Рано или поздно вспышка COVID-19 будет взята под контроль. По оценке американского Национального института аллергий и инфекционных заболеваний (данные от 29-го марта), пик смертей от коронавируса в США, наиболее пострадавшей на данный момент стране, придётся на середину апреля, а три месяца спустя ежедневная скорбная жатва новой пандемии прекратится. Но и после того мир вряд ли когда-либо придёт в прежнее состояние: слишком уж явственно COVID-19 продемонстрировал уязвимость глобальной системы хозяйствования и финансовых потоков, сложившейся к исходу второго десятилетия XXI века.

Безусловно, последствия коронавируса — точнее, принятых против него заградительных мер — отразятся и на отрасли высоких технологий, и на реализующих её продукцию цепочках поставок. Уже отражаются. Сейчас, решая с колёс, в пожарном режиме наиболее острые проблемы, мало кто из капитанов бизнеса, в особенности малого и среднего, заглядывает вперёд больше чем на месяц-другой. Но опыт КНР — страны, первой принявшей на себя удар пандемии и первой же сумевшей её обуздать, — даёт возможность делать довольно обоснованные оценки грядущих перемен в ИТ-отрасли. И перемены эти, надо сказать, далеко не все к худшему.

Нужно ли миру больше процессоров?

С лета 2018 г. партнёры Intel по всему миру — контрактные сборщики настольных ПК и ноутбуков — начали сетовать на недостаточные объёмы отгрузок вендором 14-нм процессоров. Нехватка этих чипов у партнёров привела, в свою очередь, к сокращению выхода готовых компьютеров под всемирно известными брендами. Что не могло не отразиться на бизнесе канала продаж в глобальном масштабе. Затягивались сроки исполнения интеграторских контрактов (в ряде случаев — до 120 суток даже у довольно крупных американских компаний), неудовлетворённый спрос провоцировал рост цен и разочарование клиентов.

При этом ограниченный ресурс доступных чипов вендоры предпочитали использовать для выпуска средних и высших по ценовому позиционированию моделей ПК. По понятной причине: маржа от их продажи выше. В результате от нехватки процессоров особенно сильно пострадал самый массовый сегмент компьютеров начального уровня. А ведь, исходя из общеэкономических соображений, именно продажам недорогих ПК расти бы и расти в условиях общего укрепления спроса на персональные х86-системы, который фиксировался в первом полугодии 2018-го едва ли не по всему миру. Воспользоваться ситуацией активно постаралась AMD, и к началу 2020-го шансы её на отвоевание у Intel значимой доли рынка центральных процессоров для ПК были крайне высоки. По солидарному мнению аналитиков, неплохая динамика рынка ПК, наблюдавшаяся в 2019 г., имела все шансы оставаться позитивной и на протяжении всего 2020-го.

Если бы не пресловутый коронавирус, конечно же. Вплоть до конца февраля он напрямую не влиял на выпуск собственно процессоров, поскольку фабрики Intel сосредоточены в основном в США, а производственные линии компании TSMC, крупнейшего ODM-изготовителя чипов AMD, — на Тайване. Более того, уже 19 марта, когда американский рынок всерьёз испытывал последствия настоятельно рекомендованной властями самоизоляции, старший исполнительный директор Intel Боб Суон (Bob Swan) заявил в письме партнёрам, что 90% запланированных отгрузок компании доходят до конечных получателей с точным соблюдением заявленных сроков поставки. В нынешней ситуации это немалое достижение: длинное логистическое плечо Intel включает производственные, сборочные, испытательные и складские предприятия в нескольких штатах США, Израиле, Ирландии, КНР, Малайзии, Вьетнаме и других странах.

Однако ПК — это далеко не один только процессор. Фабрики множества изготовителей базовых электронных компонентов, от текстолита для системных плат до USB-коннекторов, расположены в материковом Китае. От их поставок напрямую зависят вендоры модулей памяти, накопителей, видеокарт, дисплейных панелей и прочих составляющих полнофункционального ПК, настольного либо мобильного. В конце февраля, когда уже стало ясно, что ситуация в КНР выправляется и вот-вот начнут восстанавливаться восходящие (от изготовителей компонентов к компьютерным вендорам) ветви цепочки поставок, аналитики IDC сделали сравнительно благоприятный прогноз: отгрузки ПК по итогам текущего года снизятся, конечно, — но не самым драматическим образом.

Так, для региона ЕМЕА IDC предсказала общие поставки традиционных персональных систем (в сумме: настольных пользовательских, рабочих станций и всех ноутбуков) в 72,2 млн единиц по итогам текущего года, — всего-то на 1,0% меньше, чем в 2019-м. Главным драйвером рынка, по уверениям аналитиков, продолжит оставаться высокая потребность коммерческих структур в обновлении машинного парка в связи с завершением жизненного цикла Windows 7. Именно в этой связи по итогам первого полугодия 2020-го IDC ожидала роста (роста, Карл! ещё в конце февраля!) поставок традиционных персональных компьютеров в регионе ЕМЕА на 1,6% относительно того же периода прошлого года, и только во втором полугодии — сокращения до околонулевых показателей.

К нам дефицит не завозили

В процессе подготовки настоящего материала мы обратились к нескольким ведущим российским вендорам ПК с просьбой прокомментировать сложившуюся в этом сегменте ИТ-рынка ситуацию — как с точки зрения нехватки процесоров Intel, так и в отношении воздействия COVID-19 на нисходящую (от вендора к конечному пользователю/заказчику) ветвь цепочки поставок. Дело было ещё в конце февраля — начале марта, и нам представлялось, что участники российского рынка в целом подтвердят довольно оптимистичные прогнозы аналитиков IDC, процитированные ранее.

Не тут-то было. На протяжении нескольких недель подавляющее большинство отечественных вендоров вежливо, но твёрдо отказывались отвечать вовсе — в отличие, кстати, от дистрибьюторов, которые комментировали ситуацию для CRN/RE довольно охотно. Это само по себе — знаковый показатель того, насколько нервозная ситуация сложилась на нашем рынке ПК к концу зимы — середине первого весеннего месяца. Единственный компьютерный вендор из России, представитель которого обстоятельно изложил своё видение, — это компания DNS.

Гектор Пулинец, директор ИТ департамента DNS, дал понять, что влияния нехватки процессоров Intel на бизнес компании не отмечено. При этом даже если доля ПК с процессорами AMD на борту в её ассортименте и выросла, само по себе это вовсе не следствие дефицита поставок со стороны конкурирующей процессорной марки: «Модельный ряд меняется достаточно часто, и причины этого могут быть разные. Например, за последнее время компания AMD предложила много сбалансированных и привлекательных решений. Поэтому перемены в модельном ряду могут быть вызваны не столько дефицитом, сколько естественным „перетеканием“ покупательского спроса. Наши заказчики ищут, как правило, готовое решение, закрывающее их задачи. Если задача закрыта, чаще всего им не так важно, с помощью какого ЦП это сделано».

Значимого воздействия тарифных войн администрации Трампа с китайскими производителями на российскую ИТ-отрасль (такого, как перенаправление заметной части товарных потоков из КНР с рынка США на РФ) Гектор Пулинец также не отметил. Равно как и не ощутил перемен в силе конкурентного давления со стороны глобальных ПК-брендов на российском рынке: ни в большую, ни в меньшую сторону. А вот возможное влияние перебоев в восходящих ветвях цепочки поставок на производство компьютерных комплектующих на перспективу признал: «Пока нехватки нет, но глобальное падение объёмов производства несомненно наложит отпечаток на наличие того или иного товара. Вероятнее всего, в конце второго — начале третьего кварталов. Но мы не ожидаем глобального влияния на наш бизнес».

Опасностью существенной нехватки комплектующих из КНР в ближайшее время эксперт определённо не обеспокоен: «Конечно же, мы не сидим на месте, ожидая, когда всё станет хорошо. Но и во все тяжкие не пускаемся, инвестируя в неэффективный товар на год вперёд. Держим руку на пульсе и прорабатываем системное решение совместно с поставщиками». Кстати, и многие американские VAR’ы пока не замечают ощутимой нехватки товаров благодаря достаточным складским запасам

Интересно также отметить, что хотя представители российского ПК-вендора iRU, как и многих других, не стали отвечать на наши вопросы, мы получили отклик из его материнской компании. Так, Татьяна Скокова, директор по дистрибуции дивизиона «Широкопрофильная дистрибуция» MERLION, подтвердила, что задержка поставок в связи с коронавирусом и закрытием производств есть — но складские запасы позволяют этот дефицит компенсировать: «В Китае производство уже восстанавливается. Мы полагаем, что существенного дефицита или снижения производства в целом удастся избежать, хотя по отдельным видам товаров дефицит в ближайшие месяцы возможен. К сожалению, в Китае сосредоточена настолько крупная доля мирового объёма производства товаров и комплектующих, что существенно диверсифицировать поставки и переориентироваться на другие регионы не представляется возможным. Тем более, что производство в других странах мира тоже в значительной доле опирается на китайские компоненты». А Константин Десслер, директор по дистрибуции дивизиона «Бытовая техника и электроника» MERLION, добавляет существенную деталь: «К сожалению, к ситуации с коронавирусом добавился ещё и кризис, и падение рубля вносит свои коррективы. Неизбежен рост цен, как следствие — падение спроса. Следовательно, текущих запасов товара должно хватить. Если ничего ещё не произойдёт...»

Эти ответы мы получили ближе к середине марта. Как показали позднейшие события, осторожность российских вендоров, их нежелание давать ситуации скоропалительную оценку и строить шаткие прогнозы себя оправдали. 17-го марта тайваньские аналитики из Digitimes Research заявили, что совокупные поставки пяти ведущих мировых брендов в сегменте ноутбуков сократились в феврале 2020-го на 40% месяц к месяцу и на 38% год к году. Связано это с тем, что не менее 90% производственных мощностей ODM-изготовителей мобильных ПК сосредоточено как раз в материковом Китае. Три наиболее крупных контрактных поставщика мобильных ПК с шильдиками глобальных брендов (Compal, Quanta, Wistron — в алфавитном порядке) вместе отгрузили в феврале текущего года на 42% меньше готовой продукции, чем месяцем ранее.

Тайваньские аналитики продолжают ожидать, что ODM-фабрики в материковом Китае будут готовы в полном масштабе возобновить свою работу уже к концу марта. Однако фактическое наращивание объёмов отгрузок ноутбуков с них возможно лишь с возвратом изготовителей базовых компонентов к нормальному режиму деятельности, что пока представляется маловероятным, Дело в том, что цены на эти самые компоненты неумолимо растут: так, по сообщению тайваньского издания Digitimes, ограничительные меры в связи с пандемией ощутимо задели производство многослойных керамических конденсаторов (MLCC) и чип-резисторов. Эти элементы особенно необходимы для высокочастотных радиоустройств; в частности, для компонентов современных тонких и лёгких ноутбуков. Вдобавок, аналогичным негативным образом сказывается на темпах возобновления выпуска ПК ситуация с чипами памяти, на основе которых строятся модули ОЗУ. Южная Корея как раз в середине марта переживала (в отличие от КНР) продолжающийся рост распространения вируса, а 73% мирового производства микросхем памяти обеспечивают именно корейские фабрики — Samsung Electronics и SK Hynix.

Чем же сердце успокоится?

В стремлении глубже проникнуть в ситуацию на российском рынке ПК в целом и вернее оценить его перспективы мы обратились к ведущим российским аналитическим агентствам: IDC и ITResearch. Что касается дефицита процессоров Intel, то здесь позиции экспертов сошлись: доля AMD объективно продолжает расти и год к году, и квартал к кварталу. Дмитрий Шульгин, старший эксперт ITResearch, конкретизирует: если взять для примера ноутбуки, то в 2018 г. доля мобильных ПК с процессорами AMD составляла на российском рынке лишь 15,2%, тогда как в 2019-м — уже 25,9%. При этом следует учитывать, что стационарные ПК особенно активно закупает госсектор, который по природе своей более консервативен — и, возможно, поэтому даже в условиях нехватки процессоров Intel за счёт инертности заказчиков закупки компьютеров с этими ЦП оставались на прежнем уровне. Вдобавок, напоминает эксперт, у AMD всегда не всё было гладко с с доступностью OEM-процессоров в канале для сборщиков.

Здесь стоит подчеркнуть, что ITResearch замеряет продажи ПК по уровню sale-out дистрибьюторов. Именно по этим данным максимум присутствия персональных компьютеров, укомплектованных ЦП AMD, на российском рынке был достигнут в конце лета, — 33%.

«Затем Intel всё-таки часть рынка себе вернула, — продолжает Дмитрий Шульгин. — Но, важно отметить, сейчас AMD удалось повысить удельную долю именно за счёт процессоров Ryzen. Потому как большая часть отгрузок на пике, летом, в разгар дефицита по low-end Intel, — это был примерно такой же low-end AMD (архитектура Stoney Ridge). А то, что выходит на рынок сейчас, — это уже полновесные Ryzen 3000, причём все чаще в дорогих дизайнах, коммерческих сериях ноутбуков (что вообще раньше не было характерно для ЦП AMD), постепенно и в игровых моделях».

Таким образом, российский рынок в плане смещения фокуса с процессоров Intel на AMD неторопливо движется вслед за мировым. Да и в отношении воздействия COVID-19 мы также остаёмся в русле планетарного тренда. По словам Натальи Виноградовой, менеджера программы «IDC Россия», проблема коронавируса — глобальная: она не касается исключительно РФ или любого иного локального рынка, поскольку всё зависит главным образом от фабрик в Китае, а не от ситуации в той или иной стране, потребляющей в конечном итоге продукцию этих фабрик.

«Последствия замедления поставок в страну на фоне коронавируса быстрее окажут влияние на иностранных производителей, — отмечает эксперт. — Локально можно более продолжительное время пытаться собирать устройства из комплектующих со складов. Но если ситуация не улучшится в ближайшее время, сложности будут испытывать в равной степени все игроки рынка».

По мнению Дмитрия Шульгина, перебои в цепи поставок уже начались, и вовсе не из-за одного только дефицита процессоров. Иными словами, дефицит, о котором уже реально начинают говорить дистрибьюторы, сказывается на поставках именно конечных устройств, а не отдельных компонентов в восходящих ветвях цепочки.

«Другой вопрос в том, — продолжает эксперт, — что эти задержки с выпуском конечных устройств как раз могут позволить Intel скомпенсировать недостачу и по 10-нм, и по 14-нм чипам». Иными словами, пока ODM-производство готовых компьютеров наберёт прежние обороты, Intel уже успеет заполнить склады и возобновить поставки ЦП партнёрам практически в прежних объёмах — о чём, собственно, и рапортовал Боб Суон, цитата которого приводилась в самом начале настоящего материала.

И третий вопрос — не окажется ли COVID-19 тем самым пресловутым «чёрным лебедем» для макроэкономики вообще, появления которого мировые финансовые рынки с такой мучительной напряжённостью ждали все последние годы? Если так, то начнутся уже глобальные проблемы со спросом, с обеспечением достаточной покупательной способности как корпоративных заказчиков, так и частных потребителей. Вот тогда на фоне этих проблем померкнут и (не самая острая, прямо скажем) нехватка процессоров Intel, и возможная потеря нескольких процентов от общего объёма выпуска ПК.

Пока что, по мнению экспертов Forbes, даже если пандемию будут усмирять по всему миру менее успешно, чем в КНР (но всё же эффективнее, чем в Италии), она обойдётся миру в 5-10% ВВП на протяжении марта и ближайших трёх месяцев до конца июня. Уже в третьем квартале аналитики ожидают первых признаков восстановления, а в 2021 г. — возврата к более или менее привычным темпам мировой торговой, финансовой и хозяйственной активности в глобальном масштабе.

Вот тогда-то и будет иметь смысл рассуждать о действительном состоянии рынка ПК, равно как и прочих ИТ-сегментов. А до тех пор придётся работать с тем, что есть, всеми силами минимизировать потери, заботиться о своём и окружающих здоровье — и надеяться на лучшее.

Источник: Максим Белоус, crn.ru

Версия для печати (без изображений)   Все новости