Бум вокруг И-бизнеса приближается к России. Чуть ли не ежедневно в прессе появляются сообщения об инвестициях — и российских, и западных — в отечественные Интернет-компании. Объемы инвестиций быстро растут, значит, растут и ожидания инвесторов. Насколько оправданы такие ожидания в целом (недавний срыв индекса NASDAQ, похоже, дал очередной аргумент пессимистам?) и каковы перспективы развития И-бизнеса в нашей стране? Свою точку зрения по этим вопросам высказывает Ходсон Торнбер, партнер, руководитель отдела бизнес-консалтинга и электронного бизнеса компании Arthur Andersen, в беседе с Александром Плитманом, заместителем главного редактора CRN/RE.

CRN/RE: Как вы оцениваете влияние электронного бизнеса на традиционные каналы сбыта, в частности на дистрибьюторов и дилеров, занимающихся продажей компьютерной техники?

Х. Т.: Конечно, одним из основных результатов использования Интернет-технологии является исключение промежуточных звеньев, находящихся между потребителем и производителем. Может быть, с точки зрения реселлерского бизнеса это звучит и не очень оптимистично, но такова реальность. На Западе все потенциальные потребители — и крупные компании, и государственные структуры, и частные лица -- могут выйти напрямую на поставщика, и через 2—3 дня человек в униформе доставит заказанный товар к дверям дома или офиса. В России из-за несовершенства инфраструктуры транспорта и связи, особенно за пределами крупных городов, развитие И-бизнеса будет не таким стремительным, а пакет услуг — не столь вместительным. Кроме того, в России конкуренция в розничной торговле пока не так сильна, как на Западе, и выбор у потребителей невелик, поэтому им труднее отказаться от привычных каналов приобретения товаров или услуг. Здесь гораздо меньше людей, чем на Западе вообще имеют доступ к Интернету, а услуги по доставке с помощью курьерских служб, подобных DHL или Federal Express, развиты слабо. Поэтому потребность в посредниках на пути товара от производителя к потребителю в России сохранится гораздо дольше. Процесс исключения посредников начнется с обслуживания крупных компаний, затем охватит компании среднего размера и, наконец, частных лиц.

CRN/RE: Можно ли оценить, сколько стоит открытие Интернет-бизнеса, например, для компаний малого и среднего бизнеса, и когда он начнет приносить прибыль?

Х. Т.: Можно, но сначала два очевидных замечания. Во-первых, ситуация в И-бизнесе меняется очень быстро, поэтому все мои оценки относятся только к сегодняшнему дню. Во-вторых, большинство компаний никогда не станут прибыльными. Для остальных же время ожидания прибыли зависит от амбиций и профессионализма руководства компании, характера Интернет-проекта и просто от удачи. Например, если в течение ближайших 2--3 лет начать небольшой И-бизнес с инвестициями около 30--50 тыс. долл. (пока это сделать очень легко — рынок еще свободен), то появление первой прибыли разумно ожидать уже через 6 месяцев. На Западе самое привлекательное для вложения средств направление — создание Wеb-узлов и порталов, предназначенных для оказания услуг. В целом же нужно различать две ситуации. Первая — работа на "девственном" рынке, где конкуренция еще не развита; тогда при инвестициях в 2—3 млн. долл., что по западным меркам совсем немного, время до появления первой прибыли составляет 1— 3 года. Вторая — рынок уже занят, есть серьезные конкуренты, и достижение успеха невозможно без конкуренции с ними. В этом случае необходимы инвестиции порядка 5—20 млн. долл., а первой прибыли придется ждать 2—4 года. Конечно, никто не мешает тратить и больше денег. Amazon.com, например, вложила свыше 1 млрд. долл., но никакой прибыли еще не получила.

CRN/RE: Все мы находимся под впечатлением цифр, относящихся к США -- рыночной стоимости Интернет-компаний, инвестиций в них, роста аудитории и т.д. С какой поправкой следует использовать такие данные применительно к российским условиям?

Х. Т.: Если за точку отсчета брать развитие И-бизнеса в США, то отставание России составляет 2—4 года, и в ближайшие годы оно сохранится. Главная причина -- недостаточное развитие инфраструктуры. Еще одна причина — это языковая проблема. Язык WWW — английский: около 95% наиболее популярных на Западе Web-узлов — англоязычные. Это означает, что в тех странах, где английский язык недостаточно закрепился как второй, деловой, язык, проникновение на рынок будет ограничено. Конечно, русскоязычных Web-узлов уже очень много. Но таких, как наиболее популярные на Западе Web-узлы, привлекающие наибольшее число людей, в России просто нет.

Рыночная оценка стоимости компании на Западе определяется несколькими факторами, главный из которых — это скорость экспансии. Сейчас все, что связано с Интернетом, развивается в режиме не реального времени, а Интернет-времени, т.е. в 10 раз быстрее. С финансовой точки зрения это означает: результаты, для достижения которых традиционному бизнесу нужно 20 лет, И-бизнес может достигнуть за два года. Более медленное развитие И-бизнеса в России влечет за собой снижение стоимости российских компаний. Очень трудно оценить это количественно, но, на мой взгляд, рыночная стоимость И-компаний в расчете на одного жителя оценивается в России примерно в 10—100 раз ниже, чем на Западе. Например, если в США многие Интернет-компании сейчас привлекают уже третий раунд инвестиций, обьем которых может достигать 100 млн. долл., то в России тот же третий раунд приносит инвестиции в размере 1—10 млн. долл. К тому же здесь существует определенный дисбаланс между спросом и предложением инвестиционных возможностей, т.е. есть много умных и предприимчивых людей, готовых начать бизнес в Интернете и нуждающихся в деньгах, и мало инвесторов, готовых вкладывать деньги. И это тоже приводит к снижению стоимости местных Интернет-компаний.

CRN/RE: Часто можно слышать мнение, что ажиотаж вокруг электронного бизнеса, подогреваемый в том числе и консалтинговыми компаниями, и прессой, приводит к появлению замкнутого круга — завышенных ожиданий, завышенных самооценок, завышенных цен и т.д. Тем более что некоторые консалтинговые компании сами вкладывают деньги в электронный бизнес и, вероятно, рассчитывают на этом заработать.

Ходсон Торнбер: "Я уверен , что со временем, возможно, уже через несколько лет, И-бизнес из некоего экзотического явления превратится в один из стандартных инструментов любого бизнеса".

Х. Т.:

Те впечатляющие показатели капитализации, о которых мы читаем в прессе, — это отчасти иллюзия и отчасти реальность. Первое, в США, в отличие, например, от Великобритании и других стран Европы, при первоначальном публичном размещении акций разрешено и очень принято продавать лишь небольшую их часть, например 1% или даже 0,1 %. Поэтому инвестору достаточно купить ничтожное количество акций, чтобы их цена стала быстро расти. Но если вы захотите по такой цене акций продать всю компанию, то покупателей не найдется, потому что это совершенно нереальная цена. В этом и заключается иллюзия. А вот для цены, скажем, вполовину меньшей, есть определенные основания, и это — реальность. Второе, рыночная капитализация — это один из инструментов привлечения капитала и специалистов в те секторы, где они оцениваются дороже всего и где дают наибольшую отдачу. Очевидно, что повышение эффективности того или иного сектора экономики, даже временное, привлекает туда финансовые ресурсы и квалифицированные кадры. Но те люди, которые уловили сигнал рынка, которые, несмотря на риск, пришли в этот сектор, должны быть вознаграждены. В России другая ситуация: толпы умных людей, готовых ринуться в Интернет-мир просто ради удовольствия поработать за компьютером. Поэтому и их стоимость гораздо ниже, чем на Западе. Но, еще раз подчеркну, ситуация меняется очень динамично, и мои оценки относятся к сегодняшнему дню.

CRN/RE: Как уверяют некоторые эксперты, скоро может хлынуть поток инвестиций в российский Интернет. Каково ваше мнение?

Х. Т.: Если оценивать в абсолютных цифрах — число инвесторов и объемы инвестиций, то я согласен — действительно, много. К сожалению, за последние 6 лет прямых западных инвестиций в Россию практически не было. Поэтому те 500 млн. долл., которые могут прийти в виде инвестиций в Интернет-компании (это, конечно, очень грубая оценка), можно рассматривать как огромный скачок. Но если перевести эти показатели в удельные (в расчете на душу населения) и сравнить с тем, что наблюдается в западных странах, то, конечно, это очень мало. Например, в США примерно такой объем средств инвестируется в Интернет-проекты в течение одной недели. С нашей точки зрения, в России есть еще по крайней мере два важных рычага привлечения инвестиций. Первый — экспорт услуг в области высоких технологий. Если бы в России удалось создать благоприятные условия для расширения экспорта интеллектуальных услуг и кадров в области разработки ПО, в том числе с использованием Интернета, это привело бы к значительному росту инвестиций. Наглядный пример именно в области ПО — Индия. Второй резерв — многочисленная российская диаспора за рубежом. Немало эмигрантов из России, прожив много лет за рубежом, имея некоторое количество денег и, возможно, свой бизнес, при определенных условиях могли бы вернуться, подобно многим выходцам из Китая или Индии, и инвестировать деньги в свою страну.

CRN/RE: В связи с созданием венчурного фонда "Артур Андерсен Венчурс" на что могут рассчитывать российские Интернет-компании и какие именно?

Х. Т.: Это довольно специфический фонд: он будет вкладывать деньги в Интернет-компании, уже ведущие свой бизнес и получившие инвестиции в одном или двух раундах из каких-либо других источников. Начинающие компании, за душой у которых только энтузиазм и красивые идеи, но ничего реального, не являются основными объектами внимания для фонда. Размер инвестиций в одну компанию — от 500 тыс. долл. до 3—4 млн. долл., причем большая их часть предоставляется в виде услуг, оказываемых компанией Arthur Andersen, и меньшая часть — деньгами. Фонд работает во всем мире, поскольку Arthur Andersen — это глобальная компания, но будет концентрироваться на более развитых рынках — США, Европы и Японии. Мы очень заинтересованы в сотрудничестве с Россией и будем предлагать фонду наиболее интересные, по нашему мнению, российские Интернет-проекты. Однако окончательное решение принимает инвестиционный комитет фонда, состоящий из представителей разных стран.

CRN/RE: Расскажите немного подробнее о деятельности Arthur Andersen в России в области Интернета и электронного бизнеса.

Х. Т.: Наиболее активную роль сейчас играет отдел корпоративных финансов Arthur Andersen, который оказывает помощь Интернет-компаниям в привлечении инвестиционного капитала. Наиболее известная сделка, в которой мы участвовали, это, пожалуй, приобретение "Гласнет" компанией Golden Telecom летом прошлого года. Мой отдел бизнес-консалтинга и электронного бизнеса предлагает услуги по трем направлениям, два из которых ориентированы на наших клиентов из числа традиционных компаний, которые если и применяют Интернет, то только как еще один инструмент совершенствования собственного бизнеса. Первое направление — помощь нашим клиентам в повышение эффективности бизнес-процессов, в том числе в интеграции Интернета с информационными системами. Второе -- консалтинг в области управления и разработки стратегии. Интересно, что примерно половину наших клиентов по этому направлению уже интересует применение Интернет-технологий. Наконец, третье направление — консалтинг в области собственно И-бизнеса. Для развития собственного потенциала в этой области мы вкладываем ежегодно десятки миллионов долларов. Наш мозговой центр Интернет-технологий находится в Калифорнии. Работая с российскими клиентами, мы, естественно, опираемся на весь потенциал Аrthur Аndersen как глобальной компании, тем более что значительная часть наших услуг в области И-бизнеса касается вопросов налогообложения и права. С несколькими нашими клиентами из числа Интернет-компаний мы заключаем стратегические соглашения о партнерстве и привлекаем их в качестве субподрядчика для оказания услуг, связанных с Интернетом, другим нашим клиентам. Но пока это сотрудничество находится в начальной стадии.


Версия для печати (без изображений)