Вступить во Всемирную торговую организацию (ВТО) Россия стремится уже достаточно давно, этот вопрос стоит в числе приоритетных задач нашей внешней политики. Предполагаемые сроки вхождения в ВТО переносились не раз. Несколько месяцев назад стало ясно, что и в 2005 г. России не удастся стать полноправным членом этой организации. Продолжаются непростые двусторонние переговоры, которые глава Минэкономразвития РФ Герман Греф надеется завершить до конца года. Но многие эксперты считают эти сроки нереальными, и на то есть веские основания. Недавно Греф «передвинул» ожидаемое вступление в ВТО на 2007 г., но вскоре поправился, заявив, что по оптимистичному сценарию это событие может произойти и в 2006 г.

ГАТТская история

ВТО как преемница Генерального соглашения по тарифам и торговле (ГАТТ) была создана для урегулирования проблем либерализации международной торговли в соответствии с соглашениями о снижении экспортных и импортных тарифов. Членство в ВТО предусматривает соблюдение определенного кодекса правил регулирования внешней торговли. В настоящее время в ВТО входят 148 стран, и то, что среди них до сих пор нет России, действительно выглядит странно (ведь членом этой международной организации является даже социалистическая Куба).

Советский Союз предпринял попытку стать членом ГАТТ, предшественника ВТО, еще на заре перестройки, в 1986 г. Тогда этому помешала жесткая позиция США, которые выступили категорически против, и даже статус наблюдателя при ГАТТ был получен СССР лишь в 1990 г. Впоследствии этот статус унаследовала Россия. Заявление о вступлении в ВТО наша страна подала в 1994 г. Более десяти лет назад начался этап многосторонних и двусторонних переговоров об условиях присоединения России к ВТО, который продолжается до сих пор.

Директор департамента торговых переговоров Минэкономразвития РФ Максим Медведков недавно заявил, что до присоединения к ВТО остались «месяцы, а не годы». К декабрю список стран, с которыми пока не удалось согласовать условия вхождения России в ВТО, сократился до шести — это США, Канада, Австралия, Колумбия, Филиппины и Швейцария. При этом американцы по традиции стремятся быть последними, кто завершает переговоры с претендентами.

«Камнями преткновения» в переговорах остаются вопросы, связанные в основном с условиями допуска на наш рынок зарубежных финансовых услуг, авиационной техники, сахара и мяса, а также ситуация с защитой интеллектуальной собственности. Кроме того, отдельные страны настаивают на снятии ограничений для иностранных компаний при проведении государственных закупок и тендеров (это могло бы негативно отразиться в том числе и на российском ИТ-бизнесе).

Возможно, проявятся и другие потенциальные проблемы, которые могут создать наши бывшие «братские республики». И дело здесь не столько в экономике, сколько в политике. К примеру, Грузия, с которой протокол о завершении двусторонних переговоров в рамках вступления России в ВТО был подписан еще в 2004 г., сейчас пытается выдвинуть новые требования — в частности о допуске своих таможенников и пограничников на пропускные пункты российско-грузинской границы в Абхазии.

Параллельно с нами вступить в ВТО торопится и Украина, и «финишную ленту» она может пересечь раньше России. По мнению министра финансов Алексея Кудрина, она активнее идет на уступки и готова присоединиться к ВТО даже на невыгодных для себя условиях. Если Украине таким образом удастся «пройти без очереди», то с ней, как с полноправным членом ВТО, нам также придется вести весьма непростые переговоры.

«А оно нам надо?»

Согласно данным опроса, проведенного ВЦИОМ в апреле 2005 г., всего лишь 16% россиян не имеют понятия о том, что такое ВТО. Почти половина респондентов (49%) относятся к ВТО скорее положительно, 16% — скорее отрицательно. По мнению 43% опрошенных, вступление в эту организацию соответствует интересам России, а 24% считают, что это идет с ними вразрез, каждый третий затрудняется с ответом. Стоит отметить, что за два года доля сторонников вхождения в ВТО сократилась более чем на четверть (в 2003 г. их было 60%), а доля противников удвоилась. Если переговорный процесс затянется, то к моменту присоединения к ВТО ее сторонники могут оказаться в меньшинстве.

Действительно, так ли уж нуждается Россия в ВТО? Даже многие приверженцы этой организации признают, что после вступления в нее России некоторые отрасли экономики страны могут оказаться в непростом положении и не выдержать внешней конкуренции.

«Для тех секторов экономики, которые поддерживаются государством, вступление в ВТО создаст дополнительные проблемы и, возможно, даже поставит вопрос о выживании в новых рыночных условиях», — считает президент компании Merlion Алексей Сонк. С ним согласны и другие эксперты. По их мнению, очевидным минусом вступления в ВТО станет серьезное сужение возможностей защиты внутреннего рынка товаров и услуг от иностранной конкуренции. В условиях неравенства российской и западной экономик это может оставить российские предприятия один на один с зарубежными индустриальными гигантами, обладающими значительно большей финансовой мощью.

«Нельзя вступать в ВТО «любой ценой», идя на поводу у западных стран», — убеждена Наталья Касперская, генеральный директор «Лаборатории Касперского». По ее мнению, в любом случае присоединение к ВТО отрицательно повлияет на предпринимательский климат, а неизбежный приход крупных иностранных корпораций может привести к массовому вымиранию российских фирм сектора СМБ.

«Приход глобальных компаний и финансов значительно ослабит незрелые экономические образования, находящиеся, к тому же, под прессом высоких налогов, которые не дают возможности для развития. Может, сначала дать экономике подняться? Государство может создать условия для этого благодаря высоким мировым ценам на нефть», — рассуждает Максим Сорокин, президент компании OCS. Однако у государства, похоже, другие приоритеты — помимо традиционного укрепления «вертикали власти» и дальнейшей накачки стабилизационного фонда, принято решение о финансировании нескольких масштабных «национальных проектов».

Без вступления в ВТО Россия практически лишена возможности влиять на выработку правил мировой торговли. А это, по мнению многих экспертов, грозит опасностью дальнейшего развития «голландской болезни» и полного превращения России в «сырьевой придаток».

В качестве одного из наиболее «жирных плюсов» вступления в ВТО многие называют потенциальное «повышение прозрачности» российской экономики. Ее зависимость от экспорта нефти и газа на фоне разгула коррупции привела к тому, что в очередном рейтинге экономической свободы, опубликованном осенью 2005 г. авторитетным исследовательским институтом Fraser, Россия опустилась на 115-е место (из 127 возможных). Это «почетное» место мы делим с двумя африканскими государствами — Руандой и Того (кстати, членами ВТО).

Интеграция России в мировую экономику, по идее, должна чувствительно ударить по коррумпированным чиновникам и представителям «серого» бизнеса.

«Государство будет вынуждено принять ряд мер, которые приведут к снижению коррупции», — такое мнение высказал президент НКК Александр Калинин, выступая на круглом столе «Российский рынок информационных технологий и вступление России в ВТО». С ним соглашается директор компании «К-Системс» Эдуард Воронецкий: «Российская экономика станет более подвержена влиянию европейских стандартов общения государства и бизнеса. Возможно, близость к власти некоторых компаний перестанет быть их конкурентным преимуществом — побеждать начнут предприятия, которые более профессиональны, креативны и способны собственными силами привлекать инвестиции». Если это действительно произойдет, хочется все же верить, что «победителями» окажутся именно российские предприятия...

Но не все согласны с тем, что интеграция в мировую экономику позволит одолеть коррупцию. «Вступлением в ВТО, Евросоюз или в НАТО ее не искоренишь и не одолеешь», — убежден руководитель одной из ИТ-компаний. Что ж, поживем — увидим...

Пожалуй, одним из наиболее серьезных аргументов за присоединение к ВТО можно считать тот факт, что за все время существования этой организации ни одна из вступивших в нее стран ни разу даже не ставила вопроса о своем выходе.

Тем не менее дискуссии о целесообразности вступления в ВТО не стихают до сих пор. Даже несмотря на то, что этот принципиальный вопрос уже давно решен на уровне высшего политического руководства, которое трезво оценивает реальные последствия этого шага. Так, еще в 2002 г. в ежегодном послании Федеральному собранию Владимир Путин, в частности, сказал: «ВТО — не абсолютное зло и не абсолютное добро. И не награда за хорошее поведение. ВТО — это инструмент. Тот, кто умеет им пользоваться, становится сильнее. Кто не умеет или не хочет научиться, предпочитает сидеть за частоколом протекционистских квот, пошлин, — обречен. Стратегически обречен».

Уроки китайского

По мнению некоторых экспертов, именно вхождению в ВТО Китай во многом обязан своим «экономическим чудом». Заявка на вступление была подана Китаем еще в 1988 г., но членом этой организации страна смогла стать лишь в конце 2001 г. При этом, как отмечают аналитики, власти Китая были вынуждены согласиться на навязываемые им поистине «драконовские» условия присоединения к ВТО. Но, взяв на себя эти непростые обязательства, страна смогла отлично подготовиться к их выполнению. В первую очередь — за счет создания благоприятных условий для привлечения иностранных инвестиций. К примеру, перед тем, как были существенно снижены пошлины на ввоз иномарок, что являлось одним из требований для вступления в ВТО, на территории Китая было построено восемь крупных заводов по сборке автомобилей. А для того чтобы китайская продукция стала конкурентоспособной на Западе, власти страны обучили и аттестовали в Европе и США тысячи госслужащих и специалистов по освоению международных стандартов качества ISO.

«Китай смог избежать негативных последствий вступления в ВТО и максимально использовать для развития экономики потенциальные возможности членства в этой организации», — считает Наталья Касперская.

Результаты действительно впечатляют — если в 2001 г. объем китайского экспорта вырос на 7%, то уже на следующий год после вступления в ВТО он увеличился на 22%, а в 2003 и 2004 гг. динамика роста составила 35%. В прошлом году Китай занял третье место в мире по объему экспорта, потеснив Японию. В частности, как явствует из только что опубликованных данных Организации экономического сотрудничества и развития, в 2004 г. объем китайского экспорта в сфере информационных и телекоммуникационных технологий вырос на 46% по сравнению с предшествующим годом и достиг 180 млрд. долл., тем самым Китай впервые и сразу существенно опередил по этому показателю США (соответственно 149 млрд. долл. и рост на 12%).

Вместе с тем, как отмечают скептики, членство в ВТО не всегда приносит положительный результат. К примеру, Киргизия, вступившая туда еще в 1998 г., так и не смогла извлечь от этого ощутимых экономических выгод. Напротив, еще до «тюльпановой революции» ее экспорт постоянно уменьшался, сокращался ВВП, а объем иностранных инвестиций снизился в несколько раз. Примерно такая же ситуация наблюдается и в Молдавии, Грузии и некоторых других странах СНГ, уже вступивших в ВТО.

Счастье — в заказчике

В принципе, сам вопрос о том, как отразится присоединение к ВТО на различных отраслях российской экономики, в частности на ИТ-рынке, вряд ли можно считать корректным до тех пор, пока окончательно не станет ясно, к какому компромиссу придут договаривающиеся стороны и на какие уступки готовы пойти наши переговорщики. Еще сложнее прогнозировать, как этот шаг в ближайшей и среднесрочной перспективе повлияет на платежеспособный потребительский спрос.

Перспективы ИТ-рынка во многом будут определяться тем, как присоединение к ВТО отразится на бизнесе клиентов ИТ-компаний, и ситуация будет разной в зависимости от того, к какой отрасли принадлежат заказчики. Тем из них, кто может существенно пострадать, наверное, будет уже «не до ИТ».

«Вступление в ВТО по-разному повлияет на различные отрасли экономики. Результат сильно зависит от того, каковы будут финальные договоренности», — считает генеральный директор компании IBS Сергей Мацоцкий. Но в целом на развитие ИТ-рынка, по его мнению, это событие, скорее всего, окажет позитивное влияние.

Многие российские экономисты, мягко говоря, скептически отнеслись к прогнозам экспертов Всемирного банка о том, что вступление в ВТО уже через четыре года может принести нашей экономике «лишние» 64 млрд. долл. Российские аналитики оценивают потенциальные выгоды более скромно. Так, по мнению экспертов Высшей школы экономики (ВШЭ), годовой доход металлургов, химиков и других производителей, поставка продукции которых в зарубежные страны сегодня сдерживается протекционистскими пошлинами, после присоединения к ВТО вырастет на 2,3 млрд. долл. Вместе с тем от конкуренции с иностранцами на внутреннем рынке могут пострадать авиапром, предприятия медицинской, деревообрабатывающей и целлюлозно-бумажной отраслей.

Станет ли в новых экономических условиях развитие ИТ-инфраструктуры одним из «условий выживания»? «Внедрение современных ИТ-решений может стать для многих российских предприятий критически важным в том случае, если вступление России в ВТО повлечет за собой выход этих предприятий на открытый конкурентный рынок, который требует высокой эффективности деятельности, строгого соответствия международным стандартам ведения бизнеса и т. д.», — считает Сергей Мацоцкий.

Максим Сорокин уверен, что присоединение к ВТО здесь не причем: «ИТ-решения — это ресурс конкурентоспособности компании на любом свободном рынке. Если бизнес-процессы плохо организованы и применение автоматизации для эффективной работы производства (чего угодно — стального проката, молочных продуктов или юридических услуг) неочевидно для руководства компании, то такая фирма вряд ли сможет выжить и развиваться в долгосрочной перспективе». Вместе с тем, по его мнению, вступление в ВТО, безусловно, обострит конкуренцию.

Роберт Фариш, вице-президент и региональный директор IDC по России и СНГ, убежден, что во многих отраслях российской экономики до сих пор не работают рыночные механизмы: «ИТ здесь пока не является движущей силой конкуренции, и ничто не заставляет организации быть конкурентоспособнее. С моей точки зрения, любой самый маленький шаг в этом направлении будет способствовать развитию ИТ в России».

Все флаги в гости... К нам?

Стоит ли после вступления России в ВТО ожидать экспансии на наш рынок иностранных ИТ-компаний? И смогут ли конкурировать с ними российские фирмы?

Роберт Фариш не уверен, что зарубежные игроки в ближайшее время предпримут активные попытки завоевания нашего рынка: «Проблема в том, что сейчас недостаточно условий даже для развития небольших российских ИТ-фирм. Только когда рынок станет более привлекательным для местных игроков, на него ринутся и зарубежные компании».

Если это произойдет, то, по мнению Натальи Касперской, в первую очередь могут пострадать отечественные дистрибьюторы и системные интеграторы: «В выигрышной ситуации окажутся те, у кого больше денег и опыта».

Между тем многие игроки смотрят в будущее с осторожным оптимизмом. «Вряд ли западные дистрибьюторы смогут радикально изменить структуру российского рынка. Скорее всего, они попытаются купить ключевые российские компании, нежели будут осваивать рынок с нуля», — считает Алексей Сонк.

По мнению Сергея Мацоцкого, ожидать наступления на российский рынок зарубежных дистрибьюторов не стоит, а если они и придут, никаких особенных изменений не произойдет. Он считает, что нынешнюю расстановку сил на ИТ-рынке скорее может изменить приход западных интеграторов и сервис-провайдеров. «Но это перспектива не самого ближайшего будущего, так как для полной адаптации и начала продуктивной деятельности на российском рынке им потребуется немало времени», — уверен Сергей Мацоцкий.

После вступления в ВТО таможенные пошлины на ввоз в Россию компьютерного оборудования и комплектующих начнут снижаться, а через три года будут и вовсе отменены. Теоретически это может привести к снижению цен на ПК (как иностранных, так и российской сборки) и росту спроса на эти товары.

Однако похоже, что в ближайшее время ситуация может развиваться «с точностью до наоборот». В преддверии вступления в ВТО власти предпринимают активные действия по наведению порядка на таможне. По словам руководителя службы общественных связей РАТЭК (Ассоциация торговых компаний и товаропроизводителей электробытовой и компьютерной техники) Антона Гуськова, сейчас в Россию ввозится легально лишь 10—12% комплектующих и около 25% ноутбуков. Если предпринимаемыми административными мерами действительно удастся «обелить» компьютерный рынок, то размеры таможенных платежей значительно возрастут, что скажется и на цене этих товаров.

В перспективе от отмены таможенных пошлин, по идее, в более выигрышном положении должны оказаться зарубежные производители ПК — ведь на сегодня пошлины на готовую продукцию выше, чем на комплектующие. Однако российские сборщики не склонны драматизировать ситуацию.

На рынке распространено мнение, что российские производители ПК окажутся в сложном положении и не сумеют долгое время выдерживать ценовое давление со стороны своих иностранных конкурентов. Однако конкуренция на рынке не сводится исключительно к соревнованию по цене. Важную роль играют такие факторы, как сроки поставки техники, охват и качество сервисной сети, возможность оперативной модификации продуктов согласно требованиям заказчика и т. п.

Даст ли вступление в ВТО дополнительный импульс для активизации работы российских ИТ-компаний на внешних рынках?
Большинство российских ИТ-производителей не готовы инвестировать значительные ресурсы в освоение внешних рынков, да в этом и нет большой необходимости — потенциал рынка стран СНГ еще не исчерпан, но ИТ-фирмы, занимающиеся разработкой ПО, могут и сегодня успешно конкурировать с зарубежными компаниями.

К примеру, около 70% оборота «Лаборатории Касперского» приходится на зарубежные рынки. «Если, допустим, во Франции у нас есть успешный опыт внедрений и сильные партнеры, то никто из потенциальных покупателей не будет выяснять, в какой из стран были разработаны эти продукты и состоит ли она в ВТО», — считает Наталья Касперская.

С этим согласен и Роберт Фариш: «На мой взгляд, вступление России в ВТО — не самый важный фактор увеличения экспорта ИТ-продукции. Для российских поставщиков важнее наработать опыт и приобрести более глубокое понимание потребностей зарубежных клиентов. И это, думаю, лишь вопрос времени».

Версия для печати (без изображений)