка проектов, которые могут конкурировать на мировом рынке, вытесняя импортные решения. Конкурентоспособность в мире обеспечит импортозамещение в России. И не нужно бояться больших целей — цель должна быть большой, тогда в нее легче попасть».

Дмитрий Оснач полагает, что механизмы стимулирования импортозамещения должны быть как государственно-регуляторного характера, так и естественно-рыночного. К первым относится законодательное создание преференций отечественным производителям по отношению в первую очередь к поставщикам из тех стран, которые ведут недружественную политику в отношении России, — рассказывает Оснач. — И постепенно, как мы видим, это происходит в самых различных отраслях. Конечно, на то, чтобы провести постановление правительства или разработать законодательный акт, требуется определенное время, и это тоже влияет на скорость появления результатов импортозамещения. Ко вторым относится переориентация крупнейших отечественных предприятий, уже находящихся под санкциями или же понимающих риск возможного введения санкций против них или отрасли в целом, на внутренних производителей потребляемых ими товаров, оборудования и услуг. Только представьте себе, что, при том что нефтяная отрасль России все последние годы была драйвером развития страны в целом, доля отечественных производителей нефтегазового оборудования на внутреннем рынке составляла примерно 10%. Вся страна жила на нефтегазовую ренту — продавалось сырье, а все остальное не производилось, а покупалось. Сейчас же волей-неволей наши крупнейшие предприятия будут вынуждены создавать внутренний спрос на продукцию отечественной промышленности. При этом тотальное импортозамещение, особенно в его примитивной трактовке «срочно выбрасываем все зарубежное и ставим отечественное», не соответствует долгосрочным интересам и текущим возможностям российских производителей во всех отраслях промышленности и ИТ. Нам, как производителю софта, не нужна разовая акция по замене зарубежной продукции на отечественную, тем более в форме принуждения потребителя. В таком сценарии нет перспектив. Все производители заинтересованы в глубоком стратегическом внутреннем партнерстве друг с другом и с другими отраслями, чтобы получать драйв для своего развития.

«Как я уже сказал, ИТ-компаниям, особенно небольшим компаниям-разработчикам, должны быть на длительный срок предоставлены налоговые преференции, позволяющие им на условиях максимальной открытости рынку заниматься разработкой конкурентоспособных решений, которые крупные интеграторы в последующем могли бы внедрять в рамках масштабных проектов, — говорит Валерий Шандалов. — Развитие государственно-частного партнерства и целевого проектного финансирования помогло бы в короткий срок создать ряд российских программных и высокотехнологичных продуктов, необходимых госсектору и ведущим отраслям экономики. Нужны открытые конкурсы на оказание услуг российскими производителями ПО и оборудования. Продуманная стратегия могла бы дать всей отрасли мощный толчок — в противном случае мы будем метаться между желанием сделать что-то свое и возможностью купить что-то китайское».

По мнению Артема Вартаняна, политика импортозамещения должна содержать комплексный подход. «И разработанный Минкомсвязи в начале прошлого года план развития российской ИТ-отрасли, законодательное регулирование и верный заданный курс по стимулированию процесса наращивания собственных разработок может позволить, при надлежащем уровне контроля качества исполнения, стать российским производителям конкурентоспособными игроками на мировом рынке, — считает Вартанян. — Должна быть сформирована комплексная стратегия развития ИТ в России, включающая рекомендации и регламенты обмена данными и решающая задачи в области ИБ. Открытым остается вопрос инвестиций в отрасль, так как на фоне общего снижения ИТ-бюджетов российским разработчикам и производителям техники становится непросто не только развиваться, но и выживать в сложившейся экономической ситуации».

1 Дмитрий Оснач на момент выхода статьи прекратил работу в компании АСКОН.

2 Центр услуг, где малым и средним предприятиям предоставляется возможность использования новых технологий в производстве посредством коллективного пользования оборудованием.

Версия для печати (без изображений)