Квалифицированные специалисты становятся все требовательнее и обходятся все дороже

Энциклопедия Britannica определяет»утечку мозгов» как «...миграцию образованных или профессиональных кадров из одной страны (сектора экономики или области) в другую обычно для получения лучшей оплаты или условий жизни».

При этом специалисты различают два основных понятия: «потеря мозгов» и «обмен мозгами». Первое из них определяет дефицит специалистов, наступающий, когда высококвалифицированные кадры мигрируют в новые формы занятости, которые не требуют способностей и опыта, необходимых на прежней работе. Второе характеризует двусторонний поток специалистов между странами. В тех случаях, когда одно направление потока становится преобладающим, обычно говорят о «притоке» или об «утечке» мозгов.

Существует и такой термин, как «циркуляция мозгов», т. е. циклические перемещения: за границу— для обучения и повышения квалификации, затем — возвращение на Родину и улучшение профессиональной позиции за счет преимуществ, полученных за рубежом. Считается, что в будущем усилится именно эта форма миграции, особенно если экономические различия между странами будут уменьшаться.

В России проблема «утечки мозгов» известна еще с советских времен, когда государство не боялось потерять самых «ненадежных». Сейчас в России проблема квалифицированных кадров — одна из самых острых: как уверяют чиновники, каждый уехавший специалист отодвигает экономический подъем страны.

На движение квалифицированного персонала влияет целый ряд факторов.

Во-первых, в странах-источниках наука становится более интернациональной, чем прежде. Получение образования и повышение квалификации за рубежом, включая различные схемы международного обмена и стажировки, стимулируют интерес молодых ученых к работе за границей и открывают перед выпускниками вузов международные перспективы.

Во-вторых, растет потребность в высококвалифицированном персонале с международным опытом в принимающих странах. Локальный дефицит в специалистах определенного профиля — один из главных мотивов для приглашения иностранцев.

Большинство эмигрантов молоды, между 20 и 40 годами, т. е. находятся в самом продуктивном возрасте. По статистике, средний возраст россиянина, который выезжает за границу работать, а потом остается там жить, — около 26 лет. Уезжать рискуют только те, кто уверен в своей ценности, т. е. лучшие. Предприниматели особенно настойчиво ищут кандидатов высшего качества. А тот факт, что они (кандидаты) отбираются на конкурсной основе, подтверждает, что их общий уровень выше среднего. Так, европейские исследователи, работавшие в США, всегда давали большой экономический эффект принимающей стране: в частности, многие американские нобелевские лауреаты имели европейское происхождение.

Благодаря грамотной иммиграционной политике (закон «Американская конкурентоспособность в XXI веке» в США, некоторые недавние решения властей Германии) ряду стран удается создать благоприятные условия для притока специалистов, а Россию ежегодно навсегда покидают несколько тысяч молодых ученых. По некоторым оценкам, потеря каждого обходится стране в 300 тыс. долл. Комиссия по образованию Совета Европы полагает, что от «утечки мозгов» Россия ежегодно теряет около 50 млрд. долл. Эти деньги получают США, Германия, Англия и Канада — именно туда идет основной поток эмиграции, значительная часть которого специалисты в области химии, физики, биологии и программирования, а также выпускники элитных вузов. Так, примерно 15% выпускников Московского физико-технического института — одного из лучших вузов России, уезжают на Запад. В последние два года эта цифра снижается и даже появился «обратный поток». И все же до сих пор количество уезжающих за рубеж, значительно превышает число тех, кто в Россию возвращается. По официальной статистике, это лишь около 20% эмигрантов.

По мнению представителей ряда кадровых агентств, самый значительный отток за границу наблюдался в 1998 г. — после августовского кризиса и падения уровня заработной платы.

Сейчас зарплаты в ИТ-отрасли в среднем уже достигли докризисного уровня. Конечно, они зависят от уровня специалиста: для среднего звена — это около 1000 — 2000 долл. в месяц. Более того, разница в заработной плате между российскими и западными ИТ-компаниями сильно сократилась и стала практически незаметной. Раньше в кадровых агентствах существовали разные «пулы» для кандидатов в российские и в зарубежные компании. Теперь «пул» общий, а разница между российскими и зарубежными работодателями проявляется в основном в структуре оплаты и формах выплат.

Так, технические специалисты действительно получают примерно одинаковые оклады. Те же, кто занимается продвижением и продажей решений, получают зарплату, состоящую из двух частей: фиксированной и бонусной, зависящей от результатов бизнеса. При этом в российских компаниях доминирует бонусная часть, а в западных — фиксированная. Поэтому специалисты по продажам в отечественных фирмах имеют больше возможностей зарабатывать — бизнес растет, растут и доходы.

Конечно, правильнее сравнивать не только абсолютные размеры заработков, но и структуру расходов. Как показывают результаты одного исследования: чтобы достичь в США такого же уровня жизни, как в России, специалист должен получать ровно в два раза больше (без учета налогов и уровня социальной защищенности). И это реально. Так, по словам руководителя департамента IT&Telecom Recruitment агентства «Контакт» Ольги Сабининой, если за рубежом специалист зарабатывает 100 тыс. долл. в год, то в России многие компании уже предлагают годовой доход в 50 тыс. долл. «Разрыв по заработной плате для специалистов высшего уровня не так уж и велик», — утверждает она.

Многие работающие на территории России компании (как отечественные, так и представительства западных) уже могут конкурировать с зарубежными не только по заработной плате, но и по предлагаемым условиям, и по «интересности» проектов.

Николай Кудрявцев, ректор МФТИ, считает, что у молодых людей появилась возможность зарабатывать и делать карьеру здесь: «Многие студенты едут за границу не только из-за перспективы высоких заработков: они увлечены своими экспериментами».

Нередко основной мотив отъезда за границу — посмотреть, как живут люди «там», многие потом возвращаются в Россию. Так, Артем Денисюк из Coleman Services, считает, что сейчас люди уже не хотят порывать со своей страной и навсегда ее покидать: «В России можно хорошо зарабатывать и хорошо жить, — считает он. — Те, кто это понимает, стараются за рубежом получить навыки и образование, а потом, применяя это на практике, занять определенную нишу здесь».

Но, как оказалось, в мире не так много мест, где реально можно поднять свой квалификационный и профессиональный уровень. И стереотип: «там — рай земной, здесь — все плохо» уже отжил свое. Имея возможность путешествовать, люди видят, что и в США есть своя глубинка — совершенно глухие места. «Там не наши ребята будут учиться у местных специалистов, а совсем наоборот», — замечает по этому поводу Наталья Логинова из компании Russian Connection.

В то же время газеты и Интернет пестрят объявлениями, подобными этому: «Главам и членам семей в возрасте до 40 лет будет оказана особая поддержка в области жилья, профессиональной, социальной и культурной интеграции, а также в области профессиональной подготовки и переквалификации».

Обещание социальной поддержки — это грамотный маркетинговый ход. В принимающих странах понимают, что каждый человек — это не просто ИТ-специалист, но и семья, друзья, в общем «среда», и многие люди возвращаются, не прижившись, именно потому, что на Родине у них осталась часть семьи или окружения.

По мнению Ольги Сабининой, в настоящее время проблема предложения адекватной заработной платы неотделима от проблемы обеспечения подходящей социальной среды и будущего детей. «Человек прежде всего хочет, чтобы дети получили хорошее образование, поступили в вуз и сделали карьеру, чтобы родители получали хорошую пенсию и достойное медицинское обслуживание и т. д.», — говорит она. Организовать инфраструктуру для семьи специалиста гораздо сложнее, чем просто ежемесячно выплачивать определенную сумму. Ведь жить в шикарной квартире и скопить приличный капитал можно и в российской глубинке, но только потому, что деньги просто не на что будет тратить.

Этим, скорее всего, и объясняются изменения в структуре потока кадров из России, о которых говорит Ольга Новикова, руководитель ИТ-направления агентства «Анкор»: «Первыми уезжали люди из Москвы и Санкт-Петербурга. Сейчас же — в основном из регионов...».

Но и возвращение из-за рубежа не всегда происходит по доброй воле. Сейчас многим приходится принимать такое решение: спад в сфере ИТ на Западе затягивается, и найти работу все труднее.


Версия для печати (без изображений)