ИТ-рынок начал активно расти после кризисного 2009 г. Насколько? Достиг ли докризисных цифр 2008 г., превзошел ли их? Ситуация не одинакова в разных регионах и в разных сегментах рынка. Так, например, если сегмент мобильных решений существенно превзошел цифры 2008 г., то сегмент «бренд-СКС» до оборотов 2008 г. еще ощутимо недотягивает. Анализ и описание жизни разных сегментов — отдельная тема. Если все же попытаться экспертно оценить «среднюю температуру по больнице», то можно уверенно говорить о том, что ИТ-рынок России достиг уровня 2008 г., скорее есть даже небольшой рост.

Сильные и крупные стали сильнее и крупнее, а слабые — слабее. Тенденция не нова, но 2010 г. закрепил ее и сделал еще более очевидной и в ретейле, и на корпоративном рынке, и в дистрибуции... И во всех регионах. О чем бы ни шла речь, мы всегда говорим, «...это различается от региона к региону... ...это не одинаково в разных продуктовых сегментах...». А вот концентрация бизнеса вокруг крупнейших игроков рынка — это, пожалуй, универсальная тенденция. И если сильные компании демонстрировали в 2010 г. существенный рост, в 30–50% и более к 2008-му, то слабые сильно недотягивают до показателей 2008-го, а то и до 2009-го. Некоторые компании благополучно находят свою нишу, что может оказаться весьма перспективным в будущем.

Любопытным примером может стать экспансия региональной розничной сети ДНС, которая превратилась в крупнейшего игрока на рынке компьютерного ретейла. Во многих городах была паника — «вот они какие большие, ничего против них сделать не можем», и кое-где розница умерла как класс. Однако немало и таких регионов, где местная розница только укрепилась, нашла свои ниши, фокусировку, смогла сделать рынку правильное предложение и теперь составляет достойную конкуренцию.

На проектном рынке наиболее уверенно чувствуют себя компании, обладающие компетенциями и наращивающие их. Хотя справедливости ради надо сказать, что такая «компетенция», как «связи», никуда не исчезла.

Если представить себе ИТ-рынок в виде пирамиды из трех слоев, то очевидна тенденция ослабевания «среднего слоя» и смещения бизнеса в «верхний слой». Многочисленный «нижний слой», безусловно, более хаотичен, но, скорее всего, повторяет внутри себя те же тенденции. В целом он чувствует себя весьма хорошо и, пожалуй, даже немного увеличивает свое значение и свою долю.

Привела ли описанная выше тенденция ослабления слабых к полному вымыванию и уходу с рынка существенного числа игроков? По-разному в разных регионах. Есть «крайние» сценарии. Вот пара цитат из регионов: «Я ожидал, что после кризиса с рынка вылетит какое-то количество компаний, которым на рынке и правда делать нечего. Ни в 2009-м, ни в 2010-м этого не случилось. Они продолжают жить и отравлять жизнь коллегам», «За многолетнюю работу на ИТ-рынке я не припомню такого года, когда столь массово уходили игроки с рынка, не выдержав конкуренции на сузившемся поле. Теряли свои позиции компании, которые работали много лет. Просто вымирание динозавров, привыкших к определенным понятным условиям и оказавшихся не готовыми к соревнованию с более быстрыми, динамичными и азартными». Чаще картина существенно более нейтральна: «Значимых и знаковых уходов нет. Смерти и рождения карту рынка не меняют».

В 2010 г. лучше других сегментов чувствовал себя ретейл, в особенности крупный. Чем крупнее — тем больше рост: федеральные бытовые сети, специализированные ИТ-сети. Так же отлично рос и сегмент интернет-ретейла. Для иллюстрации: в 2008 г. среди топ-15 партнеров OCS было 9 игроков корпоративного рынка, 5 розничных парнеров и один субдистрибьютор. В 2010-м — 7 игроков корпоративного рынка, 7 розничных партнеров. Собственно, именно благодаря значительному росту розничного сегмента ИТ-рынок интегрально и вышел на показатели 2008 г. или даже немного превысил их.

Розничный рынок в 2010 г. был более «плавным» с сильнее растянутыми во времени периодами «BTS» (Back to school) и «Christmas». Есть интересное мнение: чем более развитой становится страна, тем более пологими становятся всплески продаж в пиковые периоды, т. е. люди перестают бегать перед Новым годом за подарками, предпочитая сделать осознанный выбор в менее суетные дни... Похоже, мы движемся в этом направлении.

В проектном бизнесе такого мощного восстановления не произошло и показатели 2008 г. в среднем по рынку еще не достигнуты. Про корпоративный рынок можно сказать, «долго запрягали, но быстро поехали»: «сон» в первом квартале, пробуждение во втором, взрыв в четвертом. В регионах корпоративный рынок оказался существенно слабее, чем в двух столицах. В некоторых регионах крупных проектов так и не случилось.

Наиболее значительные бюджеты на развитие были в нефтегазовом секторе, энергетике, телекоме. Немного меньше — в банковском и промышленном. Еще меньше — в здравоохранении и образовании. Государственные бюджеты были скорее консервативны. Неприятным является то, что кризис не привел к появлению осмысленного подхода к информатизации. Бюджетный рынок как жил в терминах «освоения», так и живет.

Как это ни парадоксально, но конкуренция выросла не в период сильного падения рынка, не в год кризиса, а когда рынок начал расти, т. е. в послекризисный 2010 г. Во время экономического спада часть игроков пыталась «пересидеть и продержаться», и благодаря краткости кризиса большинству это удалось. В 2010 г. они «осмотрелись по сторонам» и поняли, что потеряли часть рыночной доли. На волне растущего спроса кинулись отвоевывать ее обратно. Увы, большинство из них не может предложить рынку ничего, кроме цены. Как следствие, 2010-й был отмечен падением маржи.

Однако у этого явления были и другие причины. Начало года ознаменовалось сильным дефицитом по многим товарным сегментам. Дефицит продолжался до весны и кое-где до середины года. На фоне дефицита многие забыли и о существовании «низкого» сезона, и об уроках кризиса. И после нормализации поставок рынок оказался перезатарен с последующими «сливами» и демпингом. Немалую роль в перезатарке сыграли и вендоры: аппетиты, растущие намного быстрее рынка, стремление загрузить склады дистрибьюторов — все дурные докризисные привычки были налицо. Определенную лепту внесло в этот процесс и развитие интернет-ретейла с его более низкими затратами и ценами.

Еще одним следствием кризиса, которое стало очевидным во второй половине 2010 г., можно назвать тенденцию к укорочению цепочки поставок (минимизация количества игроков). К этому привело снижение маржи во всех звеньях канала, сокращение бюджетов, активизация малоизвестных дешевых азиатских производителей с невнятной канальной политикой. Можно говорить о четырех «сущностях» этого явления.

Первая: генподрядчики крупных комплексных проектов, которые до кризиса отдавали ИТ-поставки субподрядчикам (профессиональным ИТ-компаниям), проявляют заинтересованность в том, чтобы оставлять эти поставки себе. Процесс этот очень непрост и для них самих, ибо «особенности жанра» есть в каждом виде «разделения труда», и для дистрибьюторов, от которых ожидают реализации неспецифичных функций.

Вторая: рост влияния и объемов бизнеса «аффилированных» структур, т. е. компаний, созданных для осуществления поставок при крупных корпоративных структурах. В этой связи хочется вспомнить о компетенциях. Путем создания «аффилированных поставщиков» из цепочки «выкидывают» поставщиков коробок. Провайдеров услуг и сервисов запросто не выкинуть, да и незачем.

Третья: интернет-провайдеры и телеком-операторы все чаще заявляют свои права на работу если не с производителями, то с дистрибьюторами. Объединение крупного телекома, несомненно, этому способствует. Все это поддерживают и основные вендоры, которые в жесткой конкуренции с более дешевыми «азиатскими» производителями стремятся минимизировать количество игроков в цепочке.

Четвертая «сущность» — это сами вендоры, речь идет о прямых поставках. Пока это наименее явная тенденция.

Государство тоже не облегчало жизнь в кризисный и послекризисный годы. Масса новых ограничений, условий, документов в таможенном законодательстве. Слова «нотификация», «шифрование» давно стали притчей во языцех. Постоянно добавляются новые. Все необходимые «сертификации» приводят не только к дополнительным затратам, но и запрограммированно удлиняют сроки поставок. Причем особенно обидно, что все новые правила вводятся таким образом, что ни сами сертифицирующие органы к ним не готовы, ни прочая инфраструктура. В итоге, как обычно, имеем: «Иди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что».

Продолжился в 2009–2010 гг. и процесс глобализации. Oracle купила Sun, Cisco приобрела Tandberg, Hewlett-Packard поглотила 3Сom, Intel — McAfee, Nortel была разбита на кусочки и раскуплена по частям... Какие-то из этих процессов уже отчетливо повлияли на рынок, что-то нам еще предстоит ощутить в будущем.

Автор — исполнительный вице-президент компании OCS.


Версия для печати (без изображений)