Конец прошлого и начало нового 2005 г. ознаменовались повышенным вниманием к ИТ-сектору со стороны государства. В январе в Новосибирске состоялась встреча президента РФ Владимира Путина с представителями ИТ-отрасли*. Принято решение приступить к организации технопарков, в которых будут созданы благоприятные условия для бизнеса в сфере ИТ. Президент назвал это начинание крупным национальным проектом. В ноябре 2004 г. правительство «в целом одобрило» и Концепцию развития отрасли ИТ, разработанную совместно АПКИТ и Мининформсвязи (см. CRN/RE № 21/2004). Однако Концепция еще не принята и находится на стадии доработки, поэтому вопросы, в каком направлении, с какими приоритетами и как должна развиваться ИТ-отрасль, остаются открытыми. У лидеров ИТ-бизнеса на этот счет также существуют разные, иногда даже противоположные мнения.

Курс — на Запад?

Пожалуй, главной тенденцией упомянутых выше начинаний можно считать ориентацию ИТ-сектора на разработки для зарубежных заказчиков. Но подобную позицию разделяют далеко не все. Сторонники резкой активизации ИТ-экспорта ссылаются на то, что нужно успеть занять место на мировом рынке ИТ, резервы которого, в отличие от внутрироссийского, неограниченны.

«У внутреннего рынка есть ограничения, и увеличить его мы не можем», — уверен Анатолий Карачинский, президент группы компаний IBS. Меры по стимулированию внутреннего спроса он считает неэффективными — даже такие радикальные шаги, как освобождение ИТ-оборудования на предприятиях от налогов или госсубсидирование потребления ИТ-товаров, могут привести к росту ИТ-рынка лишь на несколько процентов, но не в разы. Кроме того, сегодня внутренний

ИТ-рынок и так растет косвенно благодаря экспорту, но не самих ИТ, а сырья, экспортируемого самыми богатыми российскими компаниями. Эти лидеры сегодняшней экономики в силу высоких цен на многие виды сырья имеют сейчас лишние средства, которые вкладывают в том числе и в ИТ.

«ИТ — это сервисная отрасль, — говорит Анатолий Карачинский, — которая обслуживает бизнес и поэтому в настоящее время также напрямую зависит от цен на нефть. Только выход на внешний рынок создает предпосылки для роста ИТ-сектора. Иначе, как только цены на нефть упадут, «упадет» и ИТ-отрасль».

И если на внутреннем рынке ИТ-компании даже при благоприятной конъюнктуре, считает он, могут расти, в лучшем случае вдвое-втрое опережая рост рынка — на 40—60%, то на внешнем возможности не ограничены, можно расти хоть на 200% в год, если удастся удержать бизнес в условиях такого роста. Кроме того, ориентация на экспорт ИТ — это возможность диверсифицировать риски, уйти от сырьевой зависимости всей экономики.

Александр Калинин, первый вице-президент по корпоративному управлению холдинга НКК, считает, что сбрасывать со счетов внутренний рынок нельзя. Разумеется, нужно встроиться в мировую экономику, однако, по его мнению, делать ставку на офшорное программирование не очень разумно. «В области офшорного программирования с индийцами нам не тягаться: у них разработчики полностью «заточены» под работу с западным клиентом. Например, английский — фактически их второй родной язык. Они даже учат специально американский или обычный вариант языка в зависимости от того, с каким заказчиком работают. У нас это вряд ли возможно».

По мнению вице-президента НКК, в России есть потенциально огромный рынок заказов на разработку ПО от крупных местных компаний. Именно здесь можно ожидать очень большого прироста бизнеса. Разумеется, пока объем внутреннего ИТ-рынка невелик по сравнению с рынками Европы или США. Существуют и серьезные качественные отличия — в частности, у нас мала доля сервисных контрактов, когда компания не только создает некую ИС, но и годами ее сопровождает.

«У нас каждый год проводятся конкурсы, например, в рамках «Электронной России». В западных странах тоже есть тендеры, но они не ежегодные, — говорит Калинин. — В результате суммы этих контрактов на порядки выше наших, но и сроки больше — несколько лет. Оборонные ведомства США и европейских стран тоже живут на бюджеты, утверждаемые ежегодно, но компании, осуществляющие для них проект, знают, что через год их не выкинут из этого проекта, и спокойно работают». По его мнению, в России тоже нужно применять такую систему: «Зачем каждый год проводить тендер на систему «ГАС Выборы»? Если вы как исполнитель не удовлетворяете заказчика, то он расторгнет с вами контракт досрочно». А в случае многолетнего рамочного соглашения компаниям выгодно максимально вкладываться в работу, они уверены в перспективах долгосрочного сотрудничества с данным заказчиком. Многолетние сервисные контракты, не обязательно государственные, считает Калинин, способны сыграть большую роль в развитии отечественной ИТ-отрасли.

В России пока не «прикрыты» с помощью ИТ многие проблемные точки — нет нормальных баз данных по населению, электронных удостоверений, нет должных ИС для ГИБДД... В то же время это создает большой потенциал для роста ИТ-инфраструктуры внутри страны. «Я сторонник инвестиций в развитие внутренней инфраструктуры, а это автоматически повлечет за собой развитие ИТ, — говорит Александр Калинин. — В США почему-то никто не прекращает вкладывать госсредства в экономику и инфраструктуру, обосновывая это повышением инфляции, как у нас». Он уверен, что ИТ-отрасль не может и не должна быть локомотивом экономики, она может быть только хорошим ускорителем: «Высокие технологии — гораздо более широкое понятие, чем ИТ. Скоростные поезда, турбины, тяжелое машиностроение, в конце концов, самолеты — для того, чтобы все это спроектировать, рассчитать и оснастить, и нужны ИТ».

Тагир Яппаров, президент группы компаний «АйТи», предлагает не «раскрашивать» перспективы ИТ-отрасли исключительно в черно-белые цвета и не ставить вопрос в форме: либо «догнать» Запад, либо — заказные разработки. «И российская наука, и отечественные ИТ-компании неоднократно доказывали, что у нас есть хорошие перспективы в целом ряде прикладных областей. Например, в таких областях, как антивирусная защита и информационная безопасность в целом, биотехнологии, лингвистические системы, а также другие решения, связанные со сложной математикой (обработка трехмерных объектов, проектирование и т. п.), — говорит он. — С другой стороны, заказная разработка — это тоже путь повышения уровня национальной ИТ-отрасли, развития бизнес-культуры и технологий. Примеры стран, начинавших с минимальной доработки западных образцов и за несколько десятилетий создавших собственные высокотехнологичные отрасли, известны всем».

Конкуренция как двигатель рынка

Очевидно, что развитие ИТ как сервисной отрасли зависит от тех отраслей, которые потребляют ИТ-продукцию и услуги.

Анатолий Карачинский критически смотрит на перспективы российского ИТ-рынка в нынешних условиях. Призывая быть реалистами и не ждать чудес от экономики в целом, он считает единственным инструментом быстрого развития отрасли усиление конкуренции между отечественными ИТ-компаниями. «Повышение уровня конкуренции на внутреннем рынке действительно привело бы к фантастическим вещам — не к количественному, а к качественному росту», — уверен он.

Сейчас, по его мнению, никакой реальной конкуренции на рынке нет. Если одной компании приходится добиваться результатов работой, а другая нашла возможность не платить налоги в полном объеме, они изначально в неравных условиях. Ведь клиенту все равно, как именно формируются цены на товары или услуги, ему важно, что у одной компании они почему-то дешевле.

«Сегодня ни о какой честной жесткой конкуренции на ИТ-рынке нет и речи. ИТ-рынок не прозрачен, качественной, критичной информации с объективными оценками о нем нет, — утверждает Карачинский. — А растет он с той скоростью, с какой растет цена на нефть. Отсутствует нормальный финансовый рынок — инвестиционных денег нет. Компании в своей массе работают «по-серому» и «по-черному», а потому никаких денег в инновационные проекты не вкладывают: а вдруг с бизнесом что-то случится и все деньги, вложенные в разработки, первыми же пропадут». Сейчас, по его мнению, в серьезных масштабах инвестировать а) нечего, б) опасно и в) не имеет смысла.

Дороги и налоги

Что же должно сделать государство, чтобы помочь ИТ-сектору? Если говорить о конкуренции — то, очевидно, создать всем равные условия. «Но вероятность этого невелика, — говорит глава IBS. — А ведь если все будут платить налоги, даже такие налоги, которые существуют сейчас, то уже через два года все будет нормально: начнется конкуренция, и появятся условия для технологического прорыва». А в способности российских специалистов обеспечить научные и технологические достижения он не сомневается.

Государство могло бы очень помочь ИТ-отрасли, и не только ей, развитием в стране инфраструктуры — хорошей связи, дорог, Интернета, считает Александр Калинин. «Именно этим и должно заниматься государство. Пусть построит хорошие дороги, хотя бы в европейской части страны. Очень важно, чтобы люди могли нормально перемещаться, не может все быть сосредоточено только в Москве, — говорит он. — В Европе человек, живя в другом городе, спокойно доезжает на работу по автобану за те же полтора часа, что и мы с вами. О каком развитии можно говорить в стране, где нормальную инфраструктуру имеют всего несколько городов, да и они не связаны между собой должным образом. Нет даже скоростной магистрали между Москвой и Питером». Тем более мешает развитию бизнеса отсутствие нормальной телефонной связи и Интернета.

А вот в эффективность налоговых льгот для ИТ Александр Калинин не верит: «А почему компьютерщикам, почему не кому-то другому? Это вредно, это влечет за собой приток нелегальных капиталов. Если сделать налоговую поблажку только для отрасли ИТ, то у нас все нефтяники могут стать программистами. Должны быть общие правила, благоприятные для бизнеса. Ведь даже сейчас наши налоги уже не самые высокие в Европе». Не видит он необходимости и в специальных таможенных льготах для ИТ, поскольку пошлины надо снижать для любого современного оборудования, которое у нас не производится.

Местом «раздачи льгот» для ИТ-компаний могут стать технопарки, по статусу приближающиеся к свободным экономическим зонам. Тагир Яппаров считает, что никаких опасностей они не таят. «Опасения ряда чиновников и коллег по рынку, что под видом ИТ-производств в технопарках могут оказаться бизнесы, далекие от ИТ, излишни, — говорит он. — Программа создания технопарков предусматривает достаточно серьезный государственный контроль».

Сторонниками налоговых стимулов для ИТ-сектора являются, главным образом, компании, ориентированные на экспорт ПО. Они мотивируют необходимость налоговых стимулов тем, что налоги существенно влияют на себестоимость заказных разработок. А России приходится конкурировать с Индией, предоставляющей своим разработчикам налоговые льготы.

Тагир Яппаров дополняет список мер, которыми государство помогло бы ускорению развития ИТ-сектора, расширением системы профессиональной подготовки ИТ-специалистов и созданием фонда совместного инвестирования в перспективные отечественные ИТ-разработки и предприятия, который облегчил бы им доступ к финансовым ресурсам — как внутри страны, так и за рубежом: «Серьезные инвестиционные проекты без доступа к внешним финансовым ресурсам сегодня не сможет «потянуть» ни одна российская ИТ-компания или даже группа компаний».

Шанс есть

Что касается перспектив развития новых технологий в России, то руководители ИТ-компаний настроены оптимистично. В частности, полагает Александр Калинин, потому, что главная отличительная черта россиян — креативность. «Но при этом никогда нашей хорошей чертой не было стабильное выполнение плана или аккуратность при выпуске какой-либо продукции, — говорит он. — Поэтому с китайцами и немцами в этом отношении мы конкурировать не сможем. Даже в СССР, при всех его уникальных научно-технических достижениях, серийное производство качественной техники наладить не смогли». И занять какую-то нишу на мировом рынке Россия может, но только «скооперировавшись» с теми, кто умеет наладить массовый выпуск продукции.

Россия останется в ряду ведущих технологических держав мира, уверен Тагир Яппаров. Но он добавляет, что наша ИТ-отрасль, несмотря на неплохие темпы развития, по-прежнему довольно «маленькая», а ИТ-компании, даже самые крупные, по своим финансовым показателям пока остаются в нише среднего бизнеса. Так что финансировать научно-исследовательские разработки на уровне ведущих мировых компаний сама ИТ-отрасль не может. Поэтому, по мнению Яппарова, критически важны значительное повышение объема рынка (что невозможно без выхода российских ИТ-компаний на внешние рынки, в том числе и с услугами по заказной разработке ПО), адресная господдержка ИТ-отрасли и создание условий для привлечения в отрасль негосударственного капитала.

«Наша страна неоднократно доказывала, что технологические прорывы у нас возможны. Более того, в России сделать это намного проще, чем в любой другой стране, — считает Анатолий Карачинский. — Надо просто создать условия для прорыва — но если раньше это была «шарашка» за колючей проволокой, то сегодня такой средой может стать жесткая конкурентная борьба».

___________ * В числе участников встречи были президент группы компаний IBS Анатолий Карачинский, директор компании «1С» Борис Нуралиев, директор ИТ-парка «Черноголовка» Парваз Бердизияров и председатель совета директоров компании «АйТи» Тагир Яппаров.

Александр Сигов, ректор МИРЭА*:

«Что такое развитие ИТ? Пользователей, как правило, не интересует вопрос, что находится «внутри компьютера». Их интересует, как с помощью новых ИТ решать каждодневные задачи. Производителей это волнует, но лишь в технологическом и экономическом аспектах. Прикладных задач — огромное множество, намного больше, чем задач, связанных с совершенствованием вычислительной техники как таковой. Таким образом, если говорить об ИТ, то наилучшие перспективы их эффективного использования складываются в сферах конкретных применений, например в медицине, энергетике, автомобилестроении и т. д.

Интеллектуальный потенциал и возможности в таких областях в России, безусловно, имеются — слово за бизнесом. У нас есть перспективы, например, в области сбора и обработки данных, обработки изображений, многопроцессорных вычислений, систем навигации и управления движением, создания новых материалов с заданными свойствами... Список можно продолжить.

Думаю, что государство должно целенаправленно помогать развитию отечественных высоких технологий. Подобная поддержка кораблестроения и авиастроения в теперь уже далеком прошлом вывела Советский Союз на ведущие мировые позиции, хотя поначалу эти технологии на Западе развивались в более благоприятных условиях, чем в нашей стране. Не надо забывать, что человеческий потенциал на Западе ничуть не выше (в профессиональном смысле), чем в России, сравнимы они и количественно, проблема лишь в организации работы и условиях труда.

В целом российский бизнес в области высокотехнологичных производств еще не достиг того уровня, когда компании готовы конкурировать на мировом рынке и выходить на него с новой продукцией, удовлетворяющей мировым стандартам и задающей их. Когда достигнет — развитие потребует серьезной научной поддержки. Мечтаю, чтобы наша наука дожила до этого светлого времени!»

* Московский государственный институт радиотехники, электроники и автоматики.


Версия для печати (без изображений)