Среди лидеров цифровизации нашлись неожиданные отраслевые игроки, а «сырьевое проклятие» России может оказаться, по мнению опрошенных, залогом ее успеха в мировой гонке высоких технологий. Темпы роста российского рынка IoT прогнозируются в среднем на уровне 7-8% в год, а совокупный объем может превысить 80 млрд. рублей к 2020 году.

ЦСП «Платформа» в партнерстве с компанией Schneider Electric провели исследование «Интернет вещей в России: „цифровая воронка“ потребления». В нем приняли участие топ-менеджеры крупных российских компаний, представляющих нефтегазовый и банковский секторы, телеком, здравоохранение, сельское хозяйство, ЖКХ и еще шесть ключевых отраслей национальной экономики. Цель исследования — определить уровень цифровизации российского рынка и выяснить его перспективы в новой экономической эре, где ведущую роль играют информационные технологии.

Для визуализации результатов опроса экспертов была использована модель «Цифровой воронки»: она показывает, какие отрасли российской экономики — в числе лидеров по внедрению интернета вещей (IoT), а какие, напротив, являются аутсайдерами. Критериями оценки стали сложность IoT-проектов, их масштаб, текущие результаты и перспективы внедрения. Воронка состоит из четырех витков, в центре — отрасли с высоким уровнем цифровизации, на внешнем круге — наименее технологичные, только вступающие в «воронку цифровизации».

В центре воронки оказались компании из сектора телекоммуникаций и интернета, а также банковских и финансовых услуг.

Одним из результатов исследования оказалась высокая доля экспертов, отметивших среди лидеров цифровизации нефтегазовый, горнодобывающий сектор и металлургия, то есть отрасли сырьевой экономики. Они широко внедряют интернет вещей, и большинство опрошенных полагают, что Россия в будущем может стать одним из мировых лидеров на рынке IoT-решений для нефтегазового сектора, нефтехимии и металлургии. Предпосылки для оптимизма — емкий и платежеспособный внутренний рынок, и растущая потребность сырьевых компаний в цифровой трансформации.

IoT-проекты сегодня реализуют многие добывающие и перерабатывающие компании. Например, «Газпром нефть» развивает программу «Когнитивный геолог»: через два года он должен сократить рутинные операции геологов на 70–80%. Сбор данных и их анализ позволит ускорить строительство объектов вдвое и повысить точность оценки скважин до 99%. Владимир Воркачев, руководитель Центра цифровых инноваций «Газпром нефти» поясняет: «На каждом этапе возможны уникальные наработки, так как одну и ту же технологию можно попробовать на десятке месторождений и предприятий в разных условиях — в жару и холод, в районах легкой и тяжелой добычи».

Самый низкий уровень цифровизации показали сферы ЖКХ, сельского хозяйства и здравоохранения. Отдельные IoT-проекты в этих отраслях ведутся — например, в Москве 130 000 камер наблюдения обеспечивают контроль уборки мусора, незаконной̆ торговли и т.д. Коммунальная техника в столице оснащена датчиками потребления топлива, что позволяет сэкономить до 4% его объема. В отличие от Москвы, в большинстве регионов России таких проектов нет, и одна из причин — слабое покрытие сетями связи, которые обеспечивают передачу данных с IoT-устройств.

Большинство опрошенных экспертов сошлись во мнении, что разрыв между российскими компаниями по уровню внедрения IT-технологий очень велик. Есть организации, которые находятся «на острие» цифровой трансформации и, в то же время, предприятия, которые не достигли даже базового уровня автоматизации производств и процессов. «Но избежать этот [промежуточный] этап автоматизации — невозможно. Компании, которые его не пройдут, просто не попадут в цифровое будущее и быстро прекратят существование», — предупреждает генеральный директор компании IBS Светлана Баланова.

Еще одна ключевая особенность российского рынка — доминирующая роль государства в цифровой трансформации. По мнению аналитиков Всемирного банка (The World bank), Российское правительство ведет за собой частный сектор. А это очень отличается от того, что происходит в других странах — где бизнес ведет за собой государство.

В целом три четверти респондентов заявили о том, что российский IoT-рынок развит слабее, чем в других странах (США, Китай, Япония, Германия и др.), но отставание это обратимое. «Догнать» лидеров, по мнению экспертов, Россия может за 1-5 лет. Доминирование государства имеет свои преимущества и недостатки: в числе первых — активное развитие «цифровых госуслуг» (ими уже пользуется около 80 млн человек) и высокий уровень кибербезопасности. К минусам можно отнести неравномерное развитие информационных технологий: Россия отстает именно в тех направлениях, которые наиболее востребованы в мире — интернет вещей, робототехника и искусственный интеллект.

«Мы с огромным вниманием следим за оценками рынка IoT в России, которые публикуют ведущие исследовательские структуры. Все компании подтверждают, что этот рынок находится в фазе устойчивого развития. Schneider Electric поддерживает этот оптимистичный сценарий — опыт реализации порядка 20 крупных IoT проектов показывает, что спрос на эти решения растет, и тренд будет сохраняться. На мой взгляд, будет правильным придерживаться наиболее консервативной из оценок: в ближайшие два года рост составит 7-8%, и общий объем рынка к 2020 году — около 80 млрд рублей», — отметил президент Schneider Electric по России и СНГ Йохан Вандерплаетсе.

Проведенное исследование выявило ряд ключевых факторов, сдерживающих развитие промышленного интернета вещей и снижающих динамику продвижения отраслей российской экономики по воронке цифровизации. Эксперты и участники рынка также высказали свое мнение о необходимых шагах для снятия этих ограничений.

Источник: Пресс-служба компании Schneider Electric

Версия для печати (без изображений)   Все новости