Самая «горячая» тема последних трех лет — кризис. Она ежедневно обсуждается на всех уровнях. Никакие другие события, в том числе глобальные катаклизмы, громкие политические скандалы, революции, свержения правительств и даже войны, не привлекают внимания жителей Земли в той степени, в какой их интересуют экономические новости и прогнозы. Столь пристальное внимание к такого рода процессам и трендам со стороны не только деловых кругов, но и простых людей легко объяснить. В эпоху глобализации от финансовых штормов невозможно укрыться в «тихой гавани» национальной экономики. Одно случайно оброненное слово какого-нибудь крупного чиновника или государственного деятеля может резко изменить котировки валют или акций, а следовательно, отразиться на благополучии не только банков и предприятий, но и миллиардов простых людей.

Ситуация в мире не вселяет уверенности в завтрашнем дне. Вероятность новых финансовых и экономических потрясений очень высока. Главные факторы риска — огромный государственный долг США и кризис в зоне евро. Финансисты, банкиры и главы ряда европейских стран уже всерьез задумываются о необходимости возврата к национальным валютам. Еще одна «мина замедленного действия» — «перегретая» экономика Китая. Поэтому неудивительно, что в неизбежности новой волны кризиса уверены многие представители финансовых и деловых кругов.

Каким будет его влияние на мировую индустрию ИКТ? Сильно ли он ударит по российской экономике, финансовой системе и игрокам ИТ-рынка?

Как известно, существуют разные рынки — кредитный, финансовый, рынок технологий, рынок недвижимости и др. По мнению Алексея Шалагинова, директора по решениям для корпоративных заказчиков представительства Huawei Technologies, кризис в одном секторе экономики не обязательно означает, что он произойдет и в других секторах, тем более одновременно.

Пока что композитный индекс NASDAQ, как наиболее релевантный индикатор ИТ-рынка, достаточно стабилен и не показывает заметных тенденций ни к повышению, ни к понижению, если не считать незначительных сезонных флуктуаций. Как правило, кризис на рынке ИКТ появляется как реакция на кризисы в финансовом и банковском секторах экономики, наоборот бывает достаточно редко. Кризис доткомов в начале 2000-х многому научил игроков ИТ-рынка, и сейчас все они весьма осторожны. Поэтому, если кризис на ИТ-рынке случится, он, скорее всего, будет следствием серьезных проблем в другой сфере.

Алексей Шалагинов считает, что предприятия, особенно в производственном секторе, которые, опасаясь кризиса, сокращают свои ИТ-бюджеты, сильно рискуют. Да, экономическая политика ведущих развитых стран подталкивает мир к затяжной депрессии. Однако ИКТ всегда были и останутся одним из факторов роста, а значит, должны способствовать более быстрому преодолению кризиса. Экономический рост всегда базировался на инновациях. И задержка в развитии инноваций — это шаг в сторону кризисной пропасти, а не установка перил на краю обрыва. Компании, которые вовремя не модернизировали свои ИТ-системы, рискуют оказаться неконкурентоспособными после восстановления экономики. И еще не факт, что кризис действительно грянет. Новой волны финансовых потрясений весь мир ждет более полугода...

«Если кризис все же разразится, то, скорее всего, он не сильно ударит по российскому рублю. В 2011 г. наша экономика демонстрировала гораздо большую устойчивость к мировым потрясениям, чем в 2008–2009 гг. Российские компании сейчас в меньшей степени, чем три года назад, зависят от Запада и, как следствие, у них меньше долгов за рубежом», — отметил Алексей Шалагинов.

Надо сказать, что руководители российских ИТ-компаний и главы представительств зарубежных фирм не единодушны в своем мнении по поводу новой волны кризиса. Скорее всего, расхождение в оценках объясняется разными критериями, которые используются для анализа ситуации.

Однозначного ответа, вероятно, не дадут даже финансовые аналитики, а для игроков ИТ-рынка важно, станет ли следующий кризис краткосрочным периодом нестабильности или очередной «новой реальностью».

«На текущий момент бизнес выстраивается с учетом тенденций, сложившихся после первой волны кризиса: изменившейся маржинальности, ожесточенной борьбы за клиента и проекты, которые еще пару лет назад казались малобюджетными, — говорит Татьяна Пудова, заместитель директора по маркетингу представительства ZyXEL. — Сейчас есть ощущение искусственно нагнетаемой паники на рынке, что само по себе может спровоцировать усугубление ситуации и без какого-то бы ни было влияния негативных факторов макроэкономики. Очевидна тенденция „заморозки“ крупных проектов, определенно присутствует искусственное сдерживание негативных процессов в экономике со стороны государства. Но иногда складывается впечатление, что первой волны и не было. Cудя по росту цен, у нас свой кризис, „по-русски“».

Николай Рыжов, генеральный директор компании «Открытые Технологии», уверен, что наступление второй волны кризиса вполне возможно. «2008 г. четко показал, что наша страна глубоко интегрирована в мировую экономику, поэтому все, что происходит в мире, так или иначе затрагивает Россию», — сказал он.

Но если в 2008 г. причиной кризиса стала американская экономика, то сейчас мы наблюдаем критическую ситуацию уже в Европе. Так, ряд стран, вошедших в Евросоюз, живет не по средствам, заимствуя финансовые ресурсы у более благополучных государств. А отдавать долги им фактически нечем. Меры, которые правительства стран-должников вынуждены применять, чтобы расплатиться с госдолгом, вызывают крайнее недовольство народа, выливающееся в забастовки и другие массовые волнения. Но у руководства стран-должников пространство для маневра ограничено. С одной стороны, их подпирают долговые обязательства, с другой — собственный народ, который недоволен возможным ухудшением условий жизни. Поэтому либо европейские финансовые институты будут вынуждены усилить поддержку слабых государств, либо слабым государствам придется покинуть Еврозону, что станет детонатором ее распада. И тот, и другой сценарий в макроэкономическом смысле крайне неблагоприятны для европейской экономики. Что же касается России, то основная статья нашего экспорта — это энергоносители. А самый активный потребитель этих ресурсов — Европа. И если в связи с обостряющейся экономической ситуацией произойдет спад продаж наших энергоносителей, то это, безусловно, повлияет и на экономику страны.

«В настоящий момент мы все находимся в ситуации, когда привычные законы экономики дают сбой, макроэкономические показатели больше не позволяют получать четких прогнозов в годовом горизонте планирования, а принятие оперативных решений требует постоянного перепланирования и сбора изменившихся данных. Что не исключает ни возможности наступления второй волны кризиса, ни дальнейшей высокой волатильности рынков и возможной стабилизации на горизонте года», — считает Вячеслав Орехов, заместитель генерального директора и директор департамента по работе с быстрорастущими компаниями SAP СНГ.

По словам Алекса Розенфельда, представителя компании Assmann Electronic в России, странах СНГ и Прибалтики, вторая волна кризиса уже наступила, просто, как и подобает волне, сейчас она находится в нижней части формирования возрастающего тренда экономического шторма. Но сам шторм никто не отменял, обычно он продолжается около пяти лет.

Иной точки зрения придерживается Константин Ермаков, глава представительства Powercom в России. Он считает, что вторая волна кризиса, подобная той, что пережил ИТ-рынок в 2008–2009 гг., маловероятна. Скорее нас ждет период весьма медленного и сложного восстановления. Безусловно, европейский финансовый кризис осложняет ситуацию и служит мощным сдерживающим фактором. Определенное влияние на ситуацию оказывает также Китай.

«На мой взгляд, новая волна кризиса уже наступила. Вопрос лишь в том, насколько она сильна и насколько мы к ней готовы. Если посмотреть на события в глобальной экономике, то основное отличие текущей ситуации от 2008 г. заключается в том, что тогда кризис воздействовал более точечно и избирательно, разрушив бизнес отдельных предприятий, в том числе и очень крупных, — говорит Олег Становов, генеральный директор компании „Клорайд Рус“. — Сейчас мы наблюдаем негативные проявления на уровне целых стран, причем довольно критичных и важных с точки зрения мировой экономики».

Однако, как отмечает Становов, есть и большое отличие. Мы все гораздо лучше готовы, неожиданностей будет меньше. Кризис 2008 г. остудил горячие головы, вскруженные предшествующими «тучными» годами. И сейчас нет той растерянности, которая наблюдалась два года назад как у «тонущих» компаний, так и у правительств, которые срочно начали их спасать, причем иногда и без особой надобности.

Вторая волна кризиса уже наступила, утверждает Владимир Липпинг, генеральный менеджер D-Link в России, СНГ и странах Балтии. Выражается это в том, что:

  • ввиду обострившейся конкуренции между вендорами произошла дефляция по крупным тендерам;
  • в производственном секторе ИТ в Китае и на Тайване уже проявилось некоторое снижение спроса, не характерное для соответствующего времени года. Все это происходит на фоне снизившейся на предыдущем этапе кризиса и не восстановившейся нормы рентабельности, величина которой крайне мала и опасна. Это привело к началу новой волны банкротств производителей на Тайване и в Китае в последние месяцы после нескольких лет относительного спокойствия;
  • первичное насыщение Интернетом и сетевыми продуктами в мире закончилось, и лишь в развивающихся странах сохраняется экстенсивный рост;
  • за последние несколько лет не появилось никаких новых «killing application», что заставило бы всех сменить парк имеющегося оборудования.

«Исключить вторую волну кризиса нельзя, но вопрос в том, что именно называть кризисом. Одно из его определений: состояние, при котором существующие средства достижения целей становятся неадекватными, в результате чего возникают непредсказуемые ситуации и проблемы», — говорит Владимир Шибанов, генеральный директор компании «Аквариус». По его словам, в 2008 г. все было именно так. Падение финансовых рынков для большинства стало полной неожиданностью и шоком после долгого периода стабильности. Поэтому все в один голос заявили — наступил кризис. Сейчас же ситуация воспринимается более спокойно, поскольку есть опыт преодоления неурядиц прошлых лет, эффекта неожиданности нет. В этой связи все чаще можно услышать термин — стагнация.

Если же говорить о факторах, указывающих на возможность нового кризиса, то все мы уже не первый месяц наблюдаем, что Европа и США пока не предприняли кардинальных действий по снижению госдолга, который побил все рекорды. У всех на слуху новости из Греции, Испании и других европейских государств. Очевидно, что Евросоюз сейчас переживает трудные времена и у него пока нет четкой позиции по обозначенным проблемам. Неудивительно, что нервозность рынков в таких условиях сохраняется, появляются проблемы с ликвидностью.

Теперь о России. «Общеизвестно, что национальная экономика сильно зависит от зарубежной, так как основными потребителями энергоносителей являются наши западные и восточные соседи. И пока Запад „трясет“, нас выручает Китай со своим большим уровнем потребления, который позволяет поддерживать цену на нефть на высоком уровне, — отмечает Владимир Шибанов. — Конечно, наше правительство и Центробанк предпринимают определенные шаги по поддержанию банковской системы, снижению оттока капитала из страны и сдерживанию инфляции, но надо четко понимать, что если Европа и США не справятся со своими проблемами, всем будет очень и очень трудно. И российский ИТ-рынок не исключение, так как ни для кого не секрет, что мы также прочно зависим от цены „черного золота“. Однако, интерпретируя известную поговорку „Хочешь мира, — готовься к войне“, можно с большой долей уверенности заявить, что сегодня ведущие игроки высокотехнологичного сегмента экономики готовы к большинству неприятностей, так как уже получили хороший урок. До 2008 г. многие компании активно инвестировали в развитие на фоне доступных и дешевых кредитов, наращивали штат под будущие проекты и прибыль, открывали новые направления бизнеса без особой оглядки на возврат средств. Другими словами — вопросам эффективности бизнеса уделялось не так много внимания».

По мнению Владимира Котова, руководителя департамента «1С» ГК «СофтБаланс», если и наступит вторая волна кризиса, то она будет сильно отличаться от первой. Первая последовала за периодом восьмилетнего роста, а затем, в 2008 г., произошел резкий спад. Все сократили ИТ-бюджеты, не зная, на чем надо экономить. За последние три года компании провели ревизию и разобрались, где можно экономить, а где нельзя. «Поэтому я предполагаю, если вторая волна кризиса ударит, то на ИТ-отрасли будут экономить, но не так существенно, как в 2008 г.», — заявил Котов.

«По нашим наблюдениям, ситуация на рынке сегодня достаточно стабильна. За три квартала 2011 г. рост продаж офисной техники в натуральном выражении составил около 14% по отношению к аналогичному периоду прошлого года. В денежном выражении тренд аналогичный. Продажи офисной техники нашей компанией в указанный период увеличились более чем на 30%», — говорит Владимир Ламков, коммерческий директор компании EuroBusiness.

Василий Селюминов, исполнительный директор компании Landata, считает, что вероятность второй волны кризиса достаточно велика. Но она не будет такой стремительной и неожиданной, как в 2008–2009 гг. «Мы давно говорим о втором этапе кризиса и имеем предостаточно времени подготовиться и встретить это неприятное событие во всеоружии, — сказал Селюминов. — Я считаю, что вторая волна не принесет существенных изменений. Могут сократиться объемы, масштабы бизнеса, количество игроков на рынке, но сама схема работы останется прежней».

Ключевые факторы, провоцирующие наступление кризиса, никуда не делись. Россия — элемент общей мировой экономической системы и уж точно не «тихая гавань» экономики. К сожалению, за последние годы нашей стране так и не удалось встать на инновационные рельсы. Мы зависим от стоимости сырья и уровня производства в странах-покупателях. Упадет производство — изменится объем поставляемого сырья, исчезнет некоторая стабильность, установившаяся в последнее время на рынке.

«Мир живет в ожидании финансовых проблем. И если Россия окажется не застрахованной от этих проблем, они могут отразиться и на ИТ-бизнесе, — говорит Вадим Афанасьев, председатель совета директоров „Инлайн Груп“. — При общей стагнации мирового рынка российские нефтяные и другие сырьевые компании постараются сократить свои издержки. И это может затронуть ИТ, так как эта сфера не является для таких компаний основным инструментом ведения бизнеса».

В каких-то сегментах бизнес замедлится или даже остановится, но в других, например в госсекторе, обязательно сохранится рост. Позитивные сдвиги возможны в силовых министерствах. Армия, флот, полиция должны будут оснащаться новыми технологиями. Также очень много говорится о внедрении инноваций в госслужбе. «Думаю, на использовании современных ИТ в этой области будет сделан большой акцент», — подытожил Вадим Афанасьев.

Если завтра война...

Готовы ли компании к новым потрясениям? Есть ли у них план действий в кризисный период? Военные стратеги учат, что лучшая защита — это нападение. В нашем случае это означает, что преимущество будет на стороне тех игроков рынка, которые идут в ногу со временем, внедряя современные инновационные решения. Ну а что касается «оборонительных действий» — готовности к потрясениям, — к ним нужно быть готовым всегда. И здесь вполне достаточно соблюдать элементарные правила экономической эффективности предприятия, такие как поддержание оптимального соотношения между внешним долгом и активами, тщательный расчет возврата инвестиций, обеспечение внутренней доли доходности и др. Ничего сверхъестественного делать не надо.

Как отмечает Алекс Розенфельд, всем компаниям пришлось задуматься об этих вещах два года назад. Многие усвоили урок и теперь знают, как справиться с возможными трудностями. «Сегодня, на мой взгляд, компании готовы встретить вторую волну кризиса, но не третью, которая может быть наиболее разрушительной», — подчеркнул он.

«Психологически ИТ-компании, конечно же, подготовились к очередному кризису, но предугадать, насколько сильным он будет, не может никто, — говорит Алексей Осипов, представитель по продажам ASUS в России. — Понятно, что после первой волны 2008 г., которая очень сильно встряхнула многих игроков, практически все задумались о правильной финансовой стратегии и о пересмотре важнейших параметров бизнеса. Я думаю, что самым крупным компаниям будет проще выжить в условиях нового кризиса».

Эту точку зрения подтверждает Вячеслав Орехов. «Мы, как компания, чувствуем себя достаточно уверенно, — заявил он. — А нашим клиентам и партнерам для повышения стабильности их бизнеса мы можем предложить решения для управления денежными средствами в операционном контуре CFO, оптимизации затрат основной деятельности, комплексной аналитической отчетности».

Надо помнить, что после первой волны «стратегические резервы», которые накапливались в течение благополучных лет, были исчерпаны, а новые накопить еще не успели. И если кризис случится, то ряду компаний определенно не хватит ресурсов, чтобы выжить.

Кризис 2008 г. всех многому научил. Но следующая волна пойдет по новому сценарию и в новых условиях, поэтому всем будет так же сложно, как и три года назад. Главное отличие грядущей ситуации, считает Владимир Липпинг, заключается в том, что новые потрясения игроки рынка встретят без раздутых штатов и прожектерских идей, что повышает шансы на выживание.

К сожалению, универсальных рецептов ведения бизнеса игроки рынка назвать не могут. «У каждой компании свой алгоритм, — говорит Василий Селюминов. — Кто-то сокращает персонал, кто-то меняет порядок оплаты, оптимизирует расходы. Каждая компания ищет свой набор действий. Он зависит от таких факторов, как специфика и масштаб фирмы, ее позиция на рынке, политика руководства. У нас есть свой план действий на кризисный период, он максимально адаптирован под задачи сохранения бизнеса и удобства работы партнеров».

«EuroBusiness — опытный игрок, и мы давно очертили для себя круг значимых для нас показателей стабильности, — отмечает Владимир Ламков. — Важно всегда быть на связи с партнерами, клиентами, банками, поставщиками, что называется „держать руку на пульсе“. В совокупности это дает потенциал для повышения точности планирования и оптимизации бизнес-процессов в случае экономического спада».

По словам Сергея Минаева, директора по развитию компании «QNAP Россия», и кризис 2008 г., и события 1998 г. показали, что главное — не опускать руки и решать проблемы вместе с партнерами. Если не отвлекаться на переживания по поводу тяжелой экономической ситуации, то можно значительно расширить клиентскую базу и улучшить финансовые показатели по сравнению со «стабильными» годами. План действий в кризисный период в компании QNAP прост: не бросать партнеров и помогать им всеми возможными способами. Ведь для вендора кризис может протекать немного легче. «Мы готовы помогать в распродаже складов, в предоставлении кредитов, оказать дополнительную маркетинговую и информационную поддержку», — сказал Сергей Минаев.

Похожей стратегии придерживается и компания ZyXEL. Вне зависимости от ситуации вендор готов активно работать с существующими партнерами и расширять их сеть, выводить на рынок актуальные продукты и искать новые ниши. «Именно такой план действий позволил нам пройти кризис 2008–2009 гг. без ощутимых потерь, — пояснила Татьяна Пудова. — Кроме того, мы оптимизировали бизнес-процессы и пересмотрели политику кредитования. Более взвешенно к формированию портфеля стали подходить реселлеры. При выборе вендора и продукции ставка делается на качество, а не на раскрученный бренд».

«Как показывает опыт 2008 г., способность компаний адаптироваться в условиях нестабильности зависит в первую очередь от понимания своих возможностей и умения быстро реагировать на глобальные и локальные перемены, — комментирует Александр Подколзин, директор по партнерским операциям компании „Xerox Россия“. — Предприятия, качественно управляющие собственным бизнесом, имеют разработанный план действий для быстрой оптимизации существующей структуры, а именно: выявления стабильных зон, которые способны приносить прибыль даже в кризис, и удаления сегментов, не приносящих ожидаемых результатов».

Важные шаги по поддержке канала сбыта были сделаны компанией Microsoft. «Понимая, что партнеры могут пострадать от колебания курсов валют, мы в марте этого года перешли на рублевый прайс-лист», — сообщил президент ООО «Майкрософт Рус» Николай Прянишников. Теперь на территории Российской Федерации компания принимает от российских партнеров оплату в рублях. Россия стала одной из немногих стран, где Microsoft перешла на расчеты в локальной валюте. Николай Прянишников добавил, что колебание валют — это естественный рыночный процесс, и чтобы минимизировать валютные риски российских партнеров, вендор взял на себя расходы по процедуре хеджирования (рыночный инструмент, предназначенный для снижения риска от потерь, обусловленных неблагоприятными для продавцов или покупателей изменениями курсов валют в сравнении с теми, которые учитывались при заключении договора).

«Переход на взаиморасчеты в локальной валюте позитивно повлиял на развитие бизнеса российских партнеров», — подчеркнул Прянишников.

Поскольку рынок живет ожиданием новой волны кризиса, можно предположить, что его участники предприняли те или иные превентивные меры, которые позволят встретить очередное испытание во всеоружии.

Как рассказал Олег Становов, к числу этих мер в его компании относятся перестройка бизнес-процессов, избавление от неключевых бизнесов и, наоборот, концентрация на основных и наиболее прибыльных сопутствующих направлениях, оптимизация организационной структуры и штата, передача на аутсорсинг обслуживающих сервисов, строжайший контроль за структурой затрат, жесткое следование финансовым планам и поддержание плановой прибыльности компании. «Только так компания может чувствовать себя вполне уверенно, причем как в нынешних условиях, так и в случае возможных сильных потрясений, — отметил Становов. — Поэтому можно с уверенностью сказать, что ИТ-компании сейчас готовы к гораздо более серьезным испытаниям, чем те, что случились в недалеком прошлом».

Алексей Осипов добавил, что сейчас все фирмы стали намного внимательнее следить за состоянием складов, платежеспособностью и финансовой дисциплиной партнеров и клиентов.

А Вадим Афанасьев сообщил, что его компания проводит реструктуризацию и оптимизацию расходов, освобождается от нерентабельных видов бизнеса, которые не имели никакого стратегического значения, модернизирует систему учета. Кризис также показал, что для повышения устойчивости бизнеса надо наращивать долю услуг, что должно компенсировать снижение поставок ПО и аппаратного обеспечения. «За последние годы доля услуг в нашем обороте выросла до 35–36%, тогда как до кризиса она составляла 20%», — добавил он.

«Более внимательная оценка продуктового портфеля, анализ эффективности существующих каналов сбыта, оптимизация инфраструктуры, внедрение современных программных комплексов — это только часть шагов, которые мы предприняли», — сказала Марианна Именохоева, директор департамента дистрибуции малой офисной техники «Xerox Россия».

По мнению Алексея Шалагинова, главная цель превентивных мер — сделать так, чтобы основной бизнес компании становился более эффективным при меньших затратах. Поэтому все заметнее тенденция вывода непрофильных видов деятельности на аутсорсинг. Некоторые предприятия уже не имеют даже отделов кадров. В индустрии связи набирает популярность направление «managed services», дающее оператору возможность сосредоточиться на основном бизнесе, а всю сопутствующую деятельность по обслуживанию, планированию и анализу работы сети передать партнерам. Мобильные операторы давно сотрудничают с провайдерами приложений вместо развития собственных платформ по предоставлению услуг. Эти провайдеры способны вывести новую услугу на рынок за считанные дни и работают с оператором по принципу «revenue sharing» — разделение прибыли.

Еще одной, набирающей популярность превентивной мерой по противодействию кризису становится переход к облачным вычислениям. Концепция «облака» активно обсуждается как аутсорсинговая стратегия для практически любого бизнеса, ибо переворачивает традиционные воззрения на ИТ-расходы любого предприятия, позволяя перенести затраты из разряда капитальных в операционные.

Операционные затраты могут быть напрямую включены в стоимость продукции предприятия, это делает его финансовую отчетность более прозрачной и снижает финансовые риски, тем самым компания становится более устойчивой на кредитном рынке. Снижение капитальных затрат позволяет повысить оперативность предприятия и сделать его более агрессивным в занятии новых рыночных ниш. Шалагинов добавил, что индустрия облачных вычислений стремительно развивается и, по прогнозам, в 2012 г. займет 9% рынка ИКТ. Какой бы деятельностью ни занималась компания, «облака» дают выход на новые рынки либо позволяют снизить порог входа. То, что раньше небольшие предприятия не могли себе позволить по ценовым соображениям (например, системы видеоконференцсвязи до недавнего времени была по карману только крупным компаниям), с облачными технологиями становится общедоступным средством.

Облачный сервис «Платформа-как-услуга» (PaaS) значительно упростит вход в бизнес небольшим софтверным фирмам, им не надо будет приобретать дорогостоящее ПО и серверы в начале проекта, всё это можно заменить арендой ресурсов облачного провайдера. Это дает как экономию затрат, так и снижение рисков. Поэтому недалек тот день, когда, для того чтобы начать миллиардный бизнес, потребуется только компьютер, подключенный к Интернету. Не нужно будет искать инвесторов и очаровывать их радужными перспективами. С другой стороны, финансисты также смогут оптимизировать свои риски инвестиций, устраняя из них составляющую капитальных затрат.

«Безусловно, нестабильная экономическая ситуация заставляет сокращать расходы и искать новые возможности для повышения эффективности бизнеса, — говорит Николай Прянишников. — Сделать это помогают облачные технологии. Облачная модель открывает новый этап развития ИТ и предоставляет то, что необходимо бизнесу: экономическую выгоду, простое управление и новые возможности». Прянишников добавил, что во время кризиса эффективность работы выходит на первый план. Сейчас многие сотрудники большую часть рабочего времени проводят вне офисов. В Microsoft внедрили систему объединенных коммуникаций, и буквально за четыре месяца компании удалось сэкономить 2,2 млн. долл. При этом эффективность работы не только не снизилась, но выросла, к тому же сотрудники получили возможность работать из дома.

Выходить из кризиса будем долго

Что думают игроки ИТ-рынка о возможных сценариях развития событий? По мнению Татьяны Пудовой, при пессимистичном варианте и без того не слишком устойчивый рынок на время погрузится в хаос, что может свести к минимуму усилия и затраты по поддержке и выстраиванию партнерских отношений между его участниками. Опытные игроки устоят, что, возможно, приведет к большей монополизации рынка. Кроме того, кризис может ускорить внедрение новых технологий.

Алекс Розенфельд допускает, что на рынке ИТ произойдут серьезные изменения. Но их принцип всегда один и тот же: крупных игроков станет меньше, но они будут еще крупнее, средние перейдут либо в ряды крупных, либо в ряды мелких, последние же «измельчают» еще больше.

Как отмечает Николай Рыжов, развитие экономики напоминает синусоиду: спад промышленного производства, падение цен на энергоносители, безработица, урезание бюджетных программ, сворачивание крупных дорогостоящих проектов, затем вновь подъем. И как показывает практика, частота колебаний этой синусоиды с каждым разом все увеличивается, что позволяет надеяться на не слишком большую продолжительность грядущей волны кризиса. Но для России ситуация отягощается тем, что государство должно финансировать ряд крупных программ: Олимпиада-2014, чемпионат мира по футболу и т. д. В случае новой волны кризиса это может лечь тяжелым бременем на бюджет страны.

Кризис 2008 г. показал, что совсем обойтись без ИТ-услуг невозможно. Поэтому сценариев множество: если удар кризиса окажется очень тяжелым, то будут заморожены все проекты по поставкам нового оборудования, обновления технологий. «Деньги станут тратить только на поддержание существующей инфраструктуры, — говорит Владимир Котов. — Если падение будет не очень глубоким и компании найдут деньги на инвестиции в ИТ, то они сохранят свои конкурентные преимущества». Но главное — если кризис случится, он будет совсем не такой, как в 2008 г. Правительства разных стран сделают все, чтобы не повторилась ситуация трехлетней давности. Стоит ожидать инфляции и каких-то других, более мягких проявлений экономического спада.

«Так как кризис носит системный характер, то он продлится несколько лет, и выход из него будет долгим, — считает Владимир Липпинг. — По сути, начинается новый виток развития экономики с явной тенденцией к увеличению стоимости денег. Это обстоятельство и будет определять, в какие сроки и с какими потерями та или иная страна преодолеет последствия кризиса».


Версия для печати (без изображений)