Ландшафт ИТ-рынка быстро меняется. Многие тренды, о которых говорили на протяжении последних лет, такие как облачные вычисления, большие данные, корпоративная мобильность, Интернет вещей (IoT), «умный» дом, «умный» город и др., уже стали реальностью. При этом помимо технологических факторов на состояние ИТ-рынка сильное влияние оказывали экономика и даже политика. С такими неоднозначными условиями работы, с таким количеством разноплановых трендов и с такой неопределенностью, как в этом году, ИТ-индустрия России столкнулась, пожалуй, впервые за всю историю своего существования.

Еще два момента, которые не остались не замеченными игроками российского ИТ-рынка, —западные санкции и политика импортозамещения. Разумеется, восторга новые экономические и политические реалии ни у кого не вызвали. Но жить как-то надо, и компаниям пришлось приспосабливаться к изменившимся условиям.

Воспользоваться окном возможностей поспешили наши партнеры из стран Юго-Восточной Азии, и в первую очередь китайские производители. У российских компаний также появился прекрасный шанс нарастить бизнес и увеличить свою долю рынка.

Многие технологические тренды затронули практически всё пространство ИТ-рынка, поэтому все компании в той или иной степени скорректировали свои приоритеты, стратегию и методы работы.

«Облачные технологии, большие данные, Интернет вещей, мобильность и другие технологии уже стали общепринятыми в мире, — говорит Жамиля Каменева, директор по развитию бизнеса и маркетингу компании Konica Minolta. — В России мы наблюдаем значительное отставание, при том, что много инициатив было уже реализовано или находится на этапе разработки как на уровне компаний, так и на уровне государства. В соответствии с теорией циклов современный ИТ-рынок находится в начале очередной технологической эры, которую эксперты называют NBIC-конвергенция (конвергенция нано-, био-, информационных и когнитивных технологий). Ожидается, что NBIC-технологии обеспечат такой же прорывной рост мировой экономики, как в свое время прядильные и паровые машины».

По словам Жамили Каменевой, количество используемых решений, приложений, оборудования растет с каждым годом, и далеко не все производители могут или хотят использовать открытую архитектуру и обеспечивать совместимость всех применяемых решений на любом из возможных уровней. Тренды конвергенции и оптимизации внедренных решений становятся ключевыми на рынке. Большинство компаний серьезно вложились в ИТ-инфраструктуру и хотят использовать ее максимально эффективно.

Жамиля Каменева отметила, что одой из важнейших тенденций, которая многое определяла в уходящем году, можно считать обеспечение защиты информации. «Эффект Сноудена», многочисленные утечки в самых различных сферах жизни — от потери паролей и персональной информации сотрудников в финансовых организациях до взлома сайтов знакомств и утечки информации о частной жизни пользователей заставляют компании предпринимать серьезные меры по противодействию несанкционированному доступу или вредоносным приложениям.

«Я считаю, что за прошедший год наибольшее влияние на российский рынок оказали технологии облачных вычислений, мобильных приложений и „умный“ город, — заявил Сергей Половников, генеральный директор компании „Открытые Технологии“. — Это можно заметить по интересу корпоративных заказчиков к данным решениям и по ряду крупных проектов, которые близки к завершению, и поэтому вызывают большую заинтересованность будущих заказчиков. Если раньше невозможно было даже представить, что можно организовать бухгалтерское сопровождение, не разворачивая на предприятии систему бухучета, или что можно заказать такси в компании, в парке которой нет ни одного автомобиля, то сейчас это уже реальность».

Сергей Половников добавил, что отдельного внимания заслуживают проекты в рамках концепции «умный» город — обмен данными об услугах ЖКХ, электронные очереди в поликлинике, электронная запись в школу или в детский сад, оплата штрафов и налоговых платежей, электронное расписание транспорта. И таких проектов становится все больше, в том числе и за пределами столицы.

«Глубина изменений, происходящих на ИТ-рынке сейчас, даже более существенна, чем в то время, когда возник Интернет. Это означает серьезную перестройку как компаний, которые поставляют ИТ-продукты, так и предприятий, которые их потребляют, — говорит Андрей Филатов, генеральный директор IBM в России и СНГ. — В этот момент важно правильно определить главные направления и развивать их. IBM сфокусировалась на облачных решениях, аналитике, мобильности, социальном взаимодействии и безопасности.

По данным IBM Investors Relations Report, потенциал рынка облаков в 2018 г. составит примерно 400 млрд. долл., аналитики — 315 млрд. долл., рынка социального взаимодействия — 290 млрд. долл.

Еще один значимый тренд 2015 г. —планы по замещению импорта в сфере высоких технологий. Россия не уникальна в своем стремлении добиться технологической независимости. В свою очередь, IBM имеет разнообразный опыт работы в разных странах , что, по словам Андрея Филатова, «позволяет нам и нашим партнерам быстро приспосабливаться к правилам игры на российском рынке».

«Мы давно придерживаемся политики открытых стандартов, в частности принципов взаимодействия в рамках Open Source Community, — добавляет он. — Так, инвестиции IBM в развитие направления Linux в мире достигли уже нескольких миллиардов долларов».

Андрей Кучинский, директор по работе с партнерами, ЕМС Россия и СНГ, считает, что трансформация бизнеса, обусловленная развитием облачных технологий, мобильной связи, больших данных и социальных сетей, обширнее и глубже, чем все, что было прежде.

«План действий в условиях такой трансформации живо обсуждался руководством всех международных компаний в предыдущие годы и сейчас находится в стадии реализации, — сообщил он. — В России влияние этих тенденций будет не столь велико, но ряд передовых высокотехнологичных компаний уже приняли цифровую революцию как данность и видоизменили свою бизнес-стратегию. Им, как и другим ИТ-визионерам, очевидно, что игроки, которые не смогут идти в ногу с происходящими изменениями, сильно ослабят свои позиции. Они окажутся в положении, в котором оказались издатели карт и атласов, когда производители смартфонов стали оснащать устройства GPS-навигаторами».

Как отмечает Татьяна Фантаева, руководитель направления «Качественное электропитание» компании Eaton в России, сложная экономическая ситуация, безусловно, сыграла роль в перераспределении ценовых сегментов. Заказчики, ранее закупавшие продукцию премиального сегмента, сейчас все чаще приобретают оборудование среднего или низкого ценового сегмента. Цена становится таким же важным фактором, как и надежность.

«Перераспределение сегментов закономерно привело к росту продаж более доступного по цене азиатского оборудования, в частности из Китая. В то же время сложившаяся ситуация заставила лидеров рынка активно развивать и продвигать более экономичные продуктовые линейки и конкурировать в новом ценовом диапазоне, — подчеркнула Татьяна Фантаева. — Тем не менее, по данным независимых экспертов, вес и доля высококачественных решений премиального сегмента остались прежними». Что касается объемов бизнеса крупных системных интеграторов, здесь, по оценке Фантаевой, также видны существенные изменения. Сокращение числа крупных проектов привело к тому, что компании, ранее фокусировавшиеся на работе именно с крупным бизнесом, вынуждены бороться за долю рынка и присматриваться к менее крупным сделкам, для того чтобы покрыть издержки и остаться на плаву.

По мнению Андрея Кучинского, компании, которые примут вызов, станут так называемым цифровыми предприятиями — это новая парадигма развития бизнеса, в которой ИТ займут ведущую роль в создании новых сервисов и их персонализации. Цифровое предприятие подразумевает, что доступ к продуктам, услугам, сервисам компании осуществляется в любое время и в любую секунду из любой точки мира с любого устройства. Такая концепция охватит все сферы: от промышленности до культуры.

Другим важным трендом, как считает Кучинский, стала аналитика больших данных. С появлением датчиков и Интернета вещей информация может собираться практически отовсюду и обрабатываться с высокой скоростью. Однако далеко не все компании готовы к тому, чтобы воспользоваться преимуществами грядущих перемен.

«Главный технологический тренд — уменьшение габаритов настольных компьютеров и в целом персональных устройств и, как следствие, рост их энергоэффективности, — считает Алексей Ерохин, директор департамента корпоративных продаж HP в России. — Аналогичная ситуация, наблюдается и в области печати. Там устройства также становятся компактнее и энергоэффективнее. Можно отметить и все более серьезный подход как заказчиков, так и самих вендоров к обеспечению безопасности, причем не только в части ПК, но и в области печати. Лучшим подтверждением этому можно считать тот факт, что сегодня в ТЗ каждого четвертого тендера прописаны требования по системе контроля доступа».

Как отмечает Андрей Тамбовский, директор по технологиям компании «ФОРС Дистрибуция», из технологических трендов, оказавших заметное влияние на российский ИТ-рынок, следует выделить облачные вычисления и большие данные. «Нестабильная экономика может способствовать дальнейшему развитию рынка облачных услуг, поскольку эта технология с финансовой точки зрения более эффективна по сравнению с прежними, — подчеркнул он. — Что касается Big Data, то если раньше у нас лишь обсуждали возможность использования этой технологии, то сегодня фокус дискуссий смещается в сторону внедрения и использования».

Надо отметить, что руководители многих других ИТ-компаний также считают Интернет вещей, облачные технологии и большие данные главными технологическими приметами уходящего года. По мнению специалистов Huawei, драйвером роста всего цифрового бизнеса в ближайшие годы, безусловно, станет развитие рынка IoT, который открывает двери для разработчиков всех сегментов этого рынка — от всевозможных конечных устройств и гаджетов, до протоколов и интерфейсов, использующихся при обмене данными в мире IoT. По сути, вся инфраструктура (ПО, платформы, каналы доставки данных), всё будет строиться вокруг Интернета вещей, и касается это не только частного потребительского рынка, но и промышленности.

«С моей точки зрения наибольшее влияние на российский ИТ-рынок оказало развитие облаков и активное распространение технологии 4G/LTE, на подходе — Интернет вещей», — полагает Сергей Васюк, глава представительства компании D-Link.

Эту точку зрения разделяет Дмитрий Селиванов, коммерческий директор дата-центра CloudDC. «Уходящий год характерен бурным ростом интереса к облачным технологиям. Отчасти это связано с текущей экономической ситуацией, что и стало катализатором роста. Об облаках серьезно заговорили даже такие консервативные учреждения, как банки», — подчеркнул он.

Николай Школьников, руководитель отдела маркетинга и продаж систем связи, Panasonic Россия, также указывает на усиливающееся влияние облачных технологий. Основной удар экономического кризиса пришелся на малый бизнес, поэтому компании данного сегмента ищут экономичные решения, не требующие больших начальных инвестиций.

«Наиболее востребованное решение в такой ситуации —облачные сервисы и SIP-терминалы, — говорит Николай Школьников. — Мы наблюдаем этот тренд уже несколько лет. Спрос на наши SIP-терминалы, которые появились на российском рынке три года назад, продолжает расти. Нам даже удалось выйти на второе место по продажам SIP-терминалов по результатам 2014 г. (по данным J’son & Partners Consulting)».

«Многие из перечисленных трендов продолжают развиваться и оказывать все большее влияние на ассортимент производителей и ИТ-продавцов. Так, например, большинство новых WI-FI-роутеров компании TP-LINK могут работать в сетях 4G и поддерживать мобильные приложения по управлению данными устройствами, — говорит Михаил Кириченко, директор департамента дистрибуции компании TP-LINK. — Благодаря новым направлениям, в будущем году мы увидим широкий ассортимент оборудования нашей компании, предназначенного для работы в сегментах „Умный“ дом и „Интернет вещей“».

Впрочем, не все эксперты согласны с тем, что названные тенденции действительно играли ключевую роль на российском ИТ-рынке.

Как утверждает Аркадий Карев, вице-президент консалтинговой группы «Борлас», в технологическом плане мы повторяем мировые тенденции, хотя и с некоторым запозданием. Однако в уходящем году сами по себе технологии не стали определяющими факторами развития российского рынка, значительно большее влияние оказывала экономическая и политическая ситуация.

«Российский ИТ-рынок исторически ориентирован на государство как на крупнейшего заказчика и на корпоративный сектор. Эта ориентация сохраняется. Поэтому с учетом жестких ИТ-бюджетов и консервативного подхода госзаказчиков и предприятий, вынужденных проводить автоматизацию не за счет внедрения каких-то революционных технологий, а применяя традиционные, проверенные ИТ-продукты, говорить о влиянии новых разработок на рынок было бы не совсем верно, — заявил Денис Мальцев, директор по стратегическому развитию и маркетингу компании Merlion. — В наибольшей степени на ИТ-рынок повлияли изменения в политике национальной безопасности, где ИТ-решения постепенно становятся основной составляющей. В этой ситуации меняются, становятся более тесными и орегламентированными отношения разработчиков (как иностранных, так и российских) с сертифицирующими органами».

А специалисты Powercom считают, что к числу важных особенностей 2015 г. можно отнести повсеместную автоматизацию процессов в промышленных и государственных секторах. Одни проекты явно отвечают концепции «умного» города, другие — Интернета вещей. Другой важный тренд — клиенториентированность — ведет к большей персонализации сервисов и развитию гибридных сетей, принимающих информацию от разного типа устройств. Следствием этого становятся растущие в геометрической прогрессии массивы данных, которые надо не только хранить, но и уметь обрабатывать.

По оценке Сергея Корнеева, президента Группы компаний «Техносерв», заметно проявился курс на импортозамещение. Практически все заказчики из госпредприятий, ведомств и промышленности рассматривают вопрос замены западного оборудования на российские или азиатские аналоги. Это касается как программных, так и аппаратных платформ. Данная тенденция сохранится и в наступающем году. Возросло количество проектов по созданию ЦОДов и СХД. Это связано как с законом о ПДн, так и с решением о хранении данных на территории России. Еще один тренд — интерес к различным видам защиты информации в корпоративных системах и защите данных клиентов. Это направление актуально для всех сфер бизнеса, от банков до систем АСУТП на промышленных предприятиях.

«Несмотря на кризисное состояние экономики, наш ИТ-рынок продолжает развиваться. Темпы, конечно, ниже общемировых, но изменения к лучшему все же есть, — говорит Евгений Овчинников, заместитель генерального директора компании Auvix. — Облачные технологии применяются все шире, а вот что касается Интернета вещей, то разговоров об этом, а реальных сдвигов пока не заметно. Довольно быстро развиваются мобильные приложения, сегодня они есть у банков, автозаправок, интернет-магазинов, журналов. И это действительно сильно влияет на рынок в целом. „Умный“ дом —еще один заметный тренд. Темпы внедрения технологии 4G на территории России оценить пока сложно, поскольку процесс их развертывания начался недавно. Что касается сферы аудиовидеотехнологий, то тут все производители видят будущее за устройствами для совместной работы, а также за решениями Digital Signage, которые позволяют создавать современную информационную среду в любом пространстве. На всех крупных российских выставках ведущие производители показывали решения, с помощью которых человек получает информацию в банке, в аэропорту, в офисе, в магазине. Это важный тренд, оказывающий значительное влияние на рынок аудиовидеорешений».

Павел Адылин, исполнительный директор компании Artezio, входящей в ГК ЛАНИТ, отметил сдвиги в области заказной разработки и внедрения. Первое — это переход на решения, использующие компоненты open source, что ведет к увеличению доли открытого ПО. Такая тенденция в основном связана с политикой импортозамещения, а также со значительным подорожанием готовых индустриальных решений мировых производителей.

Второе — внедрение корпоративных порталов, соцсетей и баз знаний. Третье — информатизация госуслуг и социальной сферы.

«Заметное влияние на рынок оказало дальнейшее смещение к позиционированию продукта не как „коробки“, а как сервиса. Облачные решения позволили сделать этот тренд еще более актуальным, — заявил Андрей Блинов, коммерческий директор компании TEKO. — Не секрет, что конечные потребители вынуждены экономить, в том числе на расходных материалах. В поисках путей сокращения затрат для крупных и средних компаний, а также для госпредприятий, стоит обратить внимание не только на покупку дешевых товаров, но и попытаться оптимизировать стоимость владения техникой. Исходя из этого принципа клиенты выбирали то или иное решение для оптимизации, например аутсорсинг печати. В 2015 г. эта услуга была наиболее популярна именно из-за возможности сэкономить».

Шанс или проклятие?

Западные санкции вызвали неоднозначную реакцию в бизнес-сообществе. Здравый смысл подсказывал, что большой угрозы они не несут, хотя, конечно, кое у кого возникли панические настроения. Люди постарше помнят эпоху, прошедшую под знаком КОКОМ. Кстати, тогда Советский Союз добился больших успехов во многих отраслях машиностроения. Фактически ограничения, придуманные еще в 1949 г., существуют до сих пор, только вот уже почти два десятилетия называются по-другому. Такой вот ребрендинг...

«Наверное, не стоит преувеличивать прямой эффект от санкций именно в ИТ-сфере, потому что по большому счету они весьма ограниченны, — говорит Аркадий Карев. — В „чёрный список“ были включены несколько десятков российских компаний преимущественно оборонной и нефтегазовой отраслей, а также финансового сектора. Да, некоторые проекты отменены или отложены из-за проблем с западными поставщиками, но это не тот объем, который может сильно влиять на рыночные показатели. Эффект скорее психологический. Это все заставляет компании из других отраслей задуматься, стоит ли вкладываться дальше в западные решения. При том, что из-за усиления евро и доллара эти решения для конечных клиентов стали дороже».

По мнению Александра Кондакова, генерального директора компании «ЛАНИТ-Урал», санкции на интеграторах отразились в основном косвенно: был заморожен ряд статей бюджетов попавших под санкции заказчиков. В гораздо большей степени на бизнесе сказались резкие колебания курса доллара и евро. Валютные перепады сильно дестабилизировали систему закупок. Закупочный бизнес приобрел цикличный характер и при резких перепадах курса компании были вынуждены прекращать закупки. Маржинальность резко снизилась, работа зачастую ведется «в ноль» с целью сохранения доли рынка и многолетних связей с заказчиками. В сложившейся ситуации для бизнеса одинаково губительны как повышения, так и резкие понижения курса.

А Владимир Орлов, директор по продажам Fujitsu в России и СНГ, считает, что санкции болезненно отразились на ИТ-рынке. Список российских компаний, оказавшихся под эти прессом, достаточно обширный, в него вошли многие оборонные предприятия и исследовательские группы. Тем не менее даже в рамках текущих экономических реалий есть возможность внедрения инновационных решений в отечественных ИТ — все зависит от реального экономического расчета.

«Санкции и рост курса доллара сказались на бизнесе всех системных интеграторов, в большей степени это коснулось заказчиков из госсектора и промышленности, — комментирует Сергей Корнеев. — Выручает своевременно выбранная стратегия с фокусировкой на диверсификацию бизнеса, в том числе благодаря существенному росту в структуре выручки компании доли заказной разработки и ИТ-услуг, которые в подавляющем большинстве своем линейно не привязаны к валютным курсам».

Как подчеркнул Максим Богданов, генеральный директор компании АСКОН, санкции стали поводом для возобновления диалога с крупными промышленными корпорациями, которые в свое время сделали ставку на зарубежное ПО. Это и непосредственные фигуранты санкционных списков, и те, которые пока не попали в них, но видят угрозу для себя и своей отрасли в целом. Речь идет об авиационной и судостроительной промышленности, производителях вооружения и военной техники. «Они по своей инициативе выходят на нас для обсуждения сотрудничества, условий перехода на наши программные продукты, совместной разработки ИТ-систем, — говорит Богданов. — Раньше эта категория заказчиков полностью ориентировалась на зарубежных вендоров, теперь у нас есть возможность занять их место».

А Дмитрий Селиванов добавил, что санкции сдвинули рынок в сторону облаков, способствовали уходу с западных площадок, что положительно сказывается на развитии внутреннего рынка облачных услуг.

По мнению Антона Чехонина, генерального директора компании НОРБИТ (группа компаний ЛАНИТ), санкции сузили возможности продаж импортного софта для ряда заказчиков, например в госсекторе, оборонной промышленности и т. п., что сказалось и на сопутствующем рынке услуг. Кроме того, санкции привели к девальвации, которая серьезно повлияла на стоимость западного ПО.

«Главное — кредитные средства стали существенно дороже, а риски — выше, — считает Денис Мальцев. — Поэтому инвесторы более тщательно подходят к выбору проекта, в который они готовы вкладывать деньги».

Как и следовало ожидать, оборотной стороной санкционной медали стала политика импортозамещения.

«Очевидный тренд— развитие российскими ИТ-компаниями своих собственных продуктов. Это позволяет увеличить маржинальность проектов, а также привязать к себе заказчика на более длительную перспективу, — говорит Сергей Корнеев. — Группа „Техносерв“ работает в этом направлении. В прошлом году мы создали свой инновационный центр в „Сколково“, куда перевели команды по разработке собственных продуктов из трех компаний Группы („Техносерв“, „Техносерв Консалтинг“ и „Рексофт“) — около 120 человек. Конечно, они пришли туда с уже существующими наработками. На этой базе была создана новая компания — „Технософт“. Ее основная задача — разработка и выведение на рынок собственных программных продуктов для отраслевых нужд, оказание услуг по технической поддержке и обслуживанию своих решений. На данный момент в портфеле „Технософт“ 15 готовых продуктов и пять на стадии бета-тестирования по таким направлениям, как телекоммуникации, информационные системы, комплексные системы безопасности и биометрия».

По оценке Александра Кондакова, тенденция к импортозамещению прослеживается достаточно четко, но быстро и полностью отказаться от решений западных разработчиков практически не представляется возможным. Необходимо создавать собственные конкурентоспособные продукты и серьезно развивать имеющиеся. Переходный период может занять от трех до пяти-шести лет и потребует серьезных капиталовложений. Важный критерий оценки — соответствие продукта требованиям и нормам информационной безопасности.

Кондаков считает, что есть хорошие перспективы для компаний, занимающихся разработкой ИТ-систем на базе свободного бесплатного ПО. Сегодня на рынке представлено не так много игроков, серьезно развивающих это направление. Перспективен и рынок ИТ-безопасности.

«Импортозамещение лучше всего сработало в агросекторе, который государство серьезно простимулировало финансово, и там, к настоящему времени уже появилась конкурентоспособная отечественная продукция, — заявил Денис Мальцев. — В ИТ-отрасли, которая долгое время развивалась в России сама по себе, то есть без крупных инвестиций со стороны государства, для получения эффекта импортозамещения необходимо для начала расширить спектр доступной отечественной ИТ-продукции. Существующие конкурентоспособные разработки (в основном программные решения) уже в достаточной степени заместили собой иностранные — настолько, насколько позволяет функционал российского ПО и прочие характеристики. Чтобы серьезно упрочить позиции всей нашей ИТ-индустрии, потребуется время и ощутимые вложения в разработку и производство. Если, конечно, мы пойдем рыночным путем и будем замещать одни ИТ-решения другими, без потери качества и не в ущерб российским пользователям. Это работа на десятилетия».

А Владимир Орлов считает, что в России импортозамещение не может решить проблему доступа к новейшим инновационным технологиям. Хотя в нынешней ситуации это естественный процесс в силу того, что зависимость государственных заказчиков от американских поставщиков несет в себе много рисков по политическим причинам. Поэтому импортозамещение необходимо, но вряд ли сможет обеспечить потребность рынка в инновационных технологиях.

Другой точки зрения придерживается Андрей Тамбовский: «Политика импортозамещения оказала скорее положительное влияние. Многие начинающие компании, причем как из Юго-Восточной Азии, так и из России, получили шанс выйти на рынок. Что касается заказчиков, то их сложившаяся ситуация побудила к тому, чтобы „посмотреть по сторонам“, оценить открывшийся выбор и возможности, а не идти привычным путем. Многие компании провели „инвентаризацию“ собственной ИТ-инфраструктуры, чтобы в дальнейшем извлекать максимальную эффективность из имеющихся активов, включая человеческие ресурсы. К отрицательным моментам можно отнести то, что в сложившихся условиях, многие проекты, реализуемые на протяжении нескольких лет, прервались на стадии внедрения даже при успешной опытной эксплуатации. Однако таких случаев не так много».

Сергей Половников считает, что у нас политики импортозамещения пока нет, есть отдельные ее элементы и проявления. Есть желание стать независимым, что очень хорошо. Но невозможно преодолеть зависимость быстро. Должно пройти время. «Отечественный производитель по объективным причинам пока не готов конкурировать с западным. И основная проблема здесь в технологической и элементной базе, — отметил Половников. — Но политика импортозамещения дает свои плоды — появились конкурсные процедуры, которые предполагают закупку отечественных образцов техники. С января 2016 г. вводится в действие запрет на приобретение иностранного ПО, если есть наш аналог. Многие иностранные поставщики оборудования и разработчики ПО затевают производство в России и вынуждены открывать исходный код, потому что не хотят потерять российский рынок. Наши разработчики стараются воспользоваться выгодной ситуацией. У нас много компаний с большим потенциалом».

Комментируя ситуацию с импортозамещением, Максим Богданов отметил, что на рынке инженерного ПО массовой миграции с зарубежных продуктов на российские не произошло. Да она и не могла случиться в такой короткий срок. Заказчику требуется минимум полгода, чтобы перейти с одной версии ИТ-системы на другую. Что же говорить о кардинальной смене вендора?

Но российские разработчики получили важный сигнал: государству нужно собственное индустриальное ПО. В утвержденном Плане импортозамещения Минкомсвязи отдельной строкой выделены PLM/CAD/CAM/CAE-системы. Тем самым инженерное ПО признано важной составляющей «цифрового» суверенитета страны. Задан долгосрочный вектор для взаимодействия российских разработчиков, их партнеров и заказчиков в промышленности.

«Импортозамещение актуально не только для госсектора и оборонной промышленности. Переход на российские продукты важен и для строительства, где на государственном уровне инициировано внедрение технологий информационного моделирования. Для этого нужны отечественные архитектурно-строительные САПР, системы управления проектированием, — подчеркнул Максим Богданов. — В этом году мы увеличили число партнеров, специализирующихся на работе со строительной отраслью. По ряду своих продуктов для проектирования мы сняли ограничения в канале — теперь эти продукты доступны для продвижения всеми партнерами при выполнении определенных требований».

Павел Адылин добавил, что наметилась тенденция к переходу на технологии Open Source. В связи с этим у российских компаний-разработчиков с соответствующей экспертизой появилась возможность выполнять больше заказных проектов по разработке программных решений уровня предприятия вместо внедрения продуктов мировых производителей.

«Импортозамещение предполагает два аспекта: поддержку отечественного производителя и защиту государства и его граждан. Понятно, что эта тема останется актуальной на долгий срок, и от стратегии импортозамещения власти вряд ли отступят, — отмечает Аркадий Карев. — Особенно если мы говорим о сфере госуправления и управления предприятиями стратегически важных отраслей. Безусловно, политика импортозамещения окажет влияние на весь российский рынок, компании будут активнее искать решения отечественных вендоров.

С другой стороны, нужно отдавать себе отчет, что полное импортозамещение в ИТ невозможно даже в среднесрочной перспективе. Российских продуктов, сопоставимых по качеству, по своим возможностям с западными аналогами, в общем объеме ИТ-продукции все же не так много, как хотелось бы. Если принудительно заставлять компании отказываться от западных продуктов в пользу отечественных, то конкурентоспособность могут потерять целые отрасли.

Увы, в теме импортозамещения и санкций до сих очень много спекуляций. Сейчас это иногда выглядит как не очень честная игра — помимо качества работы, цены, функциональности — еще один рычаг в конкурентной борьбе. Это не приносит пользу никому, и от этого нужно уходить».

Быстрого взлета не будет

Каковы же перспективы российского ИТ-рынка? Ждет ли нас постепенное улучшение ситуации и что будет этому способствовать — подъем экономики или технологические тренды?

«Если посмотреть на мировой ИТ-рынок и, в частности, на американский, то можно заметить глобальные изменения. Мы видим, как компании, которые еще вчера казались столпами ИТ-индустрии, диверсифицируют свой бизнес, их покупают другие игроки или они вовсе уходят с рынка, — говорит Андрей Тамбовский. — Это служит одним из признаков грядущей революции. Что касается развития технологий, то здесь воплощаются в жизнь идеи, которые еще вчера казались неосуществимыми. Например, аналитики долго говорили о наступлении третьей эры корпоративных ИТ, где информация и технология вносят кардинально новый вклад в бизнес, способствуя созданию революционно новых продуктов, услуг и бизнес-моделей. Сейчас мы можем наблюдать этот процесс. Наступает время, когда публичные облака становятся реальной и неотъемлемой частью мирового ИТ-рынка, и российскому сегменту предстоит пройти по такому же пути. От наших игроков это потребует новый уровень системной интеграции, реализации ИТ-проектов, когда интегратор предлагает не просто набор инструментов, конструктор с инструкцией по его сборке или собственными сборщиками, а решение конкретной задачи бизнеса».

По мнению Антона Чехонина, в ближайшие год-два ожидается стагнация рынка ИТ-услуг, роста практически не будет. Вместе с тем все более востребованными станут облачные сервисы, услуги по обработке больших данных и мобильные сервисы. Заказчикам потребуются такие решения, которые позволят им сэкономить, при этом наращивая клиентскую базу.

Сергей Корнеев считает, что основными клиентами останутся государственные структуры, операторы связи, банки и энергетика. «Наш рост связан с тем, что группа „Техносерв“ стала уделять повышенное внимание как развитию собственной линейки продуктов, так и повышению экспертизы в программно-аппаратных решениях ведущих вендоров, — подчеркнул он. — Рынок заинтересовался решениями по автоматизации и мониторингу ИТ-инфраструктуры, включая мониторинг не только аппаратных средств, но и бизнес-процессов. Кроме того, особое внимание в последние два года мы уделяем всему, что связано с ИТ-услугами, в частности, сервисом и аутсорсингом».

Андрей Филатов убежден, что, несмотря на непростую экономическую ситуацию, всё большей популярностью будут пользоваться решения в области аналитики, облаков, мобильности, социального взаимодействия и безопасности. Также возможно развитие IoT и его проникновение в бизнес-индустрию, что обусловит создание большого количества ИТ-решений на базе Интернета вещей. Увеличится спроса на Flash-технологии, системы хранения данных и программно-определяемые СХД.

«В ближайшие год-два на российском ИТ-рынке сохранятся кризисные явления 2015 г., — прогнозирует Сергей Половников. — Думаю, что восстановление начнется только в середине 2017 г. Но тогда это будет уже совсем иной ИТ-рынок. С него уйдут те игроки, которые не смогут перестроиться и изменить свой набор компетенций и ИТ-решений. Их место займут агрессивные компании. Вперед выйдут те, кто готов изменяться и предлагать заказчикам такие ИТ-решения, которые помогут им развивать свой основной бизнес. Традиционный подход к системной интеграции (проектирование, пусконаладочные работы, разработка ПО) разделится на два больших направления: ИТ для развития основного бизнеса заказчика и все остальное. В первом направлении будет конкуренция по ценности продукта, во втором — по цене».

Жамиля Каменева отмечает, что если в следующем году экономическая ситуация не изменится, то роста рынка ждать не следует. Продолжится падение, которое происходит последние два года, , хотя уже не столь стремительными темпами. Так как моральное устаревание оборудования идет быстрее физического, то с учетом уже инсталлированной базы, заказчики смогут еще год-два воздерживаться от серьезных инвестиций в ИТ при условии сохранения эффективности существующей инфраструктуры.

«Год потребовался на осознание импортозамещения как долгосрочного вектора. Далее начнутся первые движения в этом направлении, будут приняты первые управленческие решения, — говорит Максим Богданов. — Разработчики ПО начнут кооперироваться, вступать в альянсы, чтобы общими силами создавать продукты, сопоставимые с западными решениями. Компания АСКОН уже инициировала такой консорциум по созданию отечественной системы управления жизненным циклом изделия».

Он добавил, что крупные промышленные холдинги начнут открывать пилотные площадки для обкатки российских продуктов на своих задачах, будут вырабатывать организационные механизмы и технологии замены зарубежных ИТ-систем. Системные интеграторы частично переориентируются на разработку ПО. Если раньше они делали это в рамках ИТ-проектов, дополняя или адаптируя решения зарубежных вендоров под конкретного заказчика, то сейчас готовы инвестировать в собственные продукты. Большую роль здесь сыграло правительственное постановление о запрете госзакупок иностранного ПО.

По словам Татьяны Фантаевой, общеэкономическая ситуация, безусловно, оказала влияние на сокращение продаж и приостановку крупных проектов, в том числе и государственных. Тем не менее отдельные сегменты продолжают развиваться, например — строительство новых ЦОДов, а также разработка высокоэффективных решений для них. Сегодня возрастают требования к более надежным и безопасным решениям для ЦОДов, в частности, позволяющим компаниям минимизировать совокупную стоимость владения.

«Если говорить о корпоративном направлении, сейчас нет технологической необходимости в значительных инвестициях в ИТ, — говорит Константин Кимельман, директор по развитию персональных систем HP в России. — Это уже произошло в предыдущие годы. А раз нет технологической необходимости, то искусственной подпитки рынка не будет. Драйвером роста станет, прежде всего, постепенное старение существующего парка техники». Он добавил, что среди домашних пользователей расходы на компьютерную технику напрямую зависят от кредитного бремени, а оно, в свою очередь, идет волнами. Соответственно волна выплат по кредитам сейчас значительна и пойдет на спад, скорее всего, только к 2017 г. В 2016 г. возможности взять дополнительные кредиты на технику у людей будут крайне ограничены, так как сохранятся проблемы с выплатой по взятым ранее, поэтому высокого потребительского спроса мы не ждем. Не говоря уже о том, что сейчас люди готовы тратить только на самое необходимое«.

Сергей Корнеев считает, что для российских регионов следующий год, как и текущий, пройдет под знаком государственных программ. Продолжится работа в сфере модернизации ведомственных систем, так или иначе связанных с внедрением Интернет-услуг для граждан.

По мнению Дениса Мальцева, ИТ-рынок, безусловно, ждет развитие, поскольку стране необходимо продолжать автоматизацию предприятий. Но в ближайшие годы придется работать в условиях жестких бюджетов и ограниченных инвестиций. Тем не менее будут появляться «умные» города, увеличиться количество ЦОДов. Продолжится обкатка облачных сервисов и начнет расти их популярность как среди частных, так и среди и бизнес-пользователей.

«Следующий год пройдет под знаком укрупнения бизнеса ведущих игроков рынка за счет покинувших его компаний, снижения цены оборудования и решений, повышения конкурентных преимуществ тех вендоров, которые раньше других занялись созданием собственного производства и логистических структур в России», — подытожил Сергей Васюк.


Версия для печати (без изображений)