В конце января Госдума приняла в первом чтении закон против товарного рейдерства.

В последние пару лет в CRN/RE регулярно освещалась тема «товарного рейдерства», ведь с этой проблемой столкнулись в том числе и ИТ-компании. Развитие ситуации дает основание с осторожным оптимизмом предполагать, что этому криминальному промыслу наконец будет поставлен заслон. В немалой степени этому способствовала консолидация бизнес-сообщества. Отраслевые ассоциации (АП КИТ и РАТЭК) занимались не только лоббированием интересов участников рынка в законодательных органах власти, но и содействовали ликвидации крупных каналов сбыта неправомерно конфискованных товаров.

В прошлом году ИТ-компании не подвергались «наездам» со стороны товарных рейдеров. По крайней мере, о крупных инцидентах подобного рода ничего неизвестно. Об этом сообщил Александр Гуккин, президент компании ПИРИТ, член правления АП КИТ, на прошедшем в конце прошлого года общем собрании ассоциации.

Летом прошлого года произошло одно знаковое событие. Конституционный суд признал противоречащим Конституции одно из положений статьи 82 Уголовно-процессуального кодекса (УПК), позволяющее следователю принимать решение о реализации вещественных доказательств в ходе следствия, «если их хранение затруднено либо слишком дорого». Именно этой законодательной лазейкой нередко пользовались коррумпированные «слуги закона». Вещественные доказательства, то есть конфискованные (зачастую неправомерно) товары, продавались близким к Российскому фонду федерального имущества (РФФИ) структурам по ценам, заниженным в десятки раз. Конституционный суд постановил, что без судебного решения изъятие имущества следственными органами допускается лишь как временная мера, которая не приводит к лишению права собственности.

Как правило, за подобными решениями Конституционного суда следуют поправки в законодательные акты. По всей видимости, это ускорило рассмотрение Госдумой законопроекта по товарному рейдерству, который был внесен ровно два года назад, в марте 2007 г.

Чем можно объяснить существенную задержку? Очевидно, дело не только в традиционной бюрократической волоките. У законопроекта, по всей видимости, нашлись весьма влиятельные противники. «Уровень доходов товарных рейдеров — десятки миллиардов рублей. Очевидно, что без поддержки отдельных высокопоставленных должностных лиц это явление не могло приобрести столь широкие масштабы», — уверен Сергей Цыбаков, руководитель комитета АП КИТ по вопросам защиты собственности ИТ-компаний, генеральный директор компании «Компоненты и системы».

Напомним, что еще в апреле 2006 г., после получивших широкую огласку дел об «аресте» крупных партий сотовых телефонов, ассоциация РАТЭК направила в Госдуму обращение «О ситуации с изъятиями импортных товаров народного потребления». После этого при Комитете по экономической политике, предпринимательству и туризму была создана рабочая группа по подготовке законопроекта, в состав которой вошли и представители РАТЭК и АП КИТ. Один из его авторов, депутат Владимир Плигин, предположил тогда, что закон может быть окончательно принят до конца 2007 г. Однако противодействие было слишком велико. Для формирования официального отзыва правительства понадобилось почти 8 месяцев, но и после этого законопроект более года пролежал «под сукном». По мнению Сергея Цыбакова, сдвинуть с «мертвой точки» его рассмотрение помимо исторического решения Конституционного суда помогла «генеральная линия власти», направленная на борьбу с коррупцией, а также широкое освещение этой проблемы в СМИ.

Законопроект предусматривает внесение поправок в УПК и в закон «Об оценочной деятельности в РФ», закрывающих юридические лазейки для злоупотреблений, связанных с изъятием, хранением, оценкой и реализацией вещественных доказательств по уголовным делам в сфере экономики. «Принимать решения о признании имущества вещественным доказательством и о дальнейшей его реализации будет исключительно суд, а не следователь, прокурор или другое лицо, производящее дознание единолично. Это дает возможность ознакомления с материалами дела и защиты законных прав потерпевших на судебных заседаниях», — комментирует Сергей Цыбаков. Кроме того, в законопроекте предлагается ввести уголовную ответственность для оценщиков конфискованных товаров, злоупотребляющих своими полномочиями.

Станет ли этот закон надежной защитой от товарных рейдеров? Конечно, не стоит считать его панацеей. Во-первых, не исключено, что законопроект опять может встретить сопротивление при втором чтении, хотя вряд ли из итогового документа исчезнут главные положения (о реализации изъятого имущества по решению суда и ответственности оценщиков). «Одной из основных задач комитета по защите собственности ИТ-компаний АП КИТ является принятие законопроекта в приемлемой для участников рынка редакции, — говорит Сергей Цыбаков. — Поэтому члены комитета, совместно с представителями других рынков, принимают активное участие в обсуждении поправок, привлекая профессиональных юристов». Вместе с тем он отмечает, что даже после принятия закона нельзя быть уверенным в полной защите от посягательств товарных рейдеров: «К сожалению, как показывает практика, изобретатели криминальных схем тоже не стоят на месте, продавливая свои изменения в законах и подзаконных актах. Невозможно одним законом искоренить коррупцию среди чиновников, наша задача — сократить для них пространство возможностей».

Кроме того, Сергей Цыбаков уверен, что само явление товарного рейдерства возникло не только из-за несовершенства действующего законодательства, но и во многом благодаря так называемой «практике делового оборота», без которой, мягко говоря, было затруднительно вести успешный бизнес в России. «Это, в свою очередь, порождало уверенность криминальных элементов в безнаказанности. Дальнейшая массовая легализация бизнеса фактически лишила их этой уверенности», — добавляет он. Помимо поправок в законодательство основной мерой защиты от товарного рейдерства, доступной участникам рынка, является полная легализация бизнеса и уход от «серых» схем.

Руководство АП КИТ надеется, что закон будет принят Госдумой в этом году.


Версия для печати (без изображений)