Инвестиционная лихорадка 1998—2001 гг., известная как «бум дот-комов», ассоциируется, в первую очередь, с крахом Интернет-компаний. Но такое представление — предельно упрощенное. В последнее время в печати все чаще стали появляться прогнозы о том, что новый «онлайновый бум» не за горами, и на кого-то вот-вот прольется «золотой дождь». Другим достанутся обесценившиеся акции и долги. Действительно, аналогии с ситуацией конца 90-х годов просматриваются.

Когда в 1995 г. компания Netscape Communications разместила акции на бирже, цена ее бумаг стремительно пошла вверх. Успех Netscape, развитие Интернета и связанные с ним надежды подхлестнули активность инвесторов, привели вначале к быстрому росту стоимости акций технологических, в первую очередь — Интернет-компаний, а затем к резкому падению цен на них.

Выход на IPO компании Google в 2004 г. тоже оказался весьма удачным. Прибыль по итогам III квартала 2005 г. выросла по сравнению с тем же периодом прошлого года более чем в семь раз, оборот за квартал почти удвоился, стоимость акции в ноябре превысила 400 долл. (при первичном размещении она составляла 85 долл.).

Успех Google заставил многих забыть неприятности и потери прошлого и вновь начать вкладывать средства в высокотехнологичные компании. Правда, столь быстрый рост капитализации фирмы (а она уже стоит больше, чем Time Warner, Coca-Cola или Cisco Systems) вызывает некоторое смущение: стоит ли за такой ценой акций реальный и адекватный бизнес? Так как потери 2002 г. были в основном связаны именно с переоценкой акций фирм, часто даже не ставших прибыльными и не имевших востребованного рынком продукта, опасения понятны. По мнению некоторых аналитиков, акции Google должны стоить вдвое дешевле, чтобы отражать реальную ценность компании. Но всем понятно, что при таком быстром росте можно успеть многократно умножить свои вложения, прежде чем цены упадут, поэтому желающих играть на повышение достаточно. Так было и в конце 90-х.

Традиционная схема развития высокотехнологичного бизнеса в США известна: талантливый основатель фирмы предлагает рынку нечто очень востребованное, получает «ангельские» деньги, затем венчурные инвестиции. Компания становится публичной и/или продается стратегическому инвестору. После IPO играть на изменении курса акций могут все желающие. Чем кончается дело, когда всех участников процесса охватывает азарт игры на повышение, хорошо известно, и не только из истории ИТ-индустрии. Конечно, ничто не мешает любой фирме оставаться частной сколь угодно долго, но венчурные капиталисты получают доход и окупают свои риски либо за счет вывода компании на IPO, либо за счет ее продажи. Поэтому в их интересах вести дело так, чтобы после акционирования стоимость бумаг росла. В возникновении и крахе дот-комов венчурные фонды сыграли значительную роль, поэтому прогнозы грядущего бума во многом основываются на анализе активности венчурных капиталистов.

Стоит напомнить, что в конце 90-х события развивались не так уж и быстро. Компании PricewaterhouseCoopers, Thomson Venture Economics и National Venture Capital Association с 1995 г. анализируют венчурные инвестиции в экономику США и выпускают ежеквартальный отчет MoneyTree Survey («Денежное дерево» — явный намек на инвестиционную стратегию Пиноккио в Стране дураков). По этим данным видно, что прошло три года, прежде чем вложения в разработку ПО и ИТ-сервисы (к которым в этом исследовании отнесены бизнесы, предоставляющие онлайновые услуги) стали прирастать от квартала к кварталу на 30% и более.

Хотя успех Google и прибыли ее инвесторов приковывают всеобщее внимание, одна компания все же не делает бума. Строго говоря, его пока и нет, поскольку главный индикатор инвестиционного бума — биржевой индекс NASDAQ — заметных изменений не претерпевает и находится на достаточно низком по сравнению с бумом 2000 г. уровне (был около 5000, сейчас примерно 2200).

Но когда он начнет быстро расти, будет уже поздно вкладывать деньги, поэтому важно своевременно отследить рост активности венчурных фондов. Пока ни общий объем инвестиций, ни число сделок, ни средний их размер резко не меняются, а только медленно, но устойчиво растут. По данным MoneyTree Survey за 9 месяцев 2005 г., венчурные инвестиции достались 714 компаниям и составили 16,3 млрд. долл.; за тот же период 2004 г. было вложено 15,9 млрд. долл. Наиболее привлекательным сектором остаются «науки о жизни», включая биотехнологии и медицинское оборудование, на их долю приходится 26% всех вложений. За III квартал 2005 г. во все отрасли было инвестировано 5,3 млрд. долл. При этом телекоммуникационные компании привлекли 984 млн. долл., поставщики ПО — 1 млрд. долл. (причем этот сектор дал наибольшее число сделок — 185), а 34 компании, занятые сетевыми технологиями, получили 339 млн. долл. Примечательно, что по сравнению со II кварталом во всех этих секторах отмечен небольшой спад, для сетевых фирм — заметный, примерно на четверть объема инвестиций. Вложения в остальные секторы остались практически на уровне прошлого года.

Однако беспокойство нарастает. Венчурные инвесторы из числа средних и мелких сообщают, что за право вложить деньги в высокотехнологичные стартапы разворачивается острая борьба, чего не было год-два назад. Начинающие компании выбирают лучшие предложения из множества возможных, а те, кто не готов рискнуть достаточно большими деньгами, вынуждены отступаться и искать все новых гениальных юношей с «безумными» идеями.

Пусть и незначительно, на несколько процентов в квартал, но растут вложения «на поздних стадиях» — в компании со сложившимся бизнесом. Их владельцы начинают предъявлять к инвесторам неоправданно высокие требования. Эта ситуация напоминает начало бума дот-комов. Инвесторы с именем и успешным портфелем активно оперируют крупными суммами, аккумулируют средства, которые исчисляются сотнями миллионов долларов, возникают новые фонды, располагающие каждый по крайней мере сотней миллионов, причем даже в регионах, где их никогда не было много, — в штате Нью-Йорк, например. Аккумуляция капитала позволяет фонду делать более крупные вложения и получать в итоге более заметный выигрыш.

Кремниевая долина остается наиболее привлекательным регионом для венчурных капиталистов, сразу за ней следует Новая Англия. Вместе с Юго-Востоком США эти три региона аккумулируют 60% всех инвестиций и 51% сделок. Некоторые аналитики полагают, что отдельные направления бизнеса, в частности мобильные игры, локальный поиск, уже «перегреты». Для сектора разработки ПО ситуация по основным показателям очень близка к I кварталу 1998 г. Что, видимо, и заставляет всех заинтересованных так волноваться: а вдруг совсем скоро опять начнется безумный рост?

Чередование спадов и подъемов — естественное свойство биржевой игры и рынка венчурных инвестиций. Раз был спад и начался устойчивый подъем, что это может означать? Весьма показательно и поведение инвесторов — они «бегают стадами» и ориентируются на «вожаков». А крупнейшие венчурные фонды вновь проявляют заметный интерес именно к ИТ-компаниям, причем к определенным их типам.

Одно из направлений, к которому сегодня приковано внимание, — «цифровой дом». Каждый тип контента — фото, видео, музыка — здесь оцифрован, все электронные устройства взаимодействуют как между собой, так и с общим управляющим центром. В результате мобильные телефоны транслируют телепрограммы, КПК хранят семейные фотоальбомы, а с помощью телевизора удобно путешествовать по Сети. Стиральные машины, кухонная техника и кондиционеры тоже знают, что им делать.

Начало инвестициям в эту сферу положила, конечно, Intel, создав в январе 2004 г. специальный фонд для привлечения средств в связанные с «цифровым домом» проекты. С тех пор из этих средств были проинвестированы 19 компаний. К Intel вскоре присоединились Sequioa Capital и другие гранды венчурного рынка, а также инвестиционные подразделения Samsung, Motorola, Cisco Systems и других крупных вендоров. Потенциальный рынок цифровых домашних устройств и сервисов — десятки миллионов семей, что наверняка больше рынка корпоративного. Даже если абонентская плата за какую-то услугу составит всего несколько долларов в месяц, на этом можно построить бизнес, который осчастливит даже самого амбициозного венчурного инвестора. Кроме того, цифровые устройства генерируют терабайты пользовательского контента, который нужно хранить и защищать и которым нужно управлять, что инициирует создание новых типов оборудования и ПО.

Надо отметить, что ставка на цифровую потребительскую электронику и связанные с нею сервисы базируется на уже достигнутом высоком уровне проникновения широкополосных Интернет-соединений в жилища американцев, образовательные и медицинские учреждения.

Широкое распространение ПК и Интернета возрождает интерес к еще одной, печально известной во времена онлайнового бума области: продажам через Сеть и разного рода сервисам общения. Тогда, пять лет назад, Интернет-пользователей было значительно меньше, модели онлайновых продаж и сетевые сообщества только начинали складываться, а те, кто вкладывал в эти бизнесы средства, очень приблизительно представляли себе, как именно зарабатываются деньги в этой сфере. Сейчас ситуация изменилась, считают многие инвесторы. И понимания, и опыта, и самих покупателей стало значительно больше, поэтому имеет смысл вновь обратить внимание на потребительский сегмент Сети.

И обращают. Сайт RazorGator.com, продающий билеты на культурные и спортивные представления, куда «все билеты уже проданы», получил 26 млн. долл. в мае 2005 г. от одного из крупнейших венчурных фондов — Kleiner Perkins Caulfield & Buers.
Много шума вызвала сделка в 12,7 млн. долл. между фондом Accel Ventures и компанией Facebook, поддерживающей онлайновый сервис с тем же именем. Марк Зукерберг, 20-летний студент Гарварда, летом 2004 г. решил сделать для своих друзей по кампусу онлайновый ресурс, где каждый мог бы рассказать о себе, об интересных событиях и просто пообщаться. Через две недели приложение и сайт были готовы. Через полгода он получил «ангельские» деньги — полмиллиона долларов — на покупку серверов и расширение деятельности. К осени 2005 г. аудитория Facebook превысила 8 млн. человек, в число которых входит более 45% студентов колледжей США. Ежедневно регистрируются 20 тыс. новых пользователей. В компании чуть больше 40 сотрудников, большая часть — друзья Марка по университету, основной доход дает реклама. Accel Ventures в лице управляющего партнера Джима Бреера, весьма авторитетного венчурного капиталиста, высоко оценивает перспективы Facebook и, по слухам, собирается со временем вложить в компанию еще 100 млн. долл.

Поневоле вспоминается триумфальное появление Марка Андрессена в Кремниевой долине на волне успеха Netscape. Да и сам Андрессен после нескольких лет пребывания «вдали от света» вновь представляет нетривиальный технологический проект Ning (октябрь 2005 г.). Это онлайновая площадка для разработки PHP-приложений. Пользователи могут не только создавать собственный код и запускать приложения, но и «клонировать» проекты, обмениваться ими с коллегами и общаться. Сервис бесплатен для всех, а бизнес-модель предусматривает получение доходов от рекламы, оказание консалтинговых услуг, посреднические услуги для тех, кто хочет свои программы продавать через Сеть. Сервис пока находится в стадии тестирования. Ning — один из примеров social networking, то есть создания ПО в сообществах и его продажи без лицензий.

После значительных финансовых потерь, которые понесли не только венчурные капиталисты, но и инвесторы самого разного уровня, преимущественно частные, бум дот-комов был многократно проанализирован. Не раз и не два звучали выводы, что не нужно поддаваться всеобщей необоснованной эйфории, вкладывая деньги в компании, цена акций которых не соответствует стоимости их бизнеса. Более того, неприбыльные компании вообще нежелательно выводить на биржу.

Известно, что фирма, занятая реальным бизнесом и намеревающаяся вести его долго и устойчиво развиваться, не может «переварить» сразу большой объем инвестиций. Получение более 20—30 млн. долл. до выхода на прибыльность для молодой фирмы опасно. Если владельцы или менеджеры пытаются в короткие сроки и на ранних стадиях развития бизнеса привлечь больше денег, возникает подозрение, что они просто собираются сыграть на повышении, а реалистичных бизнес-планов у них нет. Но вот будут ли эти выводы приняты во внимание, если вновь начнется быстрый рост стоимости акций Интернет-компаний, далеко не факт.

Версия для печати (без изображений)