17 августа и его последствия.

Собственно кризисом, т. е. самым острым периодом болезни, принято считать период с 17 августа 1998 г. по середину сентября. Обстановка менялась столь стремительно, что многие компании просто приостановили работу, пытаясь понять, что происходит, как вытащить свои деньги из рухнувших банков и чем все это может закончиться. Те компании, которые пытались работать, попали в очень сложную ситуацию — непостоянство курса доллара, частичный паралич банковской системы, трудности с конвертацией и поставками. Дистрибьюторские компании практически перестали принимать рублевые платежи и торговали только за валюту.

Компании, имевшие счета в «проблемных» банках, в один момент лишились значительной части оборотных средств, что потянуло за собой другие проблемы — взаиморасчеты с поставщиками (радость обладания большими товарными кредитами обернулась серьезными долгами) и поставки дилерам и клиентам, оплатившим товар по докризисным счетам.

Августовский кризис заставил зарубежных поставщиков пересмотреть стратегию и тактику работы на российском рынке. Многие вендоры приостановили поставки, заморозили кредитные линии партнерам, сократили персонал в своих московских офисах и маркетинговую активность. Были отменены визиты ряда топ-менеджеров из штаб-квартир.

Некоторые зарубежные компании просто закрыли свои офисы или отложили запланированный выход на российский рынок. Настроения в середине сентября у многих участников рынка были трагические. «Порядка 90% средних компаний уже не существует», — казалось тогда Николаю Можину, генеральному директору R&K.

Неясно было, что намерено предпринять для выхода из кризиса и вообще куда поведет страну новое правительство. Вместо Сергея Кириенко, подавшего в отставку сразу после 17 августа, новым премьер-министром стал Евгений Примаков. «В нынешней социально-политической ситуации мы собираемся опереться на помощь и опыт Белоруссии», — сказал он, в частности, выступая в Минске 30 сентября. Возможно, отмечалось тогда в CRN/RE, слова премьера — это лишь дань вежливости, но не исключено, что это еще один индикатор нового экономического курса. Ничего обнадеживающего большинство участников рынка не ожидало.

Тем не менее жизнь на ИТ-рынке теплилась. Ряд ведущих вендоров разработали программы «антикризисной поддержки» партнеров и клиентов. Компании APC и Microsoft начали 5 сентября совместное road show по 10 городам страны, по их словам, самое длительное в истории российского ИТ-рынка. В положенное время состоялась выставка Softool’98, причем, по данным устроителей, из 176 фирм, подавших заявки, от участия отказались только три. В сентябре, вопреки всеобщей панике, на наш рынок вышла немецкая компания Scott Display, предложившая мониторы марки Scott. Однако несмотря на агрессивную рекламную компанию и то, что ее основные конкуренты в нижнем ценовом диапазоне, Daewoo и Optiquest, прекратили поставки, прочно и надолго закрепиться на нашем рынке компании не удалось.

В октябре состоялась конференция «Новый мир информационных технологий Compaq», которая собрала около 250 партнеров компаний Digital и Compaq (до слияния у них было суммарно около 300 партнеров) и стала официальным стартом объединения их каналов продаж в России. Впоследствии московский офис Compaq оставил дистрибьюторский статус только девяти своим дистрибьюторам, а шесть дистрибьюторов Digital этот статус потеряли.

20 октября начал работу информационный сервер (www.km.ru) «Знания обо всем», созданный компаниями «Кирилл и Мефодий» и «Демос-Интернет». Информационная основа сервера — восемь мультимедийных энциклопедий «Кирилл и Мефодий», около 60 обучающих и развивающих программ и игр, созданных фирмами группы R-Style, а также доступ к широкому спектру оперативной информации. «В своем развитии Интернет прошел два этапа — полнотекстового поиска и создания аннотированных каталогов. По нашему мнению, наступил третий, когда в русскоязычной части Сети должны появляться узлы, на которых был бы реализован простой и удобный бесплатный доступ всех желающих к фундаментальным знаниям и постоянно обновляемой новостийной информации», — сказал тогда президент группы компаний R-Style Вячеслав Рудников.

«В эти трудные дни компания N, как и весь отечественный компьютерный бизнес, поднялась на борьбу за преодоление последствий августовского кризиса...», — примерно таков был лейтмотив многих публикаций в CRN/RE в конце 1998-го — начале 1999 г. Разумеется, специалистов по антикризисному управлению у компаний не было, но джентльменский набор необходимых мер был очевиден: сокращение персонала, снижение зарплат, оптимизация выплаты налогов, сокращение арендных платежей, возвращение дочерних компаний в материнское лоно и др.

Августовский кризис существенно изменил пейзаж отечественного ИТ-рынка. Резко сократился платежеспособный спрос, стоимость импортных товаров выросла в три — четыре раза. Соответственно упала доля компьютеров brand name (по данным IDC, в начале 1999 г. она не превышала 12%, а скорее всего, была еще ниже) и вырос спрос на компьютеры российской сборки, в том числе «самосборные».

На волне этого спроса компании «Аквариус Дата» и OCS объявили о подписании дистрибьюторского соглашения.

В целом на рынке по многим товарным группам — ПК, мониторы, принтеры и др. — началось вымывание среднего ценового сегмента. Изменилась клиентская база: в разы сократилась доля финансовых организаций, зато значительно вырос спрос со стороны промышленных предприятий, особенно из регионов, и госструктур.

Для многих компаний послекризисный период ознаменовался серьезными реорганизациями и изменениями в стратегии бизнеса.

Например, ведущие широкопрофильные дистрибьюторы, в частности «Дилайн», «Марвел», OCS и RSI, взялись за поставки комплектующих, причем сначала без прямых контрактов. Их вторжению сопутствовало немало дискуссий о том, чем это грозит «старожилам» этого сегмента рынка, приведет ли к ценовым войнам и т. д.

Дистрибьюторские компании из бывшего СССР, в частности «Квазар-Микро» и ELKO, поняли, с какими рисками сопряжена работа на одном-двух нестабильных рынках (а такими были большинство стран СНГ): кризис стал катализатором выхода на рынки Восточной Европы. «Мы пошли на Запад после августа 1998 г., сильно испугавшись, — признавал позднее в беседе с корреспондентом CRN/RE Александр Ямницкий, директор по продажам ELKO Group. — Мы хорошо знали, что в Восточной Европе ни маслом, ни медом не намазано, прибыль там не ахти какая, но вариантов не было — надо было рассредоточить риски».

1999

Весна 1999 г. принесла долгожданное оживление на ИТ-рынке: подавляющее большинство компаний все же выжило, очень многие оправились от послеавгустовских потрясений и адаптировались к новой ситуации на рынке и в экономике в целом, наметился некоторый рост продаж, завершилась пауза в маркетинговой активности.

Понятием, пожалуй, не менее популярным в 1999 г., чем «последствия кризиса», стала «проблема 2000» («проблема Y2K»). Впрочем, родилась эта «проблема» раньше, в середине 90-х. Напомним ее суть: поскольку во многих программах, особенно унаследованных, календарный год представлен не четырьмя цифрами, а только двумя последними, то есть вероятность, что обозначение «00» может быть воспринято и как 1900-й, и как 2000-й, что может привести к ошибкам в расчетах и отказам оборудования. А проявится это 31 декабря 1999 г. в 24 ч. В США забили тревогу задолго до этого дня. Многие руководители ИТ-отрасли предсказывали «ядерную зиму»: миру грозят катастрофические последствия; кроме того, закупки нового оборудования прекратятся на три — шесть месяцев, пока заказчики будут решать «проблему 2000» в существующих ИС.

Пострадать, пугали многочисленные эксперты, могут все, вплоть до владельца ларька, у которого есть лишь кассовый аппарат и холодильник (или обогреватель). «В результате многочисленных тестов нашей компанией установлено, что две из трех поступающих сейчас в Россию системных плат для ПК содержат “ошибки 2000”», — утверждал генеральный директор «Аквариус Дата» Леонид Гольденберг. Госкомсвязи РФ аккредитовал многочисленные центры компетенции по «проблеме 2000».

Тем не менее относились к этому в России по-разному. Одни шутили: мол, «проблему 2000» будем решать до 2005 г.; другие считали, что «проблема 2000» — это выдумка для домохозяек; третьи подошли к ней по-деловому — на этом можно заработать. И действительно некоторые неплохо заработали...

В августе прекратил существование холдинг «Анкей», один из крупнейших отечественных системных интеграторов (по данным компании, в 1997 г. ее оборот составил 56 млн. долл.), — его приобрела АФК «Система». На основе компаний холдинга был создан дивизион АФК по информатике, который возглавил Игорь Крохин, бывший президент «Анкея». Весной 2002 г. он покинул компанию, а спустя два года АФК «Система» купила украинскую компанию «Квазар-Микро». О дивизионе АФК по информатике больше не слышно.

1 октября начала деятельность компания Fujitsu Siemens Computers, образованная в результате слияния Fujitsu Computers Europe (одно из подразделений японской Fujitsu) и подразделения Siemens Computer Systems концерна Siemens AG. Московский офис новой компании возглавил Александр Казин.

В тот же день вступило в силу Постановление правительства РФ № 601 об обязательной сертификации компьютерной техники и сетевого оборудования и введении марок товарного учета, за нарушение новых правил грозило уголовное наказание. Весьма сомнительная целесообразность этих мер, а также бестолковое введение их в действие вызвали повсеместное недовольство, особенно среди розничных продавцов.

В ноябре в группе IBS появилась компания «Компьютер Депо». Ее амплуа — предоставление товаров и услуг корпоративным клиентам в Москве и Московской области по техническому обеспечению работы офиса. Возглавила ее Ольга Наумова, ранее начальник отдела маркетинга «Дилайна». «Компьютер Депо», утверждали ее руководители, будет отличаться от сотен подобных работающих в Москве компаний обслуживанием по принципу one-stop-shop, высоким уровнем сервиса, предоставлением услуг по Интернету и т. д. и за полтора года станет компанией № 1 в этом сегменте рынка. Что, возможно, сделать было нетрудно, учитывая его распыленность. Эта инициатива получила неоднозначную оценку: IBS упрекали в том, что «Компьютер Депо» — «лазейка», дающая возможность «Дилайну» осуществлять прямые продажи. Весной 2000 г. компания сменила свою торговую марку на Depo.ru, объясняя это, в частности, особым вниманием к Интернету как доминирующему средству взаимодействия с клиентами и переходом от простой торговли компьютерами к полному набору товаров и услуг для бизнеса. По словам Дмитрия Лебединского, директора по маркетингу «Компьютер Депо», почти 50% заказов размещалось тогда через Интернет. Правда, спустя некоторое время Сергей Эскин, генеральный директор «Дилайна», назвал крен в Интернет-торговлю одной из ошибок, допущенных при организации Depo.ru, поскольку на тот момент это было экономически неоправданно, зато компания получила «колоссальный опыт работы с корпоративными заказчиками».

В 1999 г. в Москве открылось представительство D-Link, а компания Kyocerа объявила наконец о подписании эксклюзивного дистрибьюторского соглашения с российской АРТ, хотя собиралась сделать это еще год назад. Учреждена также некоммерческая Ассоциация СИРИУС (Ассоциация системной интеграции и разработки информационных и управляющих систем), объединившая 17 организаций из девяти регионов страны и назвавшая своей основной уставной целью взаимодействие с Госкомсвязи РФ в области формирования и развития единого информационного пространства России. Генеральным директором СИРИУС стал Александр Калинин, глава компании LanData, а почетным президентом — председатель Госкомсвязи А.Е. Крупнов. Предприятиям, подчиненным госкомитету (которому и принадлежала инициатива создания ассоциации), рекомендовано вступить в СИРИУС. В настоящее время в списке членов СИРИУС около 50 организаций, в том числе представительства ряда зарубежных компаний, однако о ее деятельности почти ничего не слышно.

2000

Пресловутый 2000 г., к которому так готовились, которого многие так опасались, наконец наступил — и... ничего не случилось.
А 17 февраля одновременно в 68 городах мира, в том числе в Москве, состоялось официальное представление Windows 2000. По мнению аналитиков, как нельзя более своевременно: шум вокруг «проблемы 2000» почти улегся, и Microsoft и ее партнерам нужна была новая «золотая жила» — почему бы не W2K!

Также в феврале компания Verysell (бывшая Merisel CIS и CHS-Merisel) объявила о «самых важных изменениях в стратегии за все без малого 10 лет ее существования». Во-первых, было признано, что курс на ведение бизнеса в рамках международной дистрибьюторской компании (сначала в составе Merisel Inc., а затем CHS Electronics) себя не оправдал, поэтому теперь Verysell будет развиваться самостоятельно. Во-вторых, поскольку, по мнению руководства компании, независимый дистрибьюторский бизнес в России стал неприбылен и не имеет перспектив, необходима диверсификация бизнеса. Первым прибавлением в группе Verysell стала компания Vintegro (бывшая MicroAge), затем RPI, после этого были приобретены 50% акций торгового дома «КомпьюЛинк», входящего в группу «КомпьюЛинк». В ноябре на окраине Москвы открылся «самый большой в России» компьютерный гипермаркет (площадь более 2,3 тыс. м2) «КомпьюЛинк». Но сделка с «Компьюлинком» оказалась неудачной, и в скором времени проект свернули.

Весной компания Intel открыла в Нижнем Новгороде Центр разработки ПО, в котором к концу 2000 г. работало уже более 100 сотрудников.

Весь 2000 г. прошел в России под знаком интернет-бизнеса — несмотря на то что уже весной в США раздавались тревожные «звоночки»: то «обвал» на бирже NASDAQ, то проблемы у Amazon.com...

За считанные месяцы вошло в моду немало новых понятий и слов, так или иначе связанных с Интернетом, вплоть до «е-правительства», «е-налогов» и «е-граждан». Правда, далеко не все они имели реальное содержание.

Как грибы после дождя появились многочисленные фирмы («стартапы»), занимавшиеся — нередко только на словах, потому что у большинства бизнес оставался скорее виртуальным, чем реальным, — массой самых разных вещей, начинающихся с буквы «е» или слова «Интернет». Самым популярным было открытие интернет-магазина (по сути, интернет-витрины). В профессиональной прессе шли даже дискуссии: станет ли обычная (офлайновая) торговля — как оптовая, так и розничная, — жертвой интернет-торговли, когда уйдут с рынка традиционные ИТ-дистрибьюторы и т. д.

Рынок ждал потока инвестиций в Рунет — разные эксперты оценивали их в 100, 150 и даже 500 млн. долл. в год (увы, они ошиблись на порядок, если не больше). Взялись за Интернет и многие серьезные участники рынка. Так, в апреле было объявлено о создании компании «Яндекс», получившей во владение один из самых популярных российских интернет-ресурсов. Ее директором стал Аркадий Волож, бывший генеральный директор CompTek, в недрах которой зародилась и развивалась поисковая система «Яndex». Инвестиционная компания ru-Net Holdings вложила в «Яндекс» 5,28 млн. долл.

В июне организован холдинг еHouse, объединивший Интернет-магазины bolero.ru, dostavka.ru, megashop.ru и wstore.ru, во главе с Владиславом Улендеевым, ранее возглавлявшим дистрибьюторские компании «Лампорт» и (до середины 1999 г.) CHS/Russia. Заявленный план продаж eHouse на 2000 г. — 18 млн. долл.

Спустя три года (в 2003 г. — Ред.) в интервью CRN/RE Владислав Улендеев говорил: «Мы думаем, что через пять лет (в 2008 г. — Ред.) будем продавать на 500 млн. долл. в год, а через семь — на 1 млрд. Три года назад мы продавали на 30 тыс. в месяц, а сейчас — на 3 млн., мы выросли почти в 100 раз. Теперь до 500 млн. нам надо вырасти всего в 15—17 раз...».

Сразу две громкие «Интернет-заявки» прозвучали в августе. Холдинг eHouse объявил об открытии торговой интернет-системы eMatrix для дилеров и дистрибьюторов, а московский офис консалтинговой компании PriсewaterhouseCoopers и компания SK Communications — о проекте электронной торговой площадки для участников ИТ-рынка: уже в течение первого года рассчитывали на оборот 15—20 млн. долл. и доход 400—650 тыс. долл., но проект так и остался на бумаге.

Осенью в Госдуму РФ внесены первые законы, регулирующие сферу электронной коммерции: «Об электронной цифровой подписи», «Об электронной торговле», «О предоставлении электронных финансовых услуг», «Об информации финансового характера».

В сентябре открылось московское представительство компании ЕМС, которое возглавил Люк Брюне. А 1 октября приступила к работе новая компания Avaya Communication, выделившаяся в результате реорганизации Lucent Technologies. Генеральным директором представительства Avaya в России и СНГ был назначен Дмитрий Иванников. В декабре новый вендор выбрал своего первого (и, как показали последующие годы, самого активного) дистрибьютора — компанию Landata.

Продолжение. Начало в CRN № 9/2006.

Версия для печати (без изображений)