Как будет эволюционировать ИТ-отрасль в обозримом будущем, что выйдет на первый план, что может стать очередной ИТ-модой — об этом размышляет Виталий Фридлянд, вице-президент, генеральный директор компании Fujitsu в России и СНГ.

На мой взгляд, ни одна отрасль, ни одна сфера жизни не может нормально развиваться без моды на то или иное, без модных вещей или идей — так уж устроена психология человека. Мода всегда присутствует в окружающем нас мире — на музыку, на здоровое питание, на какие-то диеты, на автомобили и пр., не говоря уж об одежде для лучшей половины человечества.

В материальном мире одну моду сменяет другая, когда появляется другой функционал. Например, я уверен, что лет примерно через десять половина всех автомобилей для езды по городу будут электрическими — это дешевле, комфортнее, экологичнее.

На мой взгляд, все происходившее в сфере ИТ в последние 20 лет диктовалось модой и, наоборот, мода проистекала из реальности. Можно построить график: по оси абсцисс — время (годы, полугодия), по оси ординат — модный в тот период термин.

Как долго может держаться та или иная ИТ-мода? Ведь мы привыкли: сегодня актуальны оттенки красного, завтра — зеленого, послезавтра... Так, в автомобильной отрасли цикл смены моды примерно 3–5 лет. В нашей области сроки жизни модных технологий и изделий постоянно сокращаются. Например, технология клиент-сервер была модной минимум 10 лет, следующая (облака) — пять лет, большие данные — о них начали говорить на каждом углу пару лет назад, а сейчас уже, похоже, начинается спад.

Сегодня мы находимся на очередном витке спирали развития ИТ, и, конечно, в моду должно войти что-то новое. Но прежде чем попытаться предсказать это что-то, посмотрим, к чему уже привела эволюция ИТ.

Пожалуй, самое важное состоит в том, что ИТ становятся все более «незаметными» для обывателей (в хорошем смысле слова), т. е. для всех тех, кто не работает в сфере ИТ. Подобно тому, как автомобили становятся «незаметными» для их владельцев, 90% которых весьма схематично представляют себе, что и для чего находится внутри автомобиля. ИТ становятся повседневной вещью, недаром появился столь модный ныне Интернет вещей (Internet of Things, IoT).

Вообще, наша отрасль генерирует массу терминов, которые в том, что касается нашего «великого и могучего», да и других языков, представляются просто чушью. «Большие данные» — а что, бывают «средние»? Или «облако»? А почему не «туча»? «Цифровизация» — тоже сомнительный термин. Понятно, и что хотели сказать те, кто придумал этот странный термин «Интернет вещей» — окружающие нас предметы, исходно не имеющие отношения к ИТ, оказываются коммуникационно связаны с ИТ.

«Незаметность» ИТ приводит к тому, что отдельные функции и компоненты, ранее жившие сами по себе в рамках нашей внутренней ИТ-кухни, больше так существовать не могут. Нет больше hardware, firmware, software и т. п. по отдельности. Сейчас все это единое целое и должно подчиняться всем трем законам диалектики (отрицание отрицания, переход количества в качество, единство и борьба противоположностей) — тогда оно развивается, приобретает новые свойства и т. д.

Если раньше специалисту-пресейлу достаточно было по каким-то спецификациям конфигурировать сервер, то теперь он должен знать спецификации и СХД, и рабочих мест, и коммуникационного оборудования, потому что всё это должно работать вместе, по отдельности оно никому не нужно. Иными словами, он становится ИТ-архитектором (вот это красивое звучит, тут я не против). Эволюция ИТ привела к тому, что ИТ-архитектуры должны быть комплексными.

Следующая черта эволюции ИТ — необходимость появления новых знаний о том, как их применить, как в эти современные архитектуры вложить интеллект, софт, приложения. Этих знаний явно не хватает. Еще 10–15, даже пять лет назад было понятно, например, для чего нужен сервер. А сейчас на стороне заказчика CIO думает как Сhief Рrocessing Оfficer (СРО), и приходящий к нему ИТ-специалист вендора или интегратора должен общаться на уровне бизнес-функций и технологий этого заказчика, потому что последнего не интересуют те или иные элементы ИТ, ему надо, чтобы у него стало все хорошо, чтобы он получал больше денег.

Раньше айтишники — интеграторы, дистрибьюторы, их партнеры — считали деньги в своем кармане, теперь они должны показывать экономику своему заказчику — что и сколько он будет иметь от предлагаемых ИТ. Так же как я, вендор, должен показать интегратору прибыль, которую он на мне заработает.

Еще одна интересная черта: участники ИТ-рынка перестали зарабатывать на продаже отдельных «голых» продуктов — без сервиса, без приложений и пр.

И, наконец, последнее — общий язык, на котором мы сейчас общаемся все чаще. В ходе его выработки мы ушли от «птичьего щебета» айтишников, понятного только им самим. Ведь даже внутри нашего сообщества мы перестали друг друга понимать — пойдите, к примеру, на конференцию по ИБ, а потом на конференцию по виртуализации... Мода на все эти термины из нашего языка ИТ скоро пройдет.

Я думаю, что и цифровизация — уже хвост моды, потому что это переходный процесс к полному всепроникновению ИТ.

В последнее время я часто задаю себе вопрос: а что дальше?

Законы диалектики подсказывают, что в сферу ИТ еще должны прийти люди или компании, которые привнесут нечто революционное, — как Google, или Элон Маск, или Алан Тьюринг, или Норберт Винер, или Владимир Зворыкин (напомню: это изобретатель телевидения). Очень хочется верить, что на мир это нечто повлияет позитивно.

Я недавно читал книгу (конечно, фрагментами) одного американского философа, он рассуждает о том, что в эпоху глобализации в числе ключевых факторов будет и влияние ИТ на культуру, и это очень сблизит людей мира. Будут ли границы в этом новом мире? Вряд ли, хотя, конечно, при желании можно закрыть всё, поставить любые барьеры. Пример — Северная Корея, возможно, какие-то африканские страны, но это мизерная часть мира. Китай в свое время пробовал создать собственную Сеть и запретить китайцам пользоваться «чужой», а сейчас он в числе лидеров по проникновению Интернета.

Возвращаясь к моде, я думаю, следующей будет мода на сервисы, которые дают какую-то серьезную выгоду потребителям, понятны им и востребованы. В среде ИТ получат развитие так называемые метаИТ, т. е. метаархитектуры, метаподходы, ориентированные на полное проникновение ИТ во все сферы жизни. В частности, Fujitsu в рамках метаподхода уже объявила платформу цифрового бизнеса MetaArc.

Наша компания — это прежде всего очень крупный интегратор, примерно 2/3 всего бизнеса Fujitsu составляют интеграция, разработка и предоставление сервисов для разных отраслей экономики, прежде всего в Японии. Сейчас «в прицеле» у нас два основных направления.

Первое — решения для так называемого «Нового образования». Это примерно то же, о чем говорил недавно глава Сбербанка Герман Греф. Да, советское образование было лучшим в мире, но эта система умерла. На мой взгляд, традиционная схема обучения уже не работает, и сейчас школу нужно использовать прежде всего для социализации, чтобы наши дети не замыкались на компьютерах и гаджетах. А для предметного обучения можно использовать интерактивные технологии. Конечно, меняться должны и университеты, хотя бы потому, что реально студенты с 3–4 курса уже работают.

В Японии есть много систем для интерактивного образования — двумя кликами с кредитной карточки ты приобретаешь себе нужные учебные материалы, лекции лучших профессоров мира, например можно купить доступ на лекцию нобелевского лауреата. А Fujitsu предоставляет для этого «незаметную» инфраструктуру. Второе направление — медицина. Это и так называемые экспертные системы (в США на них сейчас бум) — когда врач вводит в компьютер данные анализов, а система подсказывает ему диагноз и курс лечения. К сожалению, врачебная интуиция при этом уходит... И новые системы, использующие аналитику больших данных для комплексного медобследования и диагностики на базе всех доступных данных о пациенте.

Если говорить о нашей стране, то, на мой взгляд, для России сейчас главный вызов — не создание глобальных ИС вроде e-government (я уверен, всё это будет), а продвижение ИТ на бытовом уровне. Должны стать массовыми простые, понятные, удобные для бабушек и детей ИТ-сервисы для повседневной жизни — оплата ЖКХ и прочих услуг, доставка домой еды из магазина или ресторана и многие другие.

Наша компания представлена пока в России в основном как вендор ИТ-инфраструктуры, а интеграции и сервисов мало. Но сейчас мы активно продвигаем нашу уникальную технологию идентификации PalmSecure по рисунку кровеносных сосудов на ладони, более надежную, чем по отпечаткам пальцев или радужной оболочке глаза. Благодаря поддержке Сбербанка мы внедряем ее в ряде школ, например, в Долгопрудном, в Химках — в киосках для безналичной оплаты завтраков школьниками (деньги снимаются со счета родителей). Это разработка нашего партнера, стартапа из Чебоксар. Я надеюсь, что Сбербанк будет внедрять PalmSecure и у себя. Вообще, у нас большие планы в отношении PalmSecure.

Популярны в России и наши системы оплаты покупок для ритейла, стоящие во многих сетевых супермаркетах. Они, конечно, не уникальны, но это тоже одна из дорожек проникновения ИТ в повседневную жизнь.

*  *  *

Что станет модным после моды на всевозможные сервисы?

Может быть, это будут системы на какой-то новой технологической основе. Молекулярные? Биологические? А может, телепатическое управление системами и сервисами? Сейчас это никому непонятно. И мне тоже, несмотря на мои 40 лет работы в отрасли.


Версия для печати (без изображений)