Большинство журналистов в восторге от возможностей мобильной связи. Это объясняется самой природой их работы: им приходится сломя голову носиться в поисках информации, поспешно обрабатывать ее и как можно скорее сообщать полученные сведения всему миру или хотя бы ограниченному кругу заинтересованных лиц. От того, насколько быстро и эффективно журналистам удается сделать это, зависит их успех или провал.

Поэтому неудивительно, что нас так привлекают электронные планшеты, позволяющие наспех набросать какие-то каракули, а затем обратить их в ценную информацию, или беспроводные технологии, благодаря которым шаблонный образ журналиста, бегущего к телефонной будке, чтобы продиктовать последние новости, становится достоянием истории.

Считается аксиомой, что технологические новинки облегчают нашу жизнь. Но так ли это на самом деле? Каждый раз, когда я сталкиваюсь с новым устройством или новой технологией, у меня появляется желание найти человека, способного дать объективную оценку моему энтузиазму и разъяснить, насколько реалистична та или иная новая идея. В таких случаях я всегда звоню Полу Саффо, известному ученому-футурологу, директору некоммерческой исследовательской организации «Институт будущего» (Institute for the Future).

Саффо не просто один из наиболее прагматичных мыслителей нашей отрасли — он превосходно понимает роль так называемых «экосистем» в канале сбыта, а несколько лет назад одним из первых написал эссе о том, что Интернет не только не приведет к оттоку средств из канала, как пророчили тогда очень многие, а напротив, оживит практику партнерства. Добавлю еще, что несмотря на загруженность и насыщенный график поездок, Саффо всегда откликается на мои просьбы.

Однако по иронии судьбы мне понадобилось две недели, чтобы связаться с Саффо и взять у него интервью, хотя у меня есть устройство Treo компании Handspring, объединяющее в себе сотовый телефон и PDA, а у Саффо — система автоматической переадресации звонков и сообщений Wildfire.
Ниже приводятся отрывки нашей беседы о влиянии мобильных систем на бизнес и личные отношения между людьми, о том, почему важно заглядывать на 20 лет вперед.

CRN: Как вы считаете, технология меняет понятие мобильности?
Пол Саффо: Первый ответ на этот вопрос очевиден до тривиальности, но он верен, и его стоит дать.

Мы уже стали очевидцами того, как технологии обеспечили переход от места к пространству. Прежде работа была привязана к конкретному месту, теперь же работать можно где угодно. Но сама идея пространства отнюдь не умаляет значения физического местоположения в нем. Технологии изменили использование физического пространства, поэтому место стало важным как никогда прежде.

В действительности в ряде случаев рабочее место становится еще более значимым потому, что технология, используя возможности киберпространства, расширяет и дополняет понятие рабочего места, предоставляя нам еще более обширный выбор.

Раньше у вас не было выбора: если вы хотели работать, вы шли в офис. Но сегодня благодаря достижениям современной технологии вы, если захотите, можете работать дома. Но хотите ли вы этого? Хорошо ли это для вашей организации?

Хорошо ли это с точки зрения здравого смысла? Это очень важные вопросы.
Я помню, как 10—15 лет назад все хотели иметь ПО для групповой работы и мечтали о таком офисе, который мог бы работать в любое время и в любом месте. Но уже тогда я говорил, что получив такой офис, мы придем к тому, что у нас никогда не будет спасения от работы. Мои прогнозы оправдались, мы пришли именно к такому результату.

CRN: Какие устройства, созданные на базе современных технологий, вы всегда берете с собой?

П.С.: Бумагу и карандаш. Вторая вещь, которая всегда присутствует со мной, это пейджер. Правда, на второе место нужно было бы поставить PDA. Итак, бумага, карандаш, PDA, пейджер и сотовый телефон. Ноутбук будет гораздо дальше в этом ряду. Я пришел к выводу, что по крайней мере при моей работе носить с собой ноутбук нет смысла: он не столько приносит пользу, сколько создает неудобства.

CRN: Я была удивлена, когда вы поставили PDA впереди сотового телефона.

П.С.: Вы правы. Надо переменить порядок: бумага, карандаш, сотовый телефон, PDA, ноутбук. Теперь о ноутбуке. Дело в том, что в своих путешествиях чаще всего я отправляюсь за океан, причем, как правило, ненадолго. В поездках я очень занят, службы безопасности просто изводят меня, не последнюю роль играет вес багажа, поэтому я предпочитаю путешествовать налегке. На мой взгляд, ноутбуки пока еще очень тяжелы и работают слишком медленно, аккумуляторы в них никуда не годятся, а система фильтрации электронной почты слаба. Поэтому в поездке от ноутбука мало пользы. Я считаю, что все послания по электронной почте могут подождать моего возвращения из поездки.

CRN: А как вы объясните свой роман с Wildfire?

П.С.: Я бы не стал говорить здесь о чувствах. Это не роман. Но мне нравится, что Wildfire делает кое-что не очевидное для тех, кто звонит мне. Очень важно вот что: я никогда не отвечаю на звонок, если не знаю, кто звонит. Я пользуюсь системой Wildfire пять лет, и меня удивляет, что многие люди берут трубку, не имея понятия, с кем им предстоит говорить.

Поэтому система Wildfire очень удобна для меня: она позволяет мне устанавливать некий порядок в отношении входящих звонков. Кроме того, она удобна для людей, которые хотят связаться со мной, так как я много путешествую. Сегодня я в Кремниевой долине, а на следующей неделе могу оказаться в Женеве. Для моих клиентов это не важно: им достаточно знать только мой телефонный номер.

CRN: Если говорить о социальной или технической стороне развития мобильных систем, что бы вы отметили как самое важное?

П.С.: Самой сложной технической проблемой остается источник энергии. Аккумуляторные батареи — это просто беда. Сегодня усилия направлены на развитие технологии топливных элементов. Кое-какие достижения уже есть.

CRN: Смогут ли нанотехнология и использование новых материалов сократить расход энергии?

П.С.: На ближайшее время решением проблемы станут топливные элементы. По размеру они будут сопоставимы с батарейкой для сотового телефона. Эти изделия не могут быть очень маленькими, поскольку нужна достаточно большая площадь поверхности. Такие источники энергии нельзя назвать самым лучшим решением.
Многое зависит еще и от того, нужны ли будут в топливных элементах движущиеся части, например, потребуется ли маленький насос для подачи топлива или можно будет обойтись диффузией. Ответ пока не ясен. Если потребуется насос, то топливный элемент больше подойдет для ноутбуков, чем для сотовых телефонов.

CRN: В своих статьях вы высказывали мысль, что в итоге компьютеры уничтожат нас. Почему вы так думаете?

П.С.: Мы вводим электронных помощников в свою жизнь, а они, как писал в одном из своих эссе еще в 80-е годы старший технический консультант Hewlett-Packard Джоэл Бирнбаум, подобны лису из «Маленького принца» Сент-Экзюпери. Они сродни полудиким зверькам, которые приходят в нашу жизнь, и непонятно, можем ли мы зависеть от них, даже если на деле зависим.

CRN: Тогда как, по-вашему, мы можем хотя бы в мыслях избавиться от этой зависимости?

П.С.: В нашей жизни важнее всего те вещи, о существовании которых мы даже не задумываемся. Ноутбук — отнюдь не самая важная вещь в моей жизни. Сломайте его — я огорчусь, но смогу взять бумагу и ручку и продолжить работу. Отключите телефонную связь, и вы создадите мне неудобство. А если вы нарушите работу микроконтроллеров на электростанции и в результате будет отключено электричество, то у меня возникнут серьезные трудности. Мы даже не подозреваем о существовании тех компьютеров, которые для нас наиболее важны. Вспомните, когда вышел из строя телекоммуникационный спутник Galaxy 5, все сразу же столкнулись с невозможностью оплаты бензина на АЗС по своим карточкам. Вот это действительно можно отнести к важным проблемам.

Я не могу дать подробный ответ на этот вопрос, но в чем мы действительно нуждаемся, это в совершенно новом восприятии компьютеров. Психологически мы остались на уровне, характерном для 50-х годов. Для нас компьютер — это предмет, занимающий некое место в физическом пространстве; существуют какие-то категории, относящиеся к внутреннему миру компьютера, а что-то существует вне его.

CRN: Вы писали, что заглядывая в будущее, вам необходимо смотреть на то, что остается постоянным, а не на то, что меняется.

П.С.: Нужно помнить, что даже в эпоху быстрых перемен вещи, которые остаются неизменными, гораздо важнее тех, которые изменяются... Мы восхищаемся переменами, но их надо оценивать с правильных позиций. При составлении прогнозов мое внимание больше всего привлекают те вещи, которые не укладываются в привычные рамки. Я говорю себе: «Это ново. Это странно. Это не укладывается в привычные представления. Значит, это может быть важно и надо рассмотреть это внимательнее».

CRN: Как далеко нужно заглядывать?

П.С.: Заботьтесь о завтрашнем дне, но, заботясь о нем, вы поневоле будете думать и о долгосрочной перспективе. Вы будете думать, что произойдет через 10 или 20 лет, потому что понимание и осознание долгосрочных эффектов и перспектив поможет принимать более правильные решения сегодня. Поэтому следует думать о далеком будущем. Особенно это важно в периоды стремительных перемен, когда люди в большинстве своем не могут до конца осознать, что происходит.

Прогнозирование будущего развития заключается в определении возможностей и предполагаемых угроз, в осознании их воздействия и потенциальных последствий. При этом возможные исходы определяются теми событиями, которые происходят сегодня.

Версия для печати (без изображений)