За последние два года только ленивый не рассуждал об уроках кризиса — сначала эксперты пытались оценить «размеры бедствия», потом — возможности и сроки восстановления рынка. В какой-то момент возникла эйфория — мол, кризис преодолен, мировая экономика восстанавливается, с ней восстановимся и мы, в том числе и ИТ-сектор. Однако сейчас у экономистов остается все меньше иллюзий — даже такие сторонники теории окончания кризиса, как министр финансов Алексей Кудрин, вынуждены признать, что проблемы как в мировом, так и европейском масштабе никуда не делись и лишь перешли в затяжную фазу.

В любом случае, ждет ли нас некоторый «отскок» в течение нескольких лет или Россию раньше затронет потенциальная вторая волна кризиса (а скорее затяжной мировой рецессии), безудержный рост докризисных 2000-х не повторится. А потому вопросы выбора стратегии работы на, как минимум, не растущем, а то и сокращающемся рынке еще долго будут актуальными.

В то же время повода для пессимизма, казалось бы, нет — в отличие от многих других стран в российских регионах еще имеется большой потенциал даже первичной информатизации, а представить себе жизнь современных предприятий и населения без ИТ уже совершенно невозможно, при любой экономической ситуации. К тому же сейчас стартуют объявленные руководством России программы модернизации и новой индустриализации — получится что-то или нет, никто не знает, но важная роль ИТ в этих начинаниях очевидна.

Для региональных компаний все это означает, что, с одной стороны, возможности для выживания и развития есть, а с другой — далеко не всех ждет безоблачная перспектива.

Принудительная оптимизация

Каким видится нынешний ИТ-пейзаж ИТ-компаниям, в значительной мере зависит от региона и сферы деятельности. Точки зрения порой противоположные — кто-то видит признаки оживления рынка, кто-то, наоборот, считает, что сгущаются тучи нового спада.

«Кризис не кончился, а перешел в затяжную фазу. Причем это касается не только компьютерной отрасли, — говорит Виктор Матвеев, генеральный директор компании „ГЕОС“ (Самара). — Хорошо дела идут только у нефтяников, энергетиков и чиновников, а также у аффилированных с ними компаний. У других, особенно у малого бизнеса, настроение крайне пессимистическое, что отражается на инвестициях в ИТ, поэтому восстановление рынков идет медленно. Общий вывод — у населения мало денег. Кредиты тоже резко сократились, видимо, у покупателей или есть более насущные потребности, чем цифровая техника, или они просто расплачиваются за уже взятые кредиты, или не хотят в условиях неопределенности брать на себя дополнительную финансовую нагрузку». Но, по его словам, даже на этом фоне увеличилась доля ноутбуков и аксессуаров к ним за счет снижения доли ПК, которые приобретает в основном корпоратив.

«У меня есть ощущение, что ситуация идет к „предкризисной“, если уже не стала таковой. Есть некоторые наблюдения и предчувствия, что снова начинается или близка консервация», — сказал нам еще один руководитель компании из Поволжья.

«Кризис, как и положено кризису, добил и без того умирающие компании, освободил неэффективно использующиеся ресурсы и вернул их на рынок, — говорит о своем регионе Виктор Шебалин, генеральный директор компании „Клосс Сервисез Корпорейшн“ (Екатеринбург). — Там, где кризис создал „плохие долги“, и ситуация осталась замороженной: развития нет, соответственно и спроса на ИТ-продукты и услуги тоже. Поскольку в такой ситуации находится пока существенная часть промышленности, то корпоративный рынок после кризиса восстанавливается очень медленно. Хотя в последнее время здесь заметно оживление, в основном в сегменте средних компаний. В связи с сокращениями федерального госбюджета госзакупки по-прежнему стагнируют. Зато розничные продажи уже давно вернулись на докризисный уровень».

По словам Сергея Павлова, директора компании «Магнетософт» (Сыктывкар), хотя потребности заказчиков практически не изменились, в частности им по-прежнему нужны решения для создания электронного архива и внедрения документооборота, они выделяют меньше средств на ИТ-проекты, долго торгуются, очень медленно принимают решения. «Восстановление, если оно вообще имеет место, идет очень медленно», — говорит он.

В регионах, где общая экономическая ситуация сейчас благоприятная, ИТ-компании чувствуют себя более уверенно.

«По проводимым конкурсам, по выбираемым решениям видно, что деньги у правительства области и предприятий есть. И объем закупок вернулся на докризисный, если не превзошел его, — рассказывает Сергей Трубкин, генеральный директор компании NetSL (Мурманск). — При этом качество приобретаемых решений выросло. Повысились квалификационные требования к подрядчикам: свидетельства СРО, техника безопасности, сертификаты и т. д. Возможно, на оживление рынка повлияли запуск нескольких больших проектов в области и приход новых крупных компания („Северо-Западная фосфорная“, „Газпром“ и др.)».

«Сейчас наш ИТ-рынок — как человек, который только что вышел из комы и пытается восстановить свои жизненные функции. Если есть силы, то появится положительный результат, — говорит Юлия Конюшко, директор по маркетингу компании „КРИС“ (Красноярск). — Спрос на ИТ-продукты растет, востребованы строительство ЦОДов, серверные решения, инфраструктурное ПО. Для компаний с развитой сетью филиалов актуальны такие проекты, как построение систем видеоконференцсвязи, перспективным продуктом считаем информационную безопасность».

По словам Альберта Лопянскиса, директора компании «БалтикСтайл» (Калининград), в его регионе ситуация от докризисной отличается только меньшим объемом рынка, а принципиальных изменений в действиях корпоративных заказчиков не произошло. «Среди предложений на рынке появилось большее количество подделок. Мы это замечаем на рынках СКС, серверного и сетевого оборудования. Это связано с низкой квалификацией специалистов как у некоторых поставщиков, так и у ряда заказчиков», — отмечает он.

Ирина Шевцова, генеральный директор группы компаний «Форус» (Иркутск), считает, что, поскольку компании были вынуждены сокращать затраты на сопровождение инфраструктуры и закупку ПО, это дало мощный толчок для развития решений, связанных с веб-сервисами и аутсорсингом услуг. «Так, усилился тренд перехода от традиционных к облачным решениям, повысилась популярность аутсорсинга бухгалтерских и ИТ-услуг, удаленного сопровождения. В период кризиса мы активно развивали эти направления в своей компании», — рассказывает она. При этом, например, на продукты по сдаче отчетности через Интернет кризис не повлиял, так как требования государства по сдаче отчетности по каналам связи для предприятий с численностью более 100 человек никто не отменял. Кроме того, эту услугу нельзя назвать дорогой, поэтому на ней не экономили.

В целом все отмечают, что заказчики продолжают более скрупулезно рассчитывать рентабельность и целесообразность внедрения ИТ-решений. «Есть ощущение, что происходит сокращение объемов закупок серьезного „железа“. С другой стороны, наблюдается небольшой рост продаж решений по информационной безопасности», — говорит Максим Батянов, генеральный директор компании «Вебзавод» (Самара).

На изменение структуры спроса указывает и Феликс Маркман, генеральный директор компании «АБАК» (Казань). В корпоративном сегменте рынка ИТ республиканские предприятия и организации искали те решения, которые повышали бы эффективность работы. Поскольку основным аргументом стал срок окупаемости проекта, руководители организаций отказывались от внедрения масштабных систем управления и сложных инфраструктур. «В связи с этим спрос получили проекты, позволявшие увидеть результаты в самые короткие сроки, например относительно недорогие системы автоматизации процессов по работе с клиентами, вместо внедрения ERP-систем, охватывающих предприятие целиком. Организации уменьшили закупки ИТ-оборудования и начали думать о повышении эффективности купленного ранее, о его интеграции с различными приложениями», — говорит он. У рядовых потребителей также отмечалось падение спроса на компьютеры и цифровую технику в связи с ростом безработицы, финансовой нестабильностью, ростом цен на фоне падения рубля.

В целом многим предприятиям пришлось отказаться от стратегии роста, а значит, расширения ИТ-инфраструктуры, и перейти к стратегии оптимизации. «Кризис вынудил более критично взглянуть на вопросы окупаемости и экономической целесообразности проектов. Клиенты отказались от „ИТ-долгостроя“ и проектов, эффективность которых сегодня оказалась под сомнением», — говорит Елена Филимонова, руководитель отдела маркетинга «НТЦ Галэкс» (Барнаул). Вместо «глобальных и имиджевых» решений заказчикам стали нужны, возможно, менее масштабные, но быстро реализуемые с видимым результатом.

Диверсификация и специализация

Региональные ИТ-компании даже и без кризиса уже достаточно давно столкнулись с тем, что их конкурентами в регионе становятся не только местные, но и федеральные игроки. Поэтому поиском своей ниши, укреплением сильных сторон наиболее дальновидные их них занимались все последние годы.

«Перераспределение локальных рынков в пользу федеральных игроков фактически прошло до кризиса, — говорит Виктор Шебалин. — Торговые сети должны были поставить в свою матрицу ИТ-товар, как во всем мире, это был вопрос времени и эффективности управления запасами. Но торговые сети нигде в мире не занимают больше 50% розничного ИТ-рынка, и есть еще специализированые предприятия торговли, интернет- и франчайзинговые магазины, участники закупочных кооперативов. Кроме розничного ИТ-рынка есть еще примерно такой же по объему рынок СМБ, корпоративный и госзакупок. Поэтому нельзя сказать, что в целом федеральные компании развиваются сейчас в регионах существенно быстрее рынка. Даже в Московском регионе есть множество успешных локальных игроков».

Хотя кризисное падение рынков примерно в равной степени задело и региональные, и федеральные компании, именно в кризис возможность занять большую долю рынка есть у более сильных его участников. И тут, конечно, «козыри» оказались у крупных федеральных компаний. «В кризис с нашего рынка ушло несколько больших и множество мелких компаний. Их долю в значительной степени заняли филиалы московских», — говорит Виктор Матвеев.

Плюсом «регионалов» в сложной ситуации оказалась их гибкость, возможность быстрее реагировать на требования заказчиков. «Наш рынок и после кризиса продолжает оставаться привлекательным — в Татарстане появляется все больше проектов, выполненных федеральными компаниями, и многие крупные заказы зачастую уходят к ним, — рассказывает Феликс Маркман. — Но у регионального системного интегратора есть свое преимущество: он находится ближе к заказчику и может оказывать дополнительные услуги, например сервисные, уже после завершения проекта».

«Фокус на сервисную поддержку и профессиональный консалтинг проектов всегда востребован у корпоратива, — подтверждает Дамир Гибадуллин, директор по развитию и маркетингу компании „КОСС Плюс“ (Самара). — Прибавьте к этому отработанные бизнес-процессы поставок, удобные и гибкие финансовые схемы, и вы получите ежегодный прирост оборота компании, несмотря на снижение суммы в среднем чеке. Просто количество счетов/накладных увеличилось».

Присмотреться к возможностям

Пересматривать стратегию пришлось всем. Помимо очевидной оптимизации расходов каждая компания определяла ключевые направления бизнеса, на которых не стоит экономить. В то же время компании не отрицают, что в такие периоды брались за работы, которыми ранее не интересовались. «Нашей компании самое тяжелое время, конец 2008-го — первая половина 2009-го, помогло пережить более-менее благополучное завершение крупных проектов. Были пересмотрены и оптимизированы расходы. Более активно стали вести себя на рынке: брать те работы, от которых в прежнее время отказались бы, больше принимать участие в работах на субподряде», — делится опытом Сергей Трубкин.

«Часть региональных розничных компаний, которые имели дилерские сети, минимизировали спад в продажах за счет того, что „съели“ своих субдилеров и стали продавать заказчикам напрямую. Хотя до кризиса небольшие сделки им были неинтересны, — утверждает Альберт Лопянскис. — Поэтому у розницы почти не произошло сокращения торговых площадей, а наоборот, есть некоторый рост за счет открытия небольших салонов, например, в области».

О появлении небольших торговых площадей в райцентрах говорят и другие наши респонденты.

«Мы, закрыв часть магазинов в Самаре, открыли несколько на периферии, в райцентрах, куда не добрались еще крупные сетевики», — рассказывает Виктор Матвеев.

Определенные направления бизнеса становятся актуальными именно в кризисный период.

Ирина Шевцова приводит пример, как уже имевшееся в ее компании направление обучения было трансформировано: «Компании стали экономить на обучении свих сотрудников: спрос на обучающие услуги упал. В связи с этим мы вовремя сориентировались и в 2009 г. впервые вышли на рынок обучения физических лиц, в частности студентов. Население в период кризиса было заинтересовано в получении новых знаний для повышения своей рыночной стоимости и увеличения шансов трудоустройства, ведь безработица росла. Переориентация на курсы для физических лиц была своевременной и оправдала ожидания».

«Ставку надо делать на персонал — его квалификацию, бороться за каждого клиента, — подчеркивает Виктор Матвеев. — Отказываться надо от неэффективной и дорогой рекламы, в первую очередь газет и «наружки». Первые — не читают, по вторым — наш город перенасыщен, покупатели просто перестают ее воспринимать, и надо переходить на рекламу в Интернете».

Многим компаниям (и в том числе их руководителям) пришлось отказаться от имиджевых непроизводственных расходов.

Ставка — на лучших сотрудников

На вопрос: «На что же нужно сделать ставку в трудное время?» — большинство опрошенных нами представителей компаний, помимо рассказов о конкретных направлениях своего бизнеса, ответили однозначно — на людей, на квалифицированный персонал. Без этого невозможно проводить ни диверсификацию, ни специализацию по наиболее важным направлениям работы. Даже сокращение персонала, к которому пришлось прибегнуть многим ИТ-компаниям, не противоречит этой тактике — с ключевыми сотрудниками не расставались.

«Сокращать издержки за счет увольнения специалистов, с моей точки зрения, неверный путь, это лишает бизнес перспектив роста», — считает Альберт Лопянскис.

«Следует отказаться от поголовного сокращения персонала, т. к. эти люди впоследствии могут открыть свой бизнес и составить достойную конкуренцию на рынке, что мы сейчас и наблюдаем, — рассказывает Юлия Конюшко. — Редко кто, уходя из ИТ-компании, уходит с ИТ-рынка совсем. Как правило, владея всей необходимой информацией, люди открывают свой бизнес».

«В кризис мы, например, пересмотрели свою продуктовую линейку, расширили регион присутствия, а также усилили команду, и в первую очередь управленческое звено. Появились новые ключевые люди — открылись новые направления. Мы радикальным образом пересмотрели кадровую политику компании», — говорит Максим Батянов.

Кстати говоря, кадровые агентства в послекризисный период не раз подтверждали: ожидаемого появления на рынке массы «подешевевших» специалистов не произошло. Да, компании увольняли людей, но с высококвалифицированными сотрудниками никто расставаться не спешил.

Сохранив важных специалистов, компании уже делали ставку на свои ключевые компетенции. «Единственный путь к выживанию — фокус на том, что твоя команда умеет делать лучше всего», — уверен Сергей Павлов. В то же время тем, у кого недостаточно ресурсов, приходится отказываться от разработки перспективных направлений и набора новых, особенно молодых, специалистов.

Силы для рывка

В любом бизнес-учебнике можно найти утверждение, что кризис — не худшее время для развития нового направления в бизнесе. Падающий рынок сам устраняет массу конкурентов и создает возможности для передела общего «пирога». В сфере ИТ, вероятно, это особо актуально просто в силу того, что она сама развивается максимально быстро.

«Я считаю, что кризис ставит точку, подводит итоги, а все остальное происходит задолго до кризиса. Новые возможности для развития на ИТ-рынке появляются постоянно, это одна из основных его особенностей, — считает Виктор Шебалин. — Кроме того, у нас в стране есть еще много нереализованных возможностей как на локальных рынках, так и в области повышения эффективности управления».

Альберт Лопянскис также уверен, что дело не в кризисе — новые направления в каком-то сегменте бизнеса развиваются тогда, когда для этого там сложились необходимые условия и есть соответствующие идеи: «С моей точки зрения, появление и развитие нового в бизнесе вообще никак не связано с общим кризисом и спадом в экономике».

Новые ниши тем не менее открывались в связи с изменениями интересов клиентов в условиях нехватки средств. Так, по мнению Ирины Шевцовой, произошло совпадение таких интересов и технологического тренда в сфере облачных решений и аутсорсинга услуг. «Мы сделали ставку на следующие направления: аутсорсинг информационных, бухгалтерских услуг и услуг удаленного сопровождения. Во-первых, они экономически выгодны для клиентов, а во-вторых, рынок уже в большей степени был готов к этому», — поясняет она.

Виктор Матвеев уверен, что надо одновременно и сокращать неэффективные расходы, и искать новые направления в бизнесе: «Например, компании стали экономить и сокращать ИТ-персонал, потом спохватились — и в результате появился спрос на обслуживание компьютерной техники. Также надо расширять продуктовую линейку, захватывая область цифровой бытовой техники, а с привычной для компьютерных компаний низкой маржой это становится конкурентоспособным».

«Именно сейчас мы расширили портфель предложений, добавив решения Auto ID и Digital Singage, не поскупившись на выделение ресурсов и финансов. „Лишняя нога“ придает дополнительную устойчивость компании, — сообщает Дамир Гибадуллин. — И несмотря на малый опыт в этих областях, наша настойчивость стала приносить первые плоды».

Открытие нового направления — это всегда риск. И хотя кризис действительно расчищает поле конкурентной борьбы, пойти на такой риск позволить себе могут те, у кого есть определенные ресурсы и «подушка безопасности». И те, кто готовился к такой ситуации заранее.

«Рост требований заказчиков обуславливает получение крупных выгодных заказов только достаточно большим, заметным на региональном рынке компаниям. Имеющим собственный квалифицированный персонал, качественное оборудование, необходимые документы, подтверждающие квалификацию. Кризис — время подготовки к послекризисному росту. Практика оправдала теорию, — считает Сергей Трубкин. — Не сворачивая в кризис расходы на развитие компании, вкладывая деньги в новые лицензии, оборудование, обучение, удается на послекризисном растущем рынке выглядеть более конкурентоспособными».

Кризис привел и к тому, что региональные игроки чаще прибегают к консолидации (альянсы региональных ИТ-компаний вообще можно считать актуальным современным трендом). «Хотя кризис и потрепал немало ИТ-игроков, а некоторые и вовсе прекратили существование, но те, что смогли устоять, скорее всего, станут более сильными, более специализированными. Это, в свою очередь, повлечет необходимость укрепления сотрудничества между ними, чтобы предложить клиенту комплексное решение», — говорит Елена Филимонова.

Точкой нового роста для кого-то смог стать выход на новые региональные рынки. «Усиление позиций нашей компании было связано с выходом на новые рынки, в том числе в центральные регионы. Здесь, как известно, одним из главных преимуществ региональных компаний является цена», — рассказывает Максим Батянов.

Нашлось свое место при переделе рынка и для небольших ИТ-игроков. Юлия Конюшко рассказывает, как смогли усилиться более мелкие компании, которые, можно сказать, и стартовали именно в кризисный период: «В тот момент, когда крупные компании пытались оптимизироваться и реструктуризироваться, мелкие за счет своей мобильности смогли вырвать у них кусочек и тем самым занять свое место на рынке. А образовались эти мелкие компании из сотрудников тех же крупных фирм, которые активно сокращались. Люди, владеющие информацией о рынке, о заказчиках, имеющие опыт выстраивания партнерских отношений, построения дистрибуции, а также хорошо подкованные в техническом плане». При этом, для того чтобы устоять, такие игроки могут применять политику демпинга, что не лучшим образом отражается на рынке и может его значимо перераспределить. О подобной ситуации нам рассказывали респонденты и из других регионов.

Момент истины

Не секрет, что в послекризисный период меняли свою политику не только региональные ИТ-компании, но и работающие с ними дистрибьюторы и вендоры. В английском языке есть такое выражение — «fair-weather friend», что означает «друг, который рядом, только когда дела идут хорошо». Именно такими «друзьями в хорошую погоду», как отмечают в региональных компаниях, оказались в критический момент многие вендоры и дистрибьюторы. При этом к последним претензий куда меньше, а вот о политике производителей отзывы весьма критичные.

«Из моей практики: два вендора в лице своих региональных представителей делали ряд непопулярных шагов, которые привели к охлаждению отношений, а значит, и к снижению интереса к их продукции в канале. Зачастую „мегасупервендор“, фокусируясь на крупнейших игроках рынка, теряет лояльность компаний, не вошедших в топ-5. Но как не раз уже было доказано, бизнес строят не бренды и технологии, а люди... и по итогам сотрудничества: никаких обид — только выводы», — говорит Дамир Гибадуллин.

«Я руковожу своей компанией в течение 15 лет. Дистрибьюторы, с моей точки зрения, в последние пять лет адекватны в своих действиях на рынке. Часть вендоров, по-моему, нет, — делится наблюдениями Альберт Лопянскис. — Это касается и отсутствия официальных процедур защиты проектов объемом 20–100 тыс. долл., и неспособности предложить конечным клиентам из госсектора нормальные формы договоров при длительном финансировании сделок (от года до трех). На словах все всё понимают, но ничего не меняется».

«Вендоры значительно сократили (а некоторые совсем) расходы на маркетинг и бонусы. В результате многие товары стало выгодно брать у перекупщиков без переплаты, — рассказывает Виктор Матвеев. — Часть дистрибьюторов ушла с нашего рынка. Многие ужесточили кредитную политику, тем самым сделав ошибку. В условиях дефицита кредитов от банков компании стали брать товар у тех, кто продолжал кредитовать партнеров, при этом сохранив хорошую ценовую политику. Они и выиграли».

По мнению Виктора Шебалина, ставка вендоров после кризиса на приоритетную поддержку федеральных розничных сетей против поддержки канала сейчас требует пересмотра: «Понятно, почему это было сделано: высокие издержки торговых сетей в условиях общего падения продаж убили бы ИТ-продажи в сетях совсем. Но сейчас рынок быстрее всего растет в сегменте интернет-продаж и на тех рынках, где магазины торговых сетей неэффективны. Мы ждем, что вендорская поддержка в части закупочных условий, распределенной логистики и маркетинга развернется в сторону поддержки интернет-продаж».

Все наши респонденты отметили, что ждут возобновления маркетинговой активности вендоров в регионах и более внимательного отношения к участникам локальных рынков.

«Похоже, у некоторых производителей была проведена реорганизация. Укрупнились отделы, ответственные за региональные рынки. Один менеджер стал отвечать за несколько регионов, что зачастую не позволяет уделять внимание небольшим компаниям с узких рынков, — отмечает Сергей Трубкин. — Снизилась маркетинговая активность, стало труднее привлекать бюджеты на проведение совместных мероприятий. Существенно сократились визиты в регион представителей вендоров и дистрибьюторов».

«В период кризиса производители стали сворачивать присутствие в регионах, сокращать расходы на командировки, максимально снизилась поддержка, как маркетинговая, так и коммерческая. Из-за этого многие вендоры просто вообще упустили региональные рынки из виду и только сейчас начинают возвращаться сюда, — считает Юлия Конюшко. — Сегодня наблюдается ситуация 2007 г., когда вендоры активно продвигаются в регионы, расширяют свое присутствие там, развивают партнерскую сеть». Она говорит о том, что рынок региона оживает, и ИТ-компании ждут роста соответствующей активности от вендоров — обучающих семинаров, конференций и т. п.

Ирина Шевцова с пониманием оценивает изменения в политике вендоров. «Все крупные производители поддерживали своих партнеров. Конечно, это было нелегко, ведь в период кризиса более жестко выстраивалась работа с дебиторской задолженностью, но это были требования сложившейся ситуации». По ее мнению, вендоры будут ужесточать условия борьбы за статусы и привилегии. Маржа в канале станет уменьшаться, конкуренция — увеличиваться и соответственно транслироваться на партнеров.

Претензии у региональных компаний есть не только к бизнес-поведению вендоров. Долгие годы на всех встречах, мероприятиях и переговорах с региональными партнерами «старшие товарищи» подчеркивали, как много именно на российском рынке значат человеческие отношения и неформальный подход. Но в сложной ситуации повели себя по принципу nothing personal, just business. Это вполне понятно, и хотя с улучшением ситуации можно ожидать возвращения прежней политики, как видно из комментариев региональных компаний, «осадок остался».

Признавая, что кризис стал серьезным испытанием, в будущее игроки региональных рынков — по крайней мере участники этого обзора — смотрят с надеждой.

Сохраняя спокойствие

И все-таки почему одни компании смогли пережить трудный период, а другие нет? Только ли дело в их финансовом положении? Это, вероятно, самый значимый фактор, но не единственный.

«Чаще всего компании становятся заложниками своей бизнес-модели, успешной в прошлом, но все менее эффективной в быстро меняющейся среде», — считает Виктор Шебалин.

«Это скорее проблема точки зрения, философии компании — кто-то видит в ситуации проблемы, а кто-то новые возможности и перспективы», — говорит Максим Батянов.

«Надо выйти из текучки, приподняться, оглядеться и решить, что требуется поменять. Это у каждого свое, единый рецепт вряд ли кто-то может предложить», — рассуждает Виктор Матвеев.

Как ни странно, критикуя политику вендоров и дистрибьюторов, никто из наших респондентов не перекладывает на них вину за проблемы региональных ИТ-компаний. Это лишний раз подтверждает, что ИТ-бизнесом в регионах занимаются те, кто привык рассчитывать на свои силы и живет не по бизнес-учебникам, а с учетом непростых российских реалий.

«На самом деле есть хорошие ИТ-компании, работающие эффективно, и есть не очень. Просто в кризис все огрехи выходят наружу. Конечно, лояльные заказчики, готовые прощать любые промахи подрядчику, в тяжелые времена могут переменить свое отношение. Так что в своих проблемах можно винить кризис, а можно — вендоров с заказчиками, но в любом случае нужно что-то менять, чтобы произошли перемены к лучшему», — уверен Сергей Павлов.

Признавая, что кризис стал серьезным испытанием, в будущее игроки региональных рынков — по крайней мере участники этого обзора — смотрят с надеждой.

«Пока в регионе продолжаются большие стройки и проекты модернизации, до тех пор, пока экономику страны и региона не затронет какой-нибудь очередной кризис, ИТ-рынок будет расти», — считает Сергей Трубкин. Да и без больших проектов ИТ-инфраструктура в регионах еще крайне далека от насыщения как в корпоративном, так и в потребительском секторе — работы потенциально хватит всем и надолго.

Есть и объективные факторы. ИТ-компании готовятся к началу новой безбумажной эры (в июле прошлого года правительством был одобрен закон о правомерности использования документооборота с электронной подписью). В госсекторе увеличивается объем электронных услуг населению. Облачные решения, к которым многие пока только присматриваются, все больше становятся реальностью. Остальное зависит уже не от ИТ-рынка — который является точным индикатором общей экономической погоды, — а от положения дел в стране, количества денег, поступающих в тот или иной регион из федерального бюджета и внутренней ситуации. Но региональным ИТ-компаниям к испытаниям не привыкать.


Версия для печати (без изображений)